Курс: Учение о душе и метафизике XVIII века - Задачи “науки о человеческой природе”и возможности их решения

Задачи “науки о человеческой природе”и возможности их решения

Задачи “науки о человеческой природе”, или, как называет ее Юм в “Исследовании”, “истинной метафизики” следующие:

1. Юм различает положительные и отрицательные задачи этой дисциплины. Отрицательная, или ограничительная задача состоит в том, чтобы в результате точного исследования познавательных способностей очертить границы возможного знания, раз и навсегда закрыв для философского любопытства определенные сферы. Это позволит покончить со спорами и разногласиями между философами. “Единственный способ разом освободить науку от … туманных вопросов – это серьезно исследовать природу человеческого ума и показать на основании точного анализа его сил и способностей, что он вовсе не приспособлен к столь отдаленным и туманным темам”

Кроме “отрицания самой недостоверной и спорной части науки после продуманного исследования ее, результатом точного изучения сил и способностей человеческой природы является еще немало положительных выгод”. Положительные задачи метафизики двояки. Первая заключается в точной классификации душевных способностей и устранении присущей им запутанности и беспорядка. “Немалую часть науки составляет простое распознавание различных операций духа, отделение их друг от друга, подведение под соответствующие рубрики и устранение того кажущегося беспорядка и запутанности, в которых они находятся, когда предстают в качестве предметов размышления и исследования”. Этот раздел метафизики Юм называет “ментальной географией”

Душевные способности рассматриваются Юмом не в их абстрактном схематизме, а в том виде, как они обнаруживаются в повседневной перцептивной жизни. Поэтому можно сказать, что одна из существеннейших целей метафизики состоит в прояснении установок обыденной жизни. Юм не раз достаточно четко обозначал эту позицию. Так, в конце восьмой главы “Исследования о человеческом познании” он говорит об “истинной и подлинной” “сфере” метафизики – “рассмот-рении обыденной жизни, где она найдет достаточно трудностей, достойных исследования, не попадая при этом в необъятный океан сомнений, недостоверности и противоречий”. Еще более определенно Юм высказывается на этот счет, утверждая, что “философские выводы суть ничто иное, как систематизированные и исправленные размышления обыденной жизни”. Юм подчеркивает, что “нам нечего бояться того, что эта философия, стараясь ограничить наши исследования рамками обыденной жизни, когда-либо подкопается под обыденные рассуждения и так далеко зайдет в своих сомнениях, что положит конец не только спекуляции, но и всякой деятельности”. Если мы натолкнемся на трудности и пробелы, отмечает Юм, то мы просто должны будем искать новые познавательные принципы и способности, размещение которых на карте нашей души позволит устранить возникшие пустоты.

2. Еще одна задача метафизики состоит в сведении разрозненных действий души к их единым основаниям. Насколько возможна реализация этой программы? Юм отмечает, что данный вопрос не имеет готового ответа. Заранее не ясно, насколько глубоко мы сможем продвинуться в исследовании оснований человеческих способностей. Впрочем, он уверен, что до самых первых основ душевной жизни нам все равно не добраться. В любом случае, это будет видно только из самих конкретных исследований.

Что касается метода предлагаемой Юмом психологической редукции, то есть все основания считать, что в “Трактате” Юм формально ориентируется исключительно на ньютоновскую мето-дику эмпирических обобщений. В “Исследовании” Ньютон также упоминается, зато, как уже было сказано, отсутствуют ссылки на эмпирический метод. Вместо этого Юм говорит о “точных рассуждениях”. И действительно, даже беглого взгляда на юмовские редукции в его учении о познании достаточно, чтобы понять, что решающую роль в них играет аргументация, или феноменологические дедукции, а не эмпирические обобщения.

На это стоит обратить особое внимание. Ведь Юм, по сути, является изобретателем феноменологических дедукций, т.е. доказательств, нацеленных на прояснение непосредственных данностей сознания. И это не какой-то случайный, а весьма существенный компонент его метафизической программы. Кстати, именно феноменологические дедукции могут придать динамику философско-психологическим исследованиям.

Как Юм справляется с поставленными им самим задачами?

Вначале, естественно, надо обсудить его “ментальную географию”. Самое общее понятие душевной жизни – “перцепция”. Перцепции бывают двух видов: впечатления и идеи. Идеи отличаются от впечатлений степенью яркости. При этом речь идет, конечно, не о физической, а о психической яркости. Юм признается, что при характеристике этой яркости ему просто не хватает слов и отсылает к личному феноменологическому опыту каждого. Психическая яркость может быть интерпретирована только как внутренняя характеристика того или иного перцептивного модуса. Это означает, что Юм, как и Локк, отличает содержание наших представлений от акта представления, хотя это различение у него несколько смазано. Идеи, как правило, скопированы с впечатлений, мы в состоянии заполнить в воображении имеющиеся в этом ряду пустоты и, соответст-венно, создать новые простые идеи. Юм, впрочем, считает эти случаи “исключительными».

Разделение впечатлений и идей соответствует различению чувственности и мышления. “Впечатления, следовательно, представляют собой живые и сильные перцепции. Идеи – более тусклые и слабые. Это различие очевидно. Оно очевидно так же, как и различие между чувством и мышлением”. Впрочем, юмовское различение все же оставляет несколько вопросов. Прежде всего, не совсем ясно, количественно или качественно отличаются друг от друга впечатления и идеи. На первый взгляд кажется, что речь идет только о количественном отличии. Но говоря, что способность воображения (или мышления) даже при наивысшем своем напряжении остается с идеями и не может породить впечатления, Юм проводит резкую, а значит, “качественную” границу между ними. Однако в таком случае не очень понятно, как быть с “пограничными” перцепциями, т.е. восприятиями, непосредственно идентифицировать принадлежность которых к определенной перцептивной форме не представляется возможным (к примеру, мы не всегда можем отличить сон от яви, т.е. представления воображения от чувств – Юм говорит об этих случаях). Возможно, что “физическая яркость” перцепций все же небезразлична для их идентификации в качестве впечатлений и идей, хотя ее отсутствие может внести лишь временную неясность.

Впечатления, в свою очередь, делятся на “впечатления ощущения” и “впечатления рефлексии”, или “первичные” и “вторичные” впечатления. Общий же структурный механизм смены перцепций таков: вначале “от неизвестных причин” в душе возникает впечатление ощуще-ния, затем идея этого впечатления остается в памяти. Если идея приятна, то ее воспроизведение порождает желание вновь иметь соответствующее ощущение. Желание в данном случае является одним из базисных впечатлений рефлексии. Порядок смены перцепций служит для Юма основанием композиционных решений относительно “науки о человеке”. Впечатления ощущения, полагает он, разбирать нет необходимости. Это дело, говорит Юм, не философов, а физиологов; кстати, именно поэтому учение Юма о механизмах познания не имеет ничего общего с популярными в XVIII веке “физиологическими” рассуждениями о познании Д. Гартли и его последователей.

Начинать, стало быть, нужно с анализа идей и законов их соединения, а затем переходить к исследованию впечатлений рефлексии (аффектов). Первую часть Юм называет “логикой”, вторую по аналогии можно было бы назвать аффектологией. Эти две дисциплины составляют базис “науки о человеческой природе”, и именно от них зависят все остальные, в частности, учение о морали, изложенное в третьем томе “Трактата”

Юм планировал написать пять томов “Трактата”, но этот замысел остался нереализованным.

Юм выделяет два типа идей: идеи памяти и воображения. Фактически он добавляет к ним еще и идеи ожидания или веры (впрочем, в более широком смысле вера распространяет свое влияние и на впечатления чувств, а также на идеи памяти, являясь ничем иным, как “живостью” представлений). Самыми яркими из всех разновидностей идей являются идеи памяти. Они несут в себе остаточную силу впечатлений. Юм даже говорит о них как о “чем-то среднем между впечатлением и идеей”.

Вера в появление определенных представлений в будущем также связывается Юмом с яркими идеями. Причем, яркость ожидаемых представлений черпается как из впечатлений (через ассоциацию), так и из памяти. Здесь работают сложные когнитивные механизмы, о которых будет в дальнейшем сказано.

Среди множества впечатлений, говорит Юм в “Трактате”, нам не удается найти впечатление духовной субстанции, или Я. Субстанция всегда  домысливается нами. Понятие субстанции представляет собой фикцию воображения, суть которой в объединении разнородных представ-лений под знаменем какого-нибудь слова.

Итак, Юм полагает, что сколь бы мы ни всматривались в себя, мы всегда видим какое-то конкретное впечатление, внешнее или внутреннее, ощущение или желание. Но мы никогда не видим само Я в изоляции от всех других перцепций. Это наблюдение позволяет Юму в первой книге “Трактата” сделать вывод о том, что душа есть “пучок или собрание различных перцепций”.

Другое, не менее известное сравнение: душа есть словно государство перцепций, живущих по определенным законам. И еще один образ: жизнь души похожа не театральную постановку, где роль актеров играют перцепции. Правда, у этого душевного театра нет сцены. Действие происходит словно бы в пустоте. “Сравнение с театром не должно вводить нас в заблуждение: дух состоит из одних только перцепций, следующих друг за другом, и у нас нет ни малейшего представления о том месте, в котором разыгрываются эти сцены, и о том материале, из которого состоит этот театр”.

Вскоре после выхода первых двух томов “Трактата” Юм подтвердил приверженность этой теории “Я” в кратком изложении "Трактата о человеческой природе". Эта анонимно опублико-ванная Юмом (под видом рецензии) обобщающая работа вышла в начале 1740 года. Но уже несколько месяцев спустя, в приложении к третьему тому “Трактата”, Юм, по сути, отказался от этой теории души, заявив, что нашел в ней противоречия. Очень интересно и важно понять, что это за противоречия.

Исходным пунктом для пересмотра Юмом своей теории души стала проблема ассоциации представлений друг с другом. На чем основана эта ассоциативная связь? Всякая связь представлений предполагает их объединение. Объединение возможно:

1) когда можно непосредственно усмотреть одно представление в другом, т.е. когда можно постигать реальную связь представлений, либо

2) когда представления находятся в какой-то одной вещи. В последнем случае сама эта вещь или субстанция выступает принципом единства и связи перцепций. Первый случай явно исключен. Любое представление может быть представлено в связи с любым другим, и, стало быть, не заключает в самом себе внутренней связи с каким-либо определенным коррелятом. Связь должна носить внешний характер и поэтому не может исходить из самих представлений.

Итак, Юм решительно отрицает возможность усмотрения реальной связи между идеями. Однако он не хочет признавать и возможности их единого носителя. Так и возникает противоречие. Ведь связь идей имеет место (она базируется на трех принципах ассоциации: по сходству, смежности и причинности), хотя оказывается вроде бы невозможной.

Сам Юм так обобщает возникшие трудности: “Говоря коротко, существуют два принципа, которые я не могу согласовать друг с другом, и ни одним из которых в то же время не в силах пожертвовать, а именно "наши отдельные перцепции суть отдельные предметы" и "наш ум никогда не воспринимает реальной связи между отдельными предметами".

Если бы наши перцепции были присущи чему-нибудь простому и единому, или если бы наш ум воспринимал между ними какую-нибудь реальную связь, никакого затруднения этот вопрос не представлял бы. Юм обещает вернуться к данной проблеме, если ему удастся прийти к решению. Но возвращения так и не происходит. В “Исследовании о человеческом познании” эта тема совсем не затрагивается.

Впрочем, некоторые косвенные данные свидетельствуют о том, что Юм все же склонялся к признанию единой духовной субстанции. Некоторую информацию по вопросу о природе духа можно получить и из эссе Юма “О бессмертии души”. Юм весьма спокойно рассматривает здесь гипотезу о единой духовной субстанции, не называя ее нелепой.

В любом случае, тезис о невозможности представления внутренней связи различных идей имеет аподиктический характер, тогда как положение о единой духовной субстанции не заключает в себе никаких неразрешимых противоречий. Из этого следует, что Юм обязан был принять эту теорию, хотя субъективно это было для него очень непросто – поэтому, вероятно, он публично так и не высказал свое окончательное мнение.

Вот и получается, что Юм, выступая, на первый взгляд, критиком теории духовной субстанции, продумывает ее настолько глубоко, что объективно дает аргументы в ее пользу.



Индекс материала
Курс: Учение о душе и метафизике XVIII века
ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН
Представители немецкой философии: Декарт, Фихте, Кант, Вольф
Влияние разработок британских и французских мыслителей на психологические идеи немецких философов
Обоснование выбора авторов психологических учений XVIII века
ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ФИЛОСОФСКОГО УЧЕНИЯ О ДУШЕ
Психологические “наработки” Декарта
Основные свойства души по Декарту
Другие взгляды о душе философов, споры с Декартом
Идеи Декарта о всесовершенном существе и о множественности способностей души
Трактовка Декартом взаимоотношения души и тела
Философия Дж. Локка о душе
Классификация идей по Дж. Локку. Сходство и различия во взглядах Локка и Декарта
Метафизические взгляды Лейбница
Основы философии Х. Вольфа
Структура философии Х. Вольфа
Соотношения эмпирической и рациональной психологии
Познавательные свойства души
Взаимоотношения души и тела
Чувственная природа человека
Редукция способностей души
Сила души — в способности представления мира
Обоснование возможности взаимодействия души и тела
Д. Юм и его роль в истории философской психологии
Скептицизм Д. Юма и правильная его трактовка
“Наука о человеке” Д. Юма
Задачи “науки о человеческой природе”и возможности их решения
Проблематика рациональной психологии в учении Д. Юма
«Моральная достоверность» по Юму
Некоторые итоги учения Юма о познавательных способностях человека
Место И. Тетенса в развитии философских учений о душе
Анализ достоинств британской и немецкой философии, их влияние на идеи И. Тетенса
Идея Тетенса о возможности гипотетического исследования сущности души
Всеобщая психологии и антропология Тетенса.
Редукционистская программа учения Тетенса о душе
Типы мыслительных отношений между идеями
Познание человеком своего Я
Редукция способностей души
Проблемы “материальных” и “интеллектуальных” идей в человеке
Значение идей Тетенса для последующего развития философии о душе
Эволюция взглядов Канта: два основных периода в их развитии
Докритический период в метафизике Канта
Исследование вопроса о материальности души в докритическом периоде
Анализ кантовских лекций по эмпирической и рациональной психологии
Место психологии в системе наук (по Канту)
Эмпирическая психология в понимании Канта
Анализ способностей души
Способность суждения
Трактовка чувствующего аспекта душевной жизни
Практические способности души
Сущность и перспективы рациональной психологии
«Опровержение» Кантом идеализма
Основные итоги учения Канта о душе
Результаты развития учения о душе в XVIII веке и перспективы его развития в современной философии
Все страницы