Курс: Общество и власть в 1994-1999 гг

Курс: Общество и власть в 1994-1999 гг

В данном пособии рассматривается современная политическая история России в период
1994-1999 гг. Определяется основное содержание данного исторического периода: изменения в политической системе, в экономической и социальной политике, во внешнеполитической деятельности Российского государства.



ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН

Современная политическая история России в период 1994-1999 гг. Основное содержание данного исторического периода: изменения в политической системе, в экономической и социальной политике, во внешнеполитической деятельности Российского государства.

Основные цели и задачи, приоритеты и этапы, формы и методы, результаты постсоциалистической модернизации: борьба с инфляцией и обеспечение финансовой стабилизации;  “черный вторник” - обвальное падение курса российского рубля; денежная залоговая приватизация; дефолт 17 августа 1998 года, антикризисные меры правительства
Е. Примакова. Основные причины финансового кризиса, экономические, социальные и политические последствия  объявления дефолта.

Необходимость перехода от государственного противостояния к общественному согласию в России. «Договор об общественном согласии»: необходимость принятия, цели и конкретные направления достижения согласия в обществе, его  оценка.

Введение федеральных войск в Чечню. Разрастание чеченского кризиса и его временное разрешение. Создание реальной угрозы безопасности граждан и конституционному строю республики. Указ «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории ЧР и в зоне осетино-ингушского конфликта». 11 декабря 1994 г. - начало военной операции федеральных войск в Чечне. Штурм Грозного. Война. Анализ конфликта и войны в Чечне. Хасавюртовские соглашения.

Состояние многопартийности и особенности ее становления. Расстановка общественно-политических сил накануне выборов в Государственную Думу. Итоги парламентских выборов 1995 г. Выборы Президента РФ в 1996 г.: основные претенденты,  их шансы на успех. Начало нового президентского правления Б. Ельцина.

Основные процессы во взаимоотношениях федерального центра и субъектов РФ.  Прекращение боевых действий в Чечне. Работа Госдумы и Совета Федерации. Изменения в сфере национальных отношений.

Проблемы становления внешней политики России 1994-1999 гг. Поиск новых механизмов экономического и военно-политического  сотрудничества  с  учетом интересов всех  государств в рамках СНГ. Развитие и углубление разностороннего экономического сотрудничества России и Европы, Россия и США. Вопросы европейской безопасности и проблемы расширения НАТО на Восток. Балканский кризис. Развитие  взаимоотношений со странами Центральной и Восточной Европы. Отношения России со странами Азиатско-Тихоокеанского региона – две тенденции развития.

 



Социально-экономическая политика

Принятие Конституции РФ дало дополнительные силы правящей власти для дальнейшего проведения либерализации экономики, закрепленной в Основном Законе. Задача правящей власти состояла в том, чтобы придать этому процессу необратимый характер.

 



Правительства трех премьеров

В ходе реализации экономического курса «шоковой терапии» были заложены основы новой рыночной модели экономики и рыночной инфраструктуры. Однако итог гайдаровских преобразований показал ошибочность выбранной технологии реформ.

После гайдаровской «шоковой терапии» (декабрь 1991 - декабрь 1992 гг.) в 1993-1999 гг. Россия пережила еще три этапа постсоциалистической модернизации: умеренно-жесткой правительственной политики (1993 - март 1998 гг.), дефолта и девальвации (апрель-август
1998 г.), осмысленной и целенаправленной стабилизации (сентябрь 1998 - май 1999 гг.).

Дефолт - невыполнение обязательств, отказ от выполнения условий кредитного соглашения или рыночной сделки ввиду неспособности выплатить проценты, погасить кредит или поставить ценные бумаги, товары. Девальвация - официальное понижение стоимости денежной единицы,  снижение курса национальной валюты по отношению к твердым валютам, международным счетным единицам, уменьшение реального золотого содержания.

Каждый из этапов был связан соответственно с «правлением» премьеров В. Черномырдина,
С. Кириенко и Е. Примакова. В мае 1999 г. Председателем правительства был назначен
С. Степашин, но через 82 дня, в августе того же года, его сменил В. Путин. Таким образом, при ельцинском режиме на должности Председателя правительства РФ сменилось 6 человек, из них
5 человек – с апреля 1998 г. по март 2000 г. Кроме того, за последние 7 лет своего правления
Б. Ельцин поменял 40 заместителей премьер-министров, 130 министров и большое количество советников, помощников и референтов. Постоянная смена окружения Б.Ельцина, общая кадровая чехарда, которую можно сравнить с катастрофически быстрой сменой царских министров в начале ХХ в., свидетельствовали о нараставшем кризисе власти, падении авторитета и роли президента РФ в жизни государства.

Особенность указанных этапов заключалась в том, что, во-первых, все они имели место при ельцинском режиме, установившемся в сентябре-октябре 1993 г., как системе способов и методов реализации власти; во-вторых, в эти годы было принято множество мер по конкретным направлениям рыночного регулирования экономики, в результате чего произошло становление различных форм хозяйствования и рыночной инфраструктуры; в-третьих, с учетом провала первой попытки макроэкономической стабилизации в центре внимания правительственной политики продолжали оставаться в целом прежние направления реформирования: либерализация экономики, приватизация и разгосударствление, структурная перестройка при одновременной конверсии ВПК и др., в-четвертых, социально-экономические и особенно внешне-экономические преобразования стали все больше отрываться от реального положения в обществе, в-пятых, каждый из этапов, и на это следует обратить внимание, по своему содержанию качественно отличался от предыдущего. Так, если основным содержанием кабинета министров В. Черномырдина была, например, умеренно-жесткая правительственная политика, то Е. Примакову удалось придать последней более осмысленный характер, направленный на достижение финансово-экономической стабилизации и продвижение страны по пути к становлению качественно-новой общественной системы при усилении регулирующей роли государства.

С приходом В. Путина в правительство такая политика получила свое дальнейшее развитие.

На каждом из этапов, как в 1992 г., так и в последующие годы, основная ответственность за реформы лежала на Президенте РФ и Правительстве РФ, поскольку, как показал опыт других стран с переходной экономикой, прежде всего, государств Балтии и некоторых стран Центральной и Восточной Европы, и монетаристскими методами можно было добиться определенного успеха. Монетаризм - экономическая теория, рассматривает денежную массу, находящуюся в обращении, как определяющий фактор в формировании хозяйственной конъюнктуры. Монетаризм устанавливает причинную связь между изменениями количества денег и величиной ВВП. Монетаризм возник в США в 50-е гг. ХХ в. как антипод кейнсианства. Ведущий представитель монетаризма - американский экономист М. Фридмен.

 



«Поворот» курса реформ В. Черномырдина (1993 - март 1998 гг.)

Через два дня после освобождения Е. Гайдара с должности премьер-министра исполнение обязанностей Председателя правительства было поручено В. Черномырдину, имевшему богатый административный опыт и отличавшемуся поразительной способностью адаптироваться к среде. Новый премьер, опираясь на бывшую советскую номенклатуру, выражал интересы директорского корпуса и высших чиновников.

Вице-премьером, а с марта 1993 г. и министром финансов стал молодой экономист
Б. Федоров, принадлежавший также к крылу реформаторов. Он являлся сторонником воплощения в жизнь программы макроэкономической стабилизации. В состав правительства также входили
А. Чубайс, А. Шохин, В. Шумейко, С. Шахрай и другие. В сентябре 1993 г. на должность министра экономики в правительство вернулся Е. Гайдар.

С возвращением к работе после продолжительной болезни осенью-зимой 1996-1997 гг.
Б. Ельцина первыми вице-премьерами были назначены А. Чубайс и Б. Немцов. Таким образом, в деятельности нового правительства обозначились два крыла – эволюционно-консервативное во главе с В. Черномырдиным и радикально-реформаторское во главе с А. Чубайсом. За противоборствующими группировками стояли мощные финансово-промышленные структуры, ведущие борьбу за укрепление своих позиций и власти и установление контроля в ведущих отраслях экономики. Радикализм - социально-политические идеи и действия, направленные на решительное изменение существующих институтов. Радикализм заметно проявляется в кризисные, переходные исторические периоды.

С именем В. Черномырдина связан очередной этап реформ, который, как и период гайдаровской «шоковой терапии» был столь же противоречивым и не менее драматичным. Отметим, что собственной модели экономического развития, в отличие от Е. Гайдара, он не имел, и, по мнению Б. Федорова, не понимал многих общеэкономических вопросов. С приходом в правительство В. Черномырдина позиции реформаторов в нем были ослаблены. Все отраслевые министерства возглавляли руководители, находившиеся по отношению к реформаторам «в оппозиции» и не о каких реформах в своих отраслях изначально не помышлявшие. Первым заметным шагом в «откате» от реформ, как отмечалось, стало известное постановление о государственном регулировании цен, которое подписал В. Черномырдин уже 31 декабря 1992 г. Реформаторы предприняли «атаку» на премьера, они «устроили скандал» внутри правительства и в средствах массовой информации. В результате правительственное постановление о государственном регулировании цен было отменено. Пришлось отменить и другое непопулярное административное указание относительно запрета автомобилей с правосторонним рулем.

Главной задачей Правительства В. Черномырдина была борьба с инфляцией и обеспечение финансовой стабилизации. Оно держало ориентир на осуществление жесткой финансово-кредитной политики и обеспечение бездефицитного бюджета, обеспечение преобладания частной собственности в экономике, развитие отношений с МВФ, а в политической сфере – на сдерживание коммунистической оппозиции. Бюджет - роспись доходов и расходов государства, учреждения, семьи или отдельного лица на определенный срок (год). Бездефицитный бюджет - бюджет, в котором отсутствует превышение расходов государственного бюджета над его доходами. В 1993 г. были предприняты энергичные попытки нормализовать хозяйственную жизнь страны, ответственность за реализацию которых возлагалась на  Б. Федорова. В том же году, после выборов в Государственную Думу власти изменили некоторые основные экономические приоритеты: во-первых, последовало заявление о недопущении впредь «шоковой терапии»;
во-вторых, в качестве главного средства борьбы провозглашались немонетаристские методы;
в-третьих, стала оказываться серьезная финансовая поддержка и предоставляться льготы компаниям топливно-энергетического комплекса; в-четвертых, было принято явно ошибочное и преждевременное решение о создании т.н. рублевой зоны нового образца, а 12 апреля 1994 г. премьер-министры России и Белоруссии подписали давно готовившийся договор о поэтапном, с
1 мая того же года, объединении денежных систем обоих государств. С таким поворотом курса реформ были не согласны первый вице-премьер и министр экономики Е. Гайдар, вице-премьер и министр финансов Б. Федоров, министр социальной защиты Э. Панфилова. Как отмечалось, в начале 1994 г. они покинули правительство. В результате либеральное крыло в правительстве ослабло. Отметим также, что в начальный период своей деятельности В. Черномырдин действовал достаточно осмотрительно, он ежегодно обновлял трехлетнюю программу реформ, разработанную еще правительством Е. Гайдара, в которую вносились соответствующие коррективы. Однако внимание к этому документу зависело от конкретного соотношения сил в правительстве – реформаторов и консерваторов, а также от политических, экономических и чисто субъективных факторов. Консерваторы - приверженцы консервативных взглядов, противники прогресса и преобразований (в политической жизни, литературе и искусстве, науке). Так, в 1993-1994 гг. «Трехлетний план реформ» с разработанным графиком конкретных действий в правительстве Черномырдина не вызывал большого интереса, а часть его членов даже пыталась демонстративно от него дистанцироваться, в 1995-1996 гг., напротив, он вызывал в правительстве все больший интерес и становился, по словам А.Чубайса, «абсолютно рабочим документом».

В целом же следует отметить, что, несмотря на постепенное вытеснение из правительства ставленников Е. Гайдара, с разрешением конфликта между законодательной и исполнительной властями, после некоторых колебаний правительство В. Черномырдина продолжило реформаторский экономический курс. Реформы пусть медленно, но все же тали осуществляться, причем, по мнению Б. Федорова, «нередко более последовательно, чем это делалось в 1992 г.».
В марте 1994 г. удалось снизить инфляцию, появились благоприятные условия для стабилизации. Вместе с тем в экономике создавалось исключительная, по его словам, «либеральная ситуация», т.к. налоги не собирались, регулирование не действовало, все покупалось и продавалось. Либерализовали цены на зерно, появились реальные процентные ставки и др.

В конце мая - начале июня 1994 г. были подготовлены два «пакета» указов Президента РФ по экономическим вопросам. На их основе правительству поручалось подготовить соответствующие проекты законов и направить их в Государственную Думу на обсуждение и утверждение. Указы охватывали широкий круг проблем, в том числе – квотирование и лицензирование товаров, усиление контроля за налично-денежными расчетами, укрепление налоговой дисциплины и ряд других. Квотирование - разновидность мер по регулированию экономической деятельности, по ограничению производства, экспорта и импорта товаров. Основаниями для таких ограничений могут быть обязательства страны по международным соглашениям, а также необходимость соблюдать национальные интересы. Лицензия - разрешение (право) на осуществление лицензируемого вида деятельности при обязательном соблюдении лицензионных требований и условий, выданное лицензирующим органом юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю. Лицензирование - мероприятия, связанные с выдачей лицензий, переоформлением документов, подтверждающих наличие лицензий, приостановлением и аннулированием лицензий и надзором лицензирующих органов за соблюдением лицензиатами при осуществлении лицензируемых видов деятельности соответствующих лицензионных требований и условий.

В октябре того же года в условиях долларизации экономики и роста закупки валюты резко и неожиданно произошло обвальное падение курса российского рубля, что повлекло за собой увольнение министра финансов и председателя Центробанка. Это случилось во вторник,
11 октября, поэтому обвал курса рубля в этот день получил название «черного вторника».

В конце 1994 г. удалось выровнять курс рубля по отношению к доллару, однако инфляция набирала новые обороты, и потребительские цены повысились. В том же году объем промышленного производства по сравнению с 1993 г. сократился более чем на 20%. Экономическая напряженность возрастала, она усугублялась развернувшейся в конце 1994 г. войной в Чечне. В этих условиях была утрачена возможность финансовой стабилизации.

 



Меры по финансовой стабилизации

В условиях углубления экономического кризиса во исполнение поставленных задач в преобразованиях, осуществлявшихся в реальном секторе экономике, с некоторой долей условности, можно выделить следующие три направления: 1) борьба с инфляцией и достижение финансовой стабилизации; 2) либерализация внешнеэкономической деятельности;
3) осуществление разгосударствления и приватизации.

Для решения первой из трех поставленных задач – борьбы с инфляцией и обеспечения финансовой стабилизации – были приняты следующие меры.

1. Ужесточен контроль над государственными расходами: отменены субсидированные кредиты, сокращены масштабы кредитования экономики со стороны Центрального банка по линии предоставления кредитов как правительству, так и коммерческим банкам. Для координации деятельности Правительства и Центрального Банка, отказавшегося от эмиссии, создавалась специальная комиссия.

2. Резко упало кредитование государств-участников СНГ. Это не исключало в отдельных случаях в целях обеспечения политических и экономических интересов России предоставление кредитов отдельным государствам ближнего зарубежья, как это имело место, например, с Молдавией во второй половине 1993 г. Предусмотренный на тот же период кредит для государств-участников СНГ в объеме 800 млрд руб. в конце того же года был сокращен наполовину, до
400 млрд  руб.

3. Проведена замена в налично-денежном обращении прежних «союзных» рублей на новые российские (июль-август 1993 г.), что, по замыслам Центрального Банка России, должно было заложить основу рублевой зоны нового типа. Но, как отмечалось, в такой зоне из государств-участников СНГ помимо самой России остался лишь один Таджикистан.

4. В условиях непродуманного отказа государства от таких важнейших источников дохода, как монополия внешней торговли, винно-водочная монополия, эффективная приватизация и др., для финансирования дефицита бюджета стали активно привлекаться внешние заимствования. Однако эта мера не приносила необходимой отдачи, а главное не оказывала положительного воздействия на экономический рост. Так, в 1993-1997 гг. ежегодно на 1% внешнего долга в России приходилось 1,12% падения ВВП. В США, Германии и Франции на тот же процент, напротив, приходился прирост ВВП от 0,14% до 0,17%.

5. Определены меры по разрушению системы предоставления тех или иных льгот. В этой связи отмечалось, что Президент РФ в этом вопросе вначале проявил определенную твердость, но затем уступил, стал делать исключения, например, в марте 1996 г. для мэра Москвы Ю. Лужкова, нижегородского губернатора Б. Немцова, сумевшего «пробить» указ о предоставлении нижегородской художественно-промышленной выставке таких же льгот, которые были получены мэром столицы на строительство храма Христа Спасителя.

6. Создана Всероссийская чрезвычайная комиссия по налоговой политике. Принят жесткий указ, обязывающий всех должников федерального бюджета иметь только один счет. После выхода этого указа экономика, как утверждают, «громко застонала», т.к. должниками были все, а «коса Указа» одинаково резала как злостных неплательщиков, так и тех, кому для работы надо было иметь хотя бы два-три счета». Приблизить период финансовой стабильности должно было исполнение трех указов Президента, принятых в начале 1995 г.: «О мерах по укреплению финансовой дисциплины при исполнении федеральных бюджетов», «О некоторых мерах по государственному регулированию естественных монополий в Российской Федерации», «О мерах по упорядочению государственного регулирования цен (тарифов)». Суть нового пакета реформаторских указов состояла также в том, чтобы обеспечить дальнейшее экономическое реформирование в России.

7. Предполагалось расширить влияние государства на экономику. Суть этого процесса раскрывалась в президентском Послании-96 Федеральному собранию. В вышеназванных указах и Послании-96 ставились в этой связи такие задачи. Во-первых, сделать решающий шаг к завершению финансовой стабилизации, подавить инфляцию, обеспечив тем самым ограничение роста цен до 20%, сделав ее предсказуемой. Во-вторых, правительству поручалось устанавливать перечень продукции, цены на которую реализуются государством. Это относилось к продукции таких естественных монополий, как энергетика, транспортные услуги, связь и ряд других.
В-третьих, предписывалось применять регулируемые цены на внутреннем рынке в отношении всех предприятий независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности. К нарушившим законодательство о регулировании цен предполагалось применять штрафные санкции. В-четвертых, по регулируемым ценам предполагалось распределять до 15% ВВП. Кроме того, предусматривалось создание федеральных органов исполнительной власти по регулированию естественных монополий в таких важных сферах, как транспортировка нефти, нефтепродуктов, газа, производство электрической и тепловой энергии, железнодорожные перевозки и ряд других.

8. Введена система экспортного контроля и принимались меры по исключению практики субсидирования экспорта и другие.

Таковы некоторые из мер, которые определили власти в целях ужесточения денежно-кредитной политики и улучшения регулирования слабо управляемого финансового хозяйства.

Однако в целом они не привели к необходимой отдаче . Уже с конца 1997 г. появились первые признаки кризиса. Резко ухудшилось финансовое положение предприятий производственной сферы, сокращалась налогооблагаемая база, вырос внешний долг (с 78,7 до 179,9 млрд долл. США с 1992 по 1999 г.) и увеличились выплаты по его обслуживанию. Приближался знаменитый дефолт 17 августа 1998 г.

 



Либерализация внешнеэкономической деятельности

С 1992 г. внешнеэкономическая деятельность стала одной из важнейших сфер реформирования. Напомним, что Указом Президента РФ от 15 ноября 1991 г. «О либерализации внешнеэкономической деятельности» фактически отменялась государственная монополия внешней торговли в России. Был провозглашен принцип свободного заключения сделок с зарубежными партнерами. Всем зарегистрированным на территории России предприятиям и их объединениям независимо от форм собственности было предоставлено право осуществлять внешнеэкономическую, в том числе посредническую, деятельность без специальной регистрации. Внешнеэкономическая деятельность таким образом была ориентирована на ускоренное открытие российской экономики по таким ее направлениям, как либерализация и устранение государственной монополии в этой сфере, что открывало дорогу в беспредел и в сфере внешнеэкономических связей, особенно ориентированных на экспорт, ограничение соответствующего административного регулирования предприятий, выходивших на внешние рынки, обеспечение доступа иностранным инвестициям в экономику. И новое правительство в целях восстановления экономики и могущества ослабленного государства, продолжения курса реформ большие надежды возлагало на внешнеэкономические связи и, прежде всего, на внешнюю торговлю. В Программе правительства, принятой в 1993 г. «Развитие реформ и стабилизации российской экономики», рассчитанной на 1993-1995 гг., были определены очередные задачи в сфере внешнеэкономической деятельности: сокращение и отказ от количественных ограничений и использование экономических методов регулирования; сближение структуры внутренних и мировых цен; переход к единому курсу рубля; снижение ставок экспортного тарифа с отменой его в 1996 г.; введение унифицированного импортного тарифа; поддержка экспортной сферы, расширение рынков сбыта для отечественной продукции и ряд других.

Ориентир, как видим, был взят на либерализацию внешнеэкономических связей и их известное регулирование. На сегодняшний день в этом курсе принято выделять три этапа:
первый - вторая половина 1992-1994 гг., второй – 1995-1996 гг. и третий – с 1997 г. до середины августа 1998 г.  Каждый из этих этапов по своему содержанию качественно отличался друг от друга. Так, изначально сохранялась система экспортного контроля, спешно введенная еще в апреле 1992 г. Однако центр тяжести экспортного регулирования все больше переносился с административных методов, посредством запретительных списков товаров, квот и лицензий на экономические методы с помощью пошлин. В 1992-1993 гг. экспортные вывозные пошлины охватывали до ? экспорта. В последующие годы перечень облагаемых ими товаров сократился. Одновременно сократилось число товарных позиций в списке стратегически важных сырьевых ресурсов. По состоянию на 1994 г. число спецэкспортеров нефти, например, осталось на
уровне 14. Что же касается тарифного регулирования импорта, то здесь средневзвешенный уровень ввозных пошлин увеличивался с примерно 5% в 1992 г. до 14-15 % в 1995 г. В
1992-1993 гг. еще существовала практика бюджетного субсидирования импортных закупок ряда важнейших товаров. В целом же нетарифные методы регулирования играли на этом этапе преобладающую роль, под лицензионным контролем в указанные годы находилась подавляющая часть экспорта (до 75-80 %). До 1994 г. целостной экономической политики, согласованной с курсом реформ, у правительства все же не было, что нашло выражение в частой смене методов экспортно-импортного регулирования, в известной непоследовательности проводимой внешнеэкономической деятельности.

Новый 1994 г. ознаменовался определенной либерализацией: сократилась доля централизованного экспорта государства, понизилось квотирование товаров, упразднился институт спецэкспортерства и др. Тенденция к либерализации внешнеэкономической деятельности отчетливо обозначилась и на новом этапе в 1995-1996 гг. Это нашло отражение в Законе, принятом в 1995 г. «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности» и в двух президентских Указах, подписанных Б. Ельциным в том же году о ликвидации таможенных льгот и об отмене института спецэкспортерства. Первый Указ Президента отменял, как отмечалось, в общей сложности около 60 предыдущих решений о предоставлении таможенных льгот, второй «Об основных принципах осуществления внешнеторговой деятельности в Российской Федерации» отменял институт спецэкспортерства. В этой связи отметим, что некоторые члены правительства выступали за более «мягкое» решение этого вопроса, они предлагали сократить список стратегически важных сырьевых товаров, вывоз которых доступен только спецэкспортерам.

В Указе Президента определялись возможности нетарифного ограничения экспорта и импорта. Такие ограничения могли осуществляться в целях обеспечения правопорядка, поддержания обороноспособности страны и международной безопасности, охраны жизни и здоровья населения, окружающей среди, археологического, исторического и культурного наследия Российской Федерации. Как видим, трактовать эти ограничения можно очень широко, следовательно, существовала возможность обойти президентский Указ, сделать исключение тому или иному субъекту внешнеэкономической деятельности.

Согласно указу, ликвидировалась приоритетность поставок «федеральных государственных нужд» и, следовательно, один из способов захвата внешних и внутренних рынков с помощью бюрократических процедур. Не допускалось ограничение экспорта товаров и услуг. Кроме того, предусматривались более жесткие меры против возможности укрытия продавцом валютной выручки путем занижения экспортной цены. Можно было ожидать, что с ликвидацией таможенных льгот и отменой института спецэкспортеров возможность бюрократического произвола в отношении регулирования внешнеэкономической деятельности значительно уменьшится. Однако это не произошло, как, впрочем, не была выполнена из-за финансовых проблем и федеральная программа развития экспорта, одобренная правительством в 1996 г. В том же году правительство и Центральный Банк сделали заявление о среднесрочной стратегии и экономической политике, в котором содержался отказ от использования количественных ограничений на экспорт и импорт и использование экономических методов регулирования. Вслед за тем были приняты конкретные меры, и уже в 1997 г. квотированию и лицензированию подлежало лишь 10 % экспорта. Годом раньше под давлением МВФ упразднялся экспортный таможенный тариф, с 1 апреля 1996 г. отменялись все вывозные пошлины за исключением нефти (отменены с 1 июля того же года).

Подводя итог, в обобщенном виде можно сделать следующие выводы.

В 1993 - начале 1998 гг. правительство В. Черномырдина в целом проводило политику либерализации внешнеэкономической деятельности. Заметно возросло число участников внешнеэкономической деятельности, и расширились их полномочия. Экспортная сфера превращалась в крупнейший сектор экономики России. Удалось стабилизировать некоторые экономические процессы в стране. Этот курс проводился в сложных политических и социально-экономических условиях. Противостояние властей, существенное ослабление государства, экономический кризис, падение производства, низкие цены на многие товары российского экспорта, потеря традиционных рынков и ряд других причин – все эти болезненные вопросы государства в той или иной мере влияли на осуществление указанного курса.

В сложившихся конкретных условиях либерализация внешнеэкономических связей и внешней торговли в том виде, в каком она была осуществлена, не могла компенсировать промышленную и инвестиционную деятельность и тем самым решить главную задачу – преодолеть кризис, поднять производство, – которую правительству выполнить так и не удалось. Она оказалась также не способной аккумулировать валютную выручку в руках государства и направить ее на структурную перестройку для решения иных, наиболее важных социально-экономических проблем, для пополнения валютных резервов страны и обслуживания текущего внешнего долга. Но вместе с тем, несмотря на трудности и противоречия, внешнеэкономическая деятельность превратилась в один из важнейших факторов хозяйственного развития страны. Во-первых, экспортная деятельность оказывала поддержку ряду отраслей промышленности, помогала в условиях катастрофического спада производства удержаться им, так сказать, «на плаву». Одновременно она способствовала смягчению остроты социально-экономических проблем в регионах. Во-вторых, осуществлялась активная торгово-политическая поддержка российских экономических интересов на потенциальных рынках и экспорта продукции перерабатывающих производств. В-третьих, за счет роста импортных закупок в 1993-1998 гг. удовлетворялась значительная часть спроса на внутреннем рынке, и таким способом решалась проблема дефицита. Доля импорта потребительских товаров сохранилась примерно на уровне 2/5 от общего объема рыночного товарооборота. В-четвертых, вследствие открытия инвестиционного рынка обеспечивалось известное, пусть и незначительное, привлечение в страну дополнительных валютных и инвестиционных ресурсов, необходимых для осуществления структурной перестройки экономики. Налоговые поступления от экспортно-импортных операций в разные годы формировали от 1/5 до 2/5 доходной части государственного бюджета. В-пятых, на фоне общей деградации экономики и катастрофического падения производства увеличилась доля экспорта в производстве важнейших товаров. Экспортная сфера внешнеэкономической деятельности стала крупнейшей и жизненно важной отраслью российской экономики (табл. 1).

Таблица 1

Доля экспорта в производстве важнейших товаров в России (в %)

Природный ресурс

1992 г.

1993 г.

1994 г.

1995 г.

1996 г.

1997 г.

1998 г.

Нефть сырая

35,4

34,7

40,2

41,0

41,7

41,5

45,3

Нефтепродукты

14,8

30,3

25,4

26,1

32,4

34,0

32,8

Газ природный

30,2

27,6

30,4

32,3

33,0

36,9

35,6

Минеральные удобрения

69,3

72,0

70,4

70,4

75,0

72,0

72,8

Круглый лес

6,8

8,8

12,5

22,3

23,2

29,3

34,1

Пиломатериалы

6,6

11,2

20,5

17,2

13,3

17,2

17,0

Целлюлоза древесная

40,8

66,4

79,1

74,8

85,7

82,8

77,6

 

Предполагалось, что в дальнейшем либерализация внешнеэкономической деятельности и ее экспортной деятельности, в частности, активно пойдет в направлении содействия промышленной и инвестиционной деятельности, осуществления действенного контроля за такими действующими механизмами торговли, как регистрация контрактов и введение паспортных сделок, обложение налогом не контрактной, а мировой цены экспортируемого товара, сокращение импортных квот и др. Вместе с тем, в самом ходе либерализации внешней торговли обозначился ряд определенных проблем. Так, либерализация системы контроля за ввозом капитала привела к дальнейшему «бегству», «утечке» и «оседанию» валютных накоплений за рубежом. О масштабах этого процесса в форме сокрытия экспортной выручки в иностранных банках, занижения экспортных цен по отношению к мировым, заключения фиктивных импортных контрактов и т.д. существуют различные оценки. Приведем данные о годовом оттоке капитала, основанные на анализе независимых экспертных оценок (табл. 2).

Таблица 2

Годовой отток капитала

млрд долл.

1992 г.

1993 г.

1994 г.

1995 г.

1996 г.

1997 г.

1998 г.

26,6-61,4

26,8-56,2

31,7-77,8

33,8-110,5

30,5-84,6

40,7-119,0

26,9-96,5

 

Но в любом случае, по мнению экспертов, размеры капитала, вывезенного легальным, полулегальным и криминальным путем, в совокупности с огромным объемом положительного сальдо торгового баланса примерно в 186 млрд долл. (1993-1998 гг.) позволили бы при наличии не полной, а частичной государственной монополии внешней торговли на наиболее важные в экономическом и социальном отношении товары решить многие национальные задачи и снять остроту социальных проблем. Однако правительство В. Черномырдина на это не могло пойти в принципе и не пошло. В годы его правления так и не был создан надежный и эффективный механизм по противодействию утечке капитала. К другому негативному итогу можно отнести высокую долю импорта на рынке продовольственных и потребительских товаров, топливно-сырьевой характер товарной структуры экспорта, что дает западным странам возможность получить качественное сырье и топливо. Не удалось добиться поступления на российский рынок современных технологий, что особенно важно, если учесть средний возраст отечественного производственного оборудования в промышленности, составлявший еще в 1990 г. 11 лет, а в рассматриваемый период (2000 г.) он достиг почти 18 лет при среднем нормативном сроке службы в 13-14 лет. Резко сократился взаимный оборот России с государствами-участниками СНГ, продолжали разрушаться кооперационные связи между предприятиями и отраслями этих государств. Промышленный экспорт не получал соответствующей государственной поддержки.

 



Денежная залоговая приватизация

Важнейшим итогом чековой приватизации стала невозможность реставрации прежней хозяйственной системы: появился институт частной собственности, формировались новые экономико-правовые и институциональные структуры, быстрыми темпами развивался сам приватизационный процесс, который в России был выше, чем в абсолютном большинстве стран Центральной и Восточной Европы. Только в 1994 г. было приватизировано 21095 предприятий. Теперь реформаторы исходили из очевидной для них предпосылки, что для успешного развития страны потребуется привлечение колоссальных инвестиций, нового капитала, а, следовательно, понадобится новый класс крупных собственников. В соответствии с таким подходом, в условиях возрастания давления на экономику политических и субъективных факторов, развития лоббистских устремлений и продолжавшихся стихийных приватизационных процессов 1 июля 1994 г. было объявлено о переходе к новому этапу приватизационного процесса в России – денежной залоговой приватизации, ориентированной на стимулирование инвестиционного бума, реструктурирование предприятий и обеспечение их эффективного функционирования.

На этом этапе и развернулась основная борьба за реальную собственность, хотя акции многих предприятий, представлявших для инвесторов высокодоходный интерес, были распроданы уже в 1994 г. Цель этой фазы приватизационного процесса заключалась в дальнейшем эффективном перераспределении объектов собственности государства, привлечении новых капиталов, концентрации прав собственности, создании крупного слоя капиталистов-собственников, способных эффективно вести хозяйство. Но фактически уже с 1995 г. на передний план выдвинулась задача первостепенной для власти важности – финансирование дефицита федерального бюджета. Решение этой задачи в течение 1995-1998 гг. отодвинуло на дальний план такие важнейшие цели данного этапа приватизационного процесса, как деятельность по реструктурированию предприятий, развитию производства, привлечению новых инвестиций и др. Однако такая технология приватизации оказалась непродуктивной. Во-первых, надежды правительства на потенциальных инвесторов не оправдались. Правительство рассчитывало, что среди потенциальных инвесторов на российские банковские инвестиционные структуры и иностранные компании будет приходиться до 60% инвестиций. Во-вторых, реальный приток денег в бюджет для последующего направления этих средств на инвестиционные цели за счет продажи акций не ощущался.

Исключение составлял 1995 г., когда было приватизировано 10152 предприятия, а государство получило в бюджет 7,3 трлн руб. Но уже следующий год стал в этом отношении провальным: при бюджетном задании в 12,3 трлн руб. за счет приватизаторов в бюджет поступило лишь около 1 трлн руб. Бюджетное задание на 1997 г. по поступлениям уменьшили почти в два раза по сравнению с 1996 г., что позволило его выполнить. В-третьих, основные поступления в течение каждого года шли неравномерно, в основном за счет залоговых аукционов, которые в истории приватизации, формировании ядра будущих империй олигархов заняли особое место. Это относится, прежде всего, к аукционам 1995 и 1997 гг. Денежная залоговая приватизация имела и другие отличительные черты. В отличие от чекового этапа приватизационного процесса она проходила по иному сценарию: все, кто преуспел на его первом этапе, т.е. «сделать» деньги в ваучерной приватизации, теневой сфере, торговле, на валютных операциях и т.д. могли теперь на них по дешевке скупать у государства общественное достояние; государство продавало собственные пакеты акций, в том числе топливных компаний, при этом особенно активная его деятельность в этом направлении имела место в 1995-1997 гг.; на залоговых аукционах, проведение которых было одобрено Указом Президента от 11 мая 1995 г., оно передавало пакеты в доверительные управления тем частным банкам, которые отвечали, по крайней мере, двум условиям: они имели связи во власти, были ближе к правящей политической группировке президентско-правительственной коалиции; такие банки могли предоставить правительству наибольшие кредиты. Залоговые аукционы были одной из наиболее важных и удачных форм проведения денежной приватизации. Необходимость проведения подобных аукционов во многом диктовалась также крайне сложной бюджетной ситуацией. Она была рассчитана на получение взаймы у ведущих банков России кредитов.

В конце марта 1995 г. консорциум «Онэксим-банк», «Менатеп», «Российский Кредит» выступил с предложением о передаче под кредиты коммерческим структурам в доверительное управление пакетов акций крупных предприятий. Власти одобрили эту идею, и Б.Ельцин подписал Указ об аукционах на право заключения договоров банковского кредита Правительству. В соответствии с правилами проведения залоговых аукционов, установленных властями, госпакеты акций крупных, фактически высокодоходных предприятий переходили в залог к частным банкам, а в случае невозврата государством предоставленных ему кредитов такие банки по истечении установленного срока могли их выкупить на аукционах, т.е. у самих себя. Правительство, конечно, не расплатилось (или не хотело этого сделать), и пакеты акций, переданные под залог, не получило. В результате госпакеты акций становились собственностью бывших залогодержателей, т.е. коммерческих структур группы ведущих банков. При этом обошлись они им дешево, скорее, по символическим ценам. Так, компания «Интеррос-ойл», входившая в финансово-промышленную группу «Интеррос», контролируемую «Онэксим-банком», в сентябре 1996 г. выиграла инвестиционный конкурс по 34% акций «Сиданко», в январе следующего года на инвестиционном конкурсе она приобрела залоговый пакет акций этой компании. Всего «Онэксим-банк» затратил на приобретение акций компании «Сиданко» 418 млн долл., но уже в ноябре
1997 г. он перепродал 10% ее акций «Бритиш Петролиум» (ВР) и получил за это 571 млн долл., что свидетельствует не только о предприимчивости банка, но и о существенном занижении реальной стоимости компании «Сиданко».

Поступления государственного бюджета от продаж на залоговых аукционах, на которых были выставлены пакеты акций 21 компании в 1995 г., по оценкам экспертов были незначительными. По данным экономиста И. Устинова, всего за приватизацию 21632 промышленного предприятия в течение 1992-1999 гг. государство получило 347, 2 млн долл., или по 16 тыс. долл.за каждое предприятие .

Государственные пакеты акций высокодоходных предприятий были предметом острой конкурентной борьбы среди коммерческих банковских структур, о чем свидетельствуют залоговые аукционы по акциям компаний «Сиданко», «Связьинвест», РАО «Норильский никель» и др.

На результат, цену покупки, определение нового собственника во многом влияли связи участвующих в аукционах и конкурсах в высших эшелонах российской власти, которая своими действиями в решении этих и других залоговых вопросов доказывала порой свою непредсказуемость. Сказывалась на этом процессе и продолжительная болезнь Б. Ельцина в течение осени 1996 - зимы 1997 гг. Поскольку организация аукционов происходила в условиях нарушения правил конкурентности, соблюдения лишь формальной, а не фактической законности, порой даже отмены властями «собственной» прежней нормативной базы, на которую изначально полагались участники приватизационных сделок, то результат последних их противники (или проигравшие на аукционах и конкурсах) рассматривали как «сомнительные», или «мнимые».

Второй этап приватизации отличался не только по своему «сценарию». Его характерными чертами также являлись: формирование (или продолжение формирования) олигархического капитала, остаточный характер приватизации, регионализация приватизационного процесса в политических целях, активный передел собственности между крупнейшими естественными монополиями и компаниями, сопровождавшийся постоянной информационной войной. Вот только некоторые тому свидетельства. Как уже отмечалось, в 1992 г. был заложен крупнейший приватизационный проект создания нефтяных компаний. Предполагалось, что ориентиром приватизации в нефтяном комплексе будет раздел российского нефтяного рынка между
10-15 крупнейшими вертикально-интегрированными компаниями. В последующие примерно четыре-пять лет эта задача успешно решалась. Была в основном завершена беспрецедентная в мировой практике программа приватизации российского нефтяного комплекса. Последний был поделен на 14 вертикально-интегрированных компаний. При этом, если в 1993-1995 гг. шел в основном раздел нефтяного комплекса при сохранении контрольного пакета за государством в большинстве компаний (от 45 до 51%), то для 1995-1997 гг. характерным был активный передел государственной собственности в крупнейших НК первой волны. На первом этапе этого процесса, в 1993-95 гг., как отмечают специалисты, государство в сущности не смогло (или не хотело) осуществить активную политику государственного менеджмента по стратегическим вопросам и дистанцировалось от решения насущных проблем деятельности компаний. В последующие годы оно целенаправленно передает контроль над предприятиями нефтяного комплекса тем финансовым группам, которые представляли наибольшие кредиты, а главное были наиболее лояльны к власти. Большую роль в этом деле сыграли уже упоминавшиеся залоговые аукционы в 1995-1997 гг. Президентские выборы 1996 г. также стали важным этапом в становлении соответствующих номенклатурно-политических групп-«олигархов». Иными словами, в России постепенно формировался «свой олигархический капитал», развивавшийся по законам бизнеса и конкуренции, появилась бизнес-элита, представители которой «сделали» свое состояние на приватизации и либерализации экономики. К концу 1996 г., по утверждению Б. Березовского в интервью газете «Financial Times» в ноябре того же года, более половины российской экономики контролировали семь человек. К ним относились: Б. Березовский, В. Виноградов, В. Гусинский, В. Потанин, А. Смоленский, М. Ходорковский, А. Чубайс. Бизнес-элита возникла в России в условиях ослабленного государства, разрушенной системы контроля, продолжавшегося процесса стихийной приватизации, фактических хищений. В известной книге «Приватизация по-русски», вышедшей под редакцией «главного приватизатора» А. Чубайса в 1999 г., ее авторы на вопрос, на чем разбогатели олигархи и заработали свои состояния, дали следующий ответ, с которым во многом можно согласиться. «Если проанализировать, на чем сделали свои состояния наши олигархи, то в большинстве случаев окажется – на бессилии государства. На его бездеятельности, некомпетентности, на всякого рода внутриполитических раздрях. Банки, поднявшиеся на обслуживании госбюджета, - это следствие инфляционной политики, накачки экономики необеспеченными деньгами. Это результат отсутствия единой экономической стратегии в недрах российской власти.

В итоге так и складывалось все – один к одному. Государство: слабое… противоречит само себе, раздираемо внутренними интригами и распрями. Такое государство заведомо не способно сконцентрировать необходимое количество качественных интеллектуальных ресурсов для своих нужд. А теперь, смотрите, частный сектор: сильные, умные, образованные, энергичные, толковые – все они здесь.

Естественно, при таком раскладе частные структуры начинают бурно расти, последовательно усиливая свое влияние».

Не вдаваясь в полемику с некоторыми утверждениями авторов, считаем необходимым еще раз подчеркнуть, что за достижения приватизации россиянам пришлось заплатить большую цену. Выбранная технология приватизации также вызывает критическое отношение. Она отличалась от международной практики не в лучшую сторону. И хотя результат приватизации все же был очевиден, большинство граждан еще долго будет помнить «ваучеры» и обещания и т.д. Не забудет оно и полученный материальный, денежный, моральный и иной «эффект» от их вложения в различные фонды. Не стоит игнорировать, очевидно, и оценки некоторых зарубежных экономистов, в том числе китайских (Чжи Сяохэ, например) относительно выбора самого неэффективного способа приватизации, ускоренных ее темпов, создания идеальных возможностей для обогащения директората, чиновничества и преступных элементов.

На втором этапе приватизационного процесса возникали первые корпоративные группирования олигархов, преследовавшие политические цели и постепенно усиливавшие свое влияние на власть. Так, созданное неустойчивое в своей основе объединение «Предпринимательская политическая инициатива-92», в состав которой вошли К. Бендукидзе (Уральские машиностроительные заводы), М. Ходорковский (ЮКОС) и другие еще в декабре
1992 г. предприняли неудавшуюся попытку примирить две противоборствующие власти – Съезд народных депутатов и Президента, призвав их к компромиссу. Преуспели олигархи и на рынке СМИ, используя их как средство давления на власть. Так, в октябре 1993 г. впервые вышла в эфир телекомпания НТВ, созданная на средства банкира В. Гусинского («Мост»), А. Смоленского («Столичный-СБС»), О. Бойко («Национальный кредит»). Это группирование банкиров диктовалось их стремлением создать первую частную телекомпанию, через которую спустя некоторое время развернется информационная война за собственность. В этих же целях консорциум банков (КБ-ОРТ), созданный группой бизнесменов, приложил определенные усилия к разделу «частной доли» (46 %) телекомпании ОРТ, что позволило Б. Березовскому на определенное время усилить влияние на этот информационный центр. В 1997 г. развернулась борьба вокруг газеты «Известия». За акции издания этой газеты боролись «Онеэксим-банк» и «Лукойл». В итоге акционерам удалось все же договориться о разделе власти в редакции газеты. С помощью средств массовой информации, имевшихся в арсенале у олигархов, а также других доступных способов развертывалась порой большая «информационная война» между крупными компаниями, прежде всего, за интересы финансово-промышленных групп, имевших связи с правительством, за собственность, ее передел. Она имела тенденцию то к затуханию, то к обострению. Как только негласные договоренности между ними нарушались одной из сторон, такая «война» возобновлялась и переходила в новую, более глубокую стадию. Нечто подобное случилось летом 1997 г., когда за 25-процентный пакет АО «Связьинвест» развернули борьбу, с одной стороны, «Онэксим-Bank»-Deutche bank – Фонд Дж. Сороса Quantum, с другой – «Мост-банк» – «Альфа-банк» при поддержке Б. Березовского. В результате победил В. Потанин, и АО «Связьинвест» достался ему. В ответ Б. Березовский при поддержке подвластных ему СМИ развязал информационную войну против А. Чубайса и Б. Немцова, которые, якобы, обеспечили победу «Онэксим-банку». В информационную войну были втянуты либеральные реформаторы, бывшие государственные чиновники, представители политических партий и др.

Что же касается общих итогов второго денежного этапа приватизации, то она дала реальный результат – из общего числа зарегистрированных субъектов хозяйственной деятельности к октябрю 1996 г. (2425 тыс. единиц) в частной собственности находилось 67% предприятий, включая корпорации с государственным участием, в государственной – 10%, в муниципальной – 7,4, в собственности общественных объединений – 4,9%. На конец того же года в РФ было приватизировано 124600 предприятий, негосударственный сектор произвел в 1996 г. около 70% ВВП. По секторам экономики результаты приватизации выглядели так: в частной собственности находилось 93,6% предприятий сельского хозяйства, 88,6 % - торговли и общественного питания, 92,2% - строительства. Меньше всего частных предприятий было в сферах образования – 14,4% и управления – 12,5% .

Таким образом, можно выделить несколько итогов пятилетней деятельности правительства
В. Черномырдина. Главным из них стало углубление кризиса, изменившего в худшую сторону геополитическое положение страны, а также несбалансированность государственных бюджетов, ориентация правительства на чрезмерные внутренние и внешние заимствования для ликвидации дефицита последних, рост задолженности по заработной плате и пенсиям, непродуманное осуществление приватизации, отказ от других важных источников доходов, разбазаривание привлекаемых из-за рубежа финансовых средств. Геополитика - политическая теория и практика, основанная на положении о географической детерминированности государственной политики. С завершением второго этапа приватизации начался передел собственности. Активизировался процесс становления олигархов и их сближения с властью, в завершающей стадии формирования находилась «семья» как центральное звено высших чиновников и крупнейших бизнесменов, пользовавшихся доверием и покровительством самого Президента, его ближайших родственников и окружения. В связи с президентскими выборами 1996 г. этот процесс получил новое, ускоренное развитие.

Либерально-монетаристская линия на устранение государства от регулирования экономики не обеспечила перспективы развития России. Переход, говоря словами Б. Ельцина, к «новой стратегии упреждающего регулирования экономических процессов», контроля за жизненно важными отраслями и эффективностью расходования бюджетных средств оказался запоздалым и затрудненным вследствие продолжавшихся кризисных явлений. Расчеты на положительную динамику экономического роста не оправдались. Принятая правительством программа «Реформа и развитие российской экономики в 1995-1997 гг.», ориентированная на положительный рост ВВП и объемов промышленного производства уже в 1996 г., а также программы первоочередных мер правительства, известные как «Семь главных дел» (май 1997 г.), а затем «Двенадцать главных дел» (январь 1998 г.), нацеленные на оздоровление экономики, активизацию региональной экономической политики, ликвидацию задолженности по заработной плате, осуществление радикальной реформы социальных льгот, борьбу с коррупцией, снижение процентных ставок и доходности на рынке государственных ценных бумаг и т.д., а также другие официальные документы, в которых говорилось о необходимости продолжения «нового» курса реформ, оказались невыполненными. И не случайно, что уже в конце 1997 г. после некоторой стабилизации Россия была ввергнута в полосу тяжелейшего финансово-экономического кризиса.

 



Дефолт 17 августа 1998 года

В марте 1998 г. была проведена очередная «корректировка» курса реформ. 23 марта того же года В. Черномырдина, наградив орденом «За заслуги перед Отечеством», отправили в отставку. Началась новая эпопея рокировок в российском правительстве: уволили вице-премьера А. Чубайса  и А. Куликова, совмещавшего должности вице-премьера и министра внутренних дел. Должности первых вице-премьеров были отменены, важные должности вице-премьеров в правительстве заняли сторонники реформаторского курса Б. Немцов, В. Христенко, О. Сысуев. На ответственные посты министров финансов и труда соответственно назначили М.Задорнова и О. Дмитриеву. Сообщив об отставке В. Черномырдина, Б. Ельцин заявил, что берет на себя исполнение обязанностей председателя правительства, но в тот же день на должность и.о. премьера был назначен молодой и мало кому известный бывший заместитель министра топлива и энергетики С. Кириенко. О том, как развивались события свидетельствует сам С. Кириенко, с которым в день его назначения 23 марта Б. Ельцин имел такую беседу. Процитируем. «– Вы понимаете, что происходит в стране? – спросил его Президент. – Понимаю, - ответил Кириенко. Вкатываемся в долговой кризис. Если не принять срочные меры, последствия будут самые печальные. – Вы считаете, что выйти из кризиса можно? – Можно. Но для этого придется пойти на самые жесткие действия. – Беритесь и делайте, Сергей Владиленович… - Борис Николаевич, я политикой не занимаюсь и заниматься ею желания не испытываю. Ельцин одобрительно кивнул: - Правильно, и не надо! Главная ошибка прежнего правительства – оно слишком лезло в политику. А дело правительства – это хозяйство, экономика. Займитесь экономической программой, а политику оставьте мне, - напутствовал Ельцин нового премьер-министра».

Рассмотрим основные причины отставки В. Черномырдина. Как свидетельствует этот диалог, одна из действительных причин смены главы правительства заключалась в провалах экономической политики, в долговом кризисе, в который «вкатывалась» Россия, усугублении кризисных явлений в целом. Свидетельство тому – динамика основных макроэкономических показателей за пятилетие правления В. Черномырдина.

Как видно из таблицы 3, за 1993-1998 гг. основные макроэкономические показатели снизились. К тому же в октябре 1997 г. создалась напряженная ситуация с госбюджетом, обострилась проблема недоимки по налоговым платежам, беспрецедентными темпами росли долги бюджетникам. Увеличились расходы государства, у которого стало не хватать денег, по свидетельству С. Кириенко, даже на текущие расходы. Вскоре государство окажется не в состоянии проводить платежи по внутренним и внешним долгам. Попытки правительства решить возникшие проблемы, оживить экономическую жизнь страны, поднять отечественное производство, снизить расходы государства, которое должно было жить по средствам, не дали ожидаемого результата. Следовательно, по Б. Ельцину, надо было создать правительство, которое способно добиться реальных результатов в осуществлении реформ, повысить эффективность их проведения.


Таблица 3

Динамика основных макроэкономических показателей за 1991-1998 гг.

(в постоянных ценах; в % к 1991 г.)

Показатель

1991 г.

1992 г.

1993 г.

1994 г.

1995 г.

1996 г.

1997 г.

1998 г.

Валовой внутренний продукт

100

85,5

78,1

68,1

65,4

63,1

63,7

60,6

Объем промышленной продукции

100

82,2

70,5

55,8

53,9

51,8

52,8

50,1

Инвестиции  в основной капитал

100

60,0

52,8

40,1

36,1

29,6

28,1

24,8

Продукция сельского хозяйства

100

90,6

86,6

76,2

70,1

66,5

67,5

58,6

Оборот розничной торговли

100

100,3

101,9

102,1

95,6

95,1

98,7

95,5

 

Вторая группа причин заключалась в политическом кризисе в сфере взаимоотношений исполнительной власти с парламентом. В этой связи отметим, что еще в октябре 1997 г. в Думе встал вопрос о возможности недоверия правительству В. Черномырдина. Но тогда этот кризис удалось разрешить путем уступок оппозиции, в том числе за счет предоставления Думе времени на государственном телевидении и собственной газеты, а также обещания заморозить заработную плату, защитить вклады населения в сбербанках и др.

Однако вскоре вновь встал вопрос о вотуме недоверия правительству. Более того, Государственная Дума приняла Постановление о создании комиссии по вопросу об импичменте, отрешении от должности президента. Большинством голосов было принято даже решение о возможности привлечения руководителей правительства к уголовной ответственности за невыполнение принятых Думой законов. К тому же требование отставки правительства было практически постоянным лозунгом демонстрантов и всевозможных акций протеста. Чтобы исключить перерастание напряженной ситуации в политический кризис, Б. Ельцин, очевидно, после длительных размышлений решил «пожертвовать» премьером, он отправил в отставку верного ему В. Черномырдина и двух, как отмечалось, вице-премьеров-антагонистов А. Чубайса и А. Куликова.

Действительная причина смены В. Черномырдина заключалась также и в том, что Б. Ельцин, в отличие от Запада, не поддержал его президентские амбиции, проявившиеся в ходе переговоров в рамках межправительственной комиссии Гор – Черномырдин. Почувствовав, что глава правительства при поддержке Запада превращается в политическую фигуру номер один и ведет себя как будущий президент, Б. Ельцин отправил его в отставку.

Сам Президент не счел необходимым разъяснить общественности причины отставки В. Черномырдина, отметив лишь, что это связано с необходимостью создания новой команды правительства, способной добиться реальных результатов в осуществлении реформ. Поэтому, по его утверждению, ни о какой смене курса реформ не может быть и речи.

Но вернемся к С. Кириенко, имевшего репутацию «человека Немцова», с которым он работал в Нижнем Новгороде. Его назначение на должность и.о. премьера противоречило Закону о правительстве, поскольку будущий глава российского правительства лишь три месяца до этого работал в составе кабинета министров и не занимал пост вице-премьера. Тем не менее Б. Ельцин пытался «продавить» кандидатуру С. Кириенко в Думе, в очередной раз подвергнув последнюю унижению, поставив ее на грань роспуска. Ровно месяц ушел на то, чтобы добиться ее утверждения. 24 апреля депутаты Думы под давлением Президента РФ, опасаясь идти на роспуск, с третьей попытки, тайным голосованием утвердили кандидата в премьеры С. Кириенко, что вызвало удовлетворение Президента РФ.

Вновь сформированное правительство отнюдь не отличалось большим профессионализмом, чем черномырдинское, хотя новый руководитель, 35-летний С. Кириенко, привнес в него определенную струю энергии. В известном отношении оно оказалось более слабым, чем прежнее: сам премьер был недостаточно опытен, не имел поддержки со стороны политических партий и фракций в Думе, оказался неспособным найти ее и в обществе. Придерживаясь также монетаристских взглядов, он фактически был обречен на неизбежные просчеты по руководству экономикой и ликвидации «тяжелого наследства» В. Черномырдина. С учетом доставшегося ему от предшествующего правительства такого «наследства» с самого начала своей деятельности правительство С. Кириенко нацеливалось на решение трех задач. Во-первых, вытащить страну из надвигавшегося кризиса. В этих целях была разработана новая антикризисная стабилизационная программа, предусматривавшая комплекс мер, ориентированных на снижение тарифов на транспортные перевозки, усиление контроля за экспортно-импортными операциями и ряд других. Во-вторых, правительство заявило об ужесточении бюджетной политики, расширении прав налоговых органов, осуществлении иных конкретных мер, призванных предотвратить финансовый крах. В-третьих, правительство нацеливалось осуществить горизонтальную и вертикальную структурную перестройку в ключевых отраслях и сферах промышленности – энергетической, газовой, на железнодорожном транспорте, в сферах телекоммуникации, а также транспортировки нефти. Но проявить себя на этом поприще С. Кириенко не успел. Правительство просуществовало недолго, проработав всего 120 дней.

Уже в мае 1998 г. разразился очередной экономический кризис. Финансовый рынок пережил очередной удар. Оказались невыполненными задания по сбору налогов, сорвался конкурс по продаже Роснефти. В июне того же года С. Кириенко внес на рассмотрение Государственной Думы пакет законопроектов, рассчитанных на получение правительством годовой прибыли примерно в 40 млрд руб. В этой связи предусматривалось увеличение прямых налогов, введение пятипроцентного налога с продаж, повышения ставки налога на добавленную стоимость для продовольственных товаров и ряд других фискальных мер. Однако «залатать» бюджетные дыры правительству так и не удалось. К тому же Государственная Дума не согласилась принять весь пакет фискальных законопроектов, решительно отвергнув всякие попытки увеличить налоги на граждан и отменить социальные льготы. В этих условиях правительство продолжало искать «пожарные» меры, чтобы выправить ситуацию. Важной составляющей этих мер стал очередной транш кредита МВФ. В мае-июле шли интенсивные переговоры на этот счет. Руководство МВФ обещало российскому правительству очередной заем в размере 5,6 млрд долл., однако предоставление такого транша было задержано, сумма его уменьшена. Это только усугубило кризис, сопровождавшийся падением цен на акции и обвалом рубля. Иностранные инвесторы теряли интерес к государственным краткосрочным обязательствам (ГКО) и облигациям федерального займа (ОФЗ). Вот как выглядят основные показатели рынка ГКО-ОФЗ в 1993-1998 гг.

Основные показатели рынка ГКО-ОФЗ 1993-1999 гг. приведены в табл. 4.


Таблица 4

Основные показатели рынка ГКО-ОФЗ (трлн руб. до 1998 г., млрд  руб. с 1998 г.)

Показатель

1993 г.

1994 г.

1995 г.

1996 г.

1997 г.

1998 г.

1999 г.

Объемы размещения

0,2

17,5

159,5

430,5

502,0

258,6

172,8

Объем государственного внутреннего долга по ГКО
и ОФЗ (на конец года)

0,2

10,6

76,6

237,1

384,9

385,8

270,4

Объем выручки, полученной в результате размещения

0,2

12,9

122,3

322,9

436,3

193,7

12,6

Привлечение средств
в бюджет

0,2

5,7

26,8

35,2

32,7

-50,4

-67,0

 

Как видно из таблицы 4, общий объем государственного внутреннего долга по ГКО и ОФЗ составлял примерно 430 млрд руб.(примерно 70 млрд долл. по тогдашнему курсу). Объем внутренних заимствований по той же линии был особенно большой в 1996-1997 гг., т.е. в период работы правительства Черномырдина. В этом смысле можно согласиться с С. Кириенко, что ему досталось тяжелое финансовое бремя, ведь по заимствованиям по линии ГКО-ОФЗ рано или поздно надо было государству расплачиваться. Наконец, еще один вывод состоит в том, что если интенсивное размещение ГКО-ОФЗ до 1998 г. содействовало привлечению средств в бюджет (с 0,2 в 1993 г. до 32,7 трлн руб. в 1997 г.), то после того же года начался обратный процесс, т.е. финансирование выплат уже за счет бюджета. С марта-апреля 1998 г. аукционы по ГКО уже не приносили свободных средств, которыми можно было закрыть бюджетные «дыры». Доходы, полученные от продажи ГКО, шли фактически только на выплату процентов предыдущим вкладчикам. Рублевая доходность стремительно росла, она увеличилась с 18% в июле 1997 г. до 81% в июле следующего года, особенно быстро повышаясь в апреле-июле 1998 г. (в апреле 32%, в мае – 51%, в июне – 63%, июле – 81%) . На погашение ГКО, в структуре держателей которых значительное место занимали Сбербанк и иностранные инвесторы (35 и 31%), как отмечалось, стали тратить денег больше, чем получали от их продажи. В итоге, несмотря на принятые меры, в сложившейся критической ситуации правительство С. Кириенко сочло необходимым 17 августа сделать заявление о прекращении выплат по обязательствам и моратории на выплату долгов зарубежным банкам. Вот это заявление Правительства РФ и Центрального банка, в котором, одновременно отметим, намечались некоторые меры, направленные на смягчение финансового краха.

«1. С 17 августа 1998 г. Банк России переходит к проведению политики плавающего курса рубля в рамках новых границ «валютного коридора», которые определены на уровне от 6 до 9,5 рубля за доллар США…

2. Государственные ценные бумаги (ГКО и ОФЗ) со сроками погашения до 31 декабря 1999 года включительно будут переоформлены в новые ценные бумаги. До завершения переоформления государственных ценных бумаг приостанавливаются торги на рынке ГКО-ОФЗ.

3. С 17 августа 1998 г. объявляется мораторий сроком на 90 дней на осуществление выплат по возврату финансовых кредитов, полученных от нерезидентов Российской Федерации, на выплату страховых платежей по кредитам, обеспеченным залогом ценных бумаг, на выплаты по срочным валютным контрактам.

4. Правительство и Банк России поддерживают создание платежного пула крупнейших российских банков, целью которого является поддержание стабильности межбанковских расчетов. Одновременно Банк России намерен предпринять дополнительные усилия по укреплению российской банковской системы.

5. Правительство России в ближайшее время начнет размещение краткосрочных (одно- и двухнедельных) государственных ценных бумаг. Будет расширен спектр бумаг, выпускаемых для населения.

6. Правительство и Банк России обращаются к Федеральному Собранию с законодательной инициативой по ужесточению контроля за оттоком валютных средств за рубеж.

7. Правительство России повторно обращается к Государственной Думе с предложением провести до конца августа внеочередную сессию, на которой принять ключевые законопроекты, позволяющие обеспечить своевременность выплаты пенсий и заработной платы работникам бюджетной сферы, создать законодательные процедуры санации банков, укрепить систему валютного регулирования и валютного контроля».

Таким образом, был объявлен дефолт, т.е. отказ должника (в данном случае государства) от долговых обязательств, от обслуживания или выплаты долга с одновременным официальным объявлением кредиторам о таком отказе. Экстренные меры, предусмотренные в Заявлении от
17 августа, в одночасье разрушили последние оптимистические ожидания граждан. Страна погрузилась в финансовый хаос.

Объявление дефолта имело экономические, социальные и политические последствия. Отметим наиболее существенные из них. Во-первых, снизились все макроэкономические показатели. Произошло обвальное падение курса рубля (в 3-4 раза) и экспорта, что привело к увеличению внешнего долга до 77% ВВП и 203% годового экспорта. Произошел крах финансового рынка. Во-вторых, разразился банковский кризис, все больше приобретавший системный характер. Это обострило экономический кризис в стране, привело к неизбежной ликвидации или слиянию многих российских банков, составлявших основу межбанковского валютного рынка, который фактически был парализован. На нем прекратились сделки, банки стали нарушать взаимные обязательства, приостанавливать кредитование реального сектора, замораживать счета части предприятий и вкладов физических лиц.

В свою очередь, регионы отказывались платить по еврооблигациям и т.д. Из 82 регионов, разместивших еврооблигации, 70 отказались выполнять свои обязательства. Кризис банковской системы усугубил общую ситуацию с платежами. К концу августа неплатежеспособность стала приобретать всеобщий характер. В-третьих, был нанесен удар по формировавшемуся среднему классу, а также по некоторым олигархам, не сумевшим по разным причинам выйти из-под обвала. Это дало оппозиции, некоторым СМИ известное основание рассматривать объявление дефолта
17 августа как результат продуманных действий одних олигархических групп против других. Однако олигархи, про которых Б. Ельцин в ответ на их критику в свой адрес сказал, что они якобы «умеют только воровать и болтать», не были повержены. Напротив, именно в период правительства В. Черномырдина в России сложился слой предпринимателей, предприятий и олигархов, накопивших крупные капиталы. В-четвертых, в худшую сторону изменилась обстановка, связанная с привлечением иностранных инвестиций. Объявление дефолта 17 августа нанесло серьезный удар по престижу страны, продемонстрировало неспособность России справиться со своими обязательствами перед иностранными кредиторами, а также неумение правительства решать такие сложные проблемы путем переговоров и сотрудничества. В-пятых, произошло падение уровня жизни значительной части населения, сократились реальные расходы россиян и структура их использования. Существенно повысились цены, страна вновь оказалась перед перспективой нового витка инфляции, что имело бы негативные последствия для страны.

Основные причины финансового кризиса заключались как во внутренних, так и во внешних факторах. Внутренние причины были связаны с большим грузом проблем, накопившихся к августу 1998 г.: бесхозяйственная бюджетная политика, проводившаяся в течение пяти лет, состояние российского бюджета, спекулятивный характер рынка, низкие налоговые доходы, искусственный курс рубля. К ним также можно отнести боязнь правительства сократить расходы и его неуклонное стремление покрыть дефицит бюджета займами, отсутствие у него содержательной программы или решений, способных существенно изменить финансовую ситуацию и др. К внешним причинам, повлиявшим на финансовую ситуацию в России, можно отнести задержку очередного транша кредита МВФ, большое присутствие иностранцев на рынке ГКО-ОФЗ. Важная внешнеполитическая причина заключалась и в том, что на валютно-финансовое положение России и августовский кризис оказал влияние международный финансовый кризис. На состояние бюджетной политики оказало влияние падение цен на черные металлы, газ и нефть. Так, к августу цены на нефть упали до 12 долл. за баррель, в то время как изначально при расчете федерального бюджета исходили из мировой цены на сырье в
18-20 долл. за баррель. Но главным источником и решающим фактором внутренней нестабильности, как и в большинстве бывших социалистических стран, как отмечалось, выступала неправильно выбранная бюджетная и кредитно-денежная политика, состояние бюджета, накопившиеся в нем проблемы, что вело к сокращению спроса на национальную валюту, вынуждало правительство в целях покрытия расходов прибегать все к новым и новым заимствованиям на внутреннем и внешнем рынке. В этот период стало ясно, что правительственная концепция экономического роста, основанная на снижении инфляции и процентных ставок, потерпела крах, и что объявлением дефолта не выправить положения дел.
С. Кириенко был отправлен в отставку.

В этих условиях Б. Березовский выдвинул идею о возвращении В. Черномырдина на должность премьер-министра. Под давлением ближайшего окружения Б. Ельцин согласился вернуть к власти верного ему «старого» премьера. Начался активный процесс немедленного «продавливания» в Думе его кандидатуры. Сам В. Черномырдин в тот период развил несвойственную ему ранее активную политическую деятельность: он вел избирательную кампанию в Думу от Ямало-Ненецкого избирательного округа, вокруг него стали группироваться силы с расчетом на будущее восхождение «нового премьера» на президентский пост, были сделаны заявления, содержавшие ничем не подкрепленные обвинения С. Кириенко в срыве экономической политики и т.д. В. Черномырдин смело, без уговоров, в отличие от Е. Примакова, принял полномочия и.о. премьера.

Однако левоцентристская фракция в Думе выступила против его кандидатуры. Фактически ни одна политическая партия, представленная в нижней палате, не хотела нового унижения, как это имело место при президентском «продавливании» кандидатуры С. Кириенко. Многие понимали, что в дефолте августа 1998 г. виноват не только последний. К тому же экономическая ситуация в этот период не улучшалась: продолжалось падение курса рубля, росли цены, вкладчики надеялись вернуть свои деньги, но подверженные кризису банки задерживали платежи. Все это вызывало раздражение у большей части общества. Кроме того, большинство думских депутатов было не удовлетворено представленной с опозданием и эклектической в своей основе программой предотвращения кризиса и улучшения социально-экономической ситуации в стране. С одной стороны, в ней провозглашался общий курс на рыночные преобразования, а с другой – говорилось об экономической диктатуре и эмиссии денег, что не могло не вызвать настороженность у думских депутатов. Определенная неясность была и с составом правительства. Предложение В. Черномырдина сделать его первыми замами Ю. Маслюкова и Е. Примакова уже не могло спасти ситуацию: 7 сентября Государственная Дума во второй раз отказалась утвердить кандидатуру В. Черномырдина (138 голосов «за», 273 – «против»). Второе пришествие В. Черномырдина в правительство не состоялось.

Президент РФ и его окружение отдавали себе отчет в том, что, если Дума вновь откажется утвердить В. Черномырдина, то, согласно Конституции РФ, Б. Ельцин может распустить Думу и назначить досрочные выборы. В свою очередь, Дума, чтобы лишить Б. Ельцина такой возможности, в ответ готовила процедуру импичмента президента. В этих условиях Б. Ельцин не решился противостоять напору депутатов и не пошел на третье голосование по кандидатуре В. Черномырдина. Последний к тому же сам заявил о своем отказе в очередной раз выставить свою кандидатуру на голосование в Думе.

В таких условиях начался активный поиск новых кандидатур на должность премьер-министра. В результате в Думе появился такой список кандидатов: В. Геращенко, мэр г. Москвы Ю. Лужков, глава парламентского комитета по экономической политике Ю. Маслюков, министр иностранных дел Е. Примаков, спикер Совета Федерации Е. Строев. В итоге выбор был сделан в пользу Е. Примакова, кандидатуру которого, за исключением ЛДПР, единодушно поддержали все политические партии. В результате исчезла угроза роспуска Думы и импичмента президента. Многим тогда казалось, что все это осталось позади, отступило на задний план. Но уже 7 октября оппозиция провела всероссийскую акцию протеста под лозунгом «Президента в отставку!».

Таким образом, подводя итог, можно сделать вывод, что технократическое правительство во главе с С. Кириенко за короткий срок не успело проявить себя на поприще реформаторской деятельности. Оказавшись в тисках кризиса налоговой системы, бюджета, государственного долга и попыток фиксации курса рубля к доллару, ему так и не удалось предложить разумную, а главное, эффективную программу действий взамен экономической программы, отвергнутой Думой, осуществить антикризисные меры, нормализовать ситуацию в валютно-финансовой сфере, в частности, реструктуризировать ГКО-ОФЗ и провести в жизнь другие антикризисные мероприятия.

Осуществление последних было возложено на новое правительство Е. Примакова, бывшего министра иностранных дел РФ, опытного и осторожного политика, энергичного и самостоятельного деятеля.

 



Корректировка экономических реформ

11 сентября 1998 г. главой правительства был назначен известный ученый-международник и политический деятель с огромным опытом работы Е. Примаков. В октябре 1998 г. он сформировал новое правительство. Первым заместителем премьер-министра, отвечавшим за экономическую политику, стал Ю. Маслюков, выдвинутый фракцией КПРФ. В составе нового кабинета ключевые посты заняли первый вице-премьер В. Густов, вице-премьеры В. Булгак, Г. Кулик (от аграриев), В. Матвиенко, а также министр финансов М. Задорнов (от «ЯБЛоко»), министр госимущества Ф. Газизулин, министр экономики А. Шаповальянц, министр иностранных дел И. Иванов, министр обороны И. Сергеев. Его структура была изменена и расширена: образован Президиум правительства. В состав последнего без права участия в голосовании вошли главы девяти межрегиональных ассоциаций экономического взаимодействия, в том числе авторитетные руководители ассоциации Центральной России, Северо-Западного региона, республик Северного Кавказа и других. Таким образом, особенность данного правительства состояла в том, что в него, с одной стороны, вошли номенклатурные управленцы, а с другой – представители некоторых ведущих партий и думских фракций, в том числе, от левой оппозиции. Это было по существу первое коалиционное правительство, пользующееся поддержкой в Государственной Думе и Совете Федерации. В печати, в зависимости от политических ориентаций авторов, его называли не только коалиционным, но и «красным», «розовым», «прокоммунистическим» и т.д.

Опираясь на некоторые положительные последствия решений, принятых 17 августа 1998 г., правительство Е. Примакова заявило о корректировке курса реформ, монетаристский подход в качестве главного средства экономической стабилизации оно отвергло. Была декларирована необходимость повышения роли государства, прежде всего, в экономической сфере и в борьбе с коррупцией, усиления социальной защиты населения и осуществления общего курса реформ в интересах всего общества. Такие заявления вызвали понимание и одобрение большей части общества. Но главное, чего удалось добиться правительству Е. Примакова, - это достижение существенного перелома в самом характере государственной стратегии реформирования российского общества, что наиболее отчетливо нашло свое выражение в трех основных направлениях правительственной деятельности. Это целенаправленный поиск и нахождение компромисса и согласия в обществе, достижение консенсуса между различными политическими силами страны, в том числе и с коммунистами; определение основного содержания и главных принципов политики: достижение стабилизации и продвижение страны к качественно новой общественной системе, названной премьером конвергентной, и становление которой предполагает усиление регулирующей роли государства, введение более жесткого государственного регулирования рынка, социальной сферы и других подсистем такой системы, а также последовательную борьбу против криминализации экономики с привлечением правоохранительных органов и др.; осуществление административного регулирования валютного рынка под руководством Центрального Банка, ограничение денежной эмиссии, введение государственной монополии на некоторые виды алкогольной продукции (крепостью свыше 28 градусов), реструктуризации долгов ГКО-ОФЗ, недопущения ареста зарубежных активов российских банков и др.

Консенсус - метод принятия управленческих решений на основе общего согласия и отсутствие принципиальных возражений у большинства заинтересованных лиц. Конвергенция - процесс постепенного сближения противоположных социальных систем (общностей).

Среди антикризисных мер, намеченных правительством, следует также отметить составление фактически первого реального бюджета, в котором доходы превышали расходы, повышение подоходного налога на граждан при одновременном снижении налогообложения производственных инвестиций и других налогов, сковывавших развитие отечественной экономики, ужесточение контроля за деятельностью экспортеров, осуществление ряда других антикризисных мер, которые в той или иной мере, как отмечалось, были декларированы еще правительствами В. Черномырдина и С. Кириенко. На основании распоряжения Президента РФ от 25 января 1999 г. уже 27 января того же года Россия подписала Международную Конвенцию об уголовной ответственности за коррупцию, принятую в ноябре 1998 г. в Страсбурге и открытую для подписания в январе 1999 г. Были начаты переговоры с «Лондонским клубом» относительно возможных схем реструктуризации внешнего долга России.

Первые мероприятия нового правительства также предусматривали активную государственную поддержку отечественной промышленности, нормализацию финансового положения, и в этой связи введение до 17 ноября 1998 г. моратория на погашение и реструктуризацию долгов по ГКО-ОФЗ, стабилизацию курса валюты. Был принят Закон о разделе продукции, создававший правовую основу для привлечения иностранных инвестиций в сферу добычи полезных ископаемых. В связи с декларированием правительственной политики обратили на себя внимание и первые заявления некоторых новых министров о государственной поддержке ВПК, управляемой денежной эмиссии, просчетах и ошибках нечестно проведенной, по их мнению, приватизации и целесообразности национализации, хотя само правительство официально не выступало за пересмотр и передел собственности. Такие заявления вызывали плохо скрываемое недовольство в «верхних эшелонах» президентской администрации, власти, а также со стороны некоторых олигархов.

В первой половине 1999 г. антикризисная деятельность правительства дала некоторые позитивные результаты. Так, уже в первом квартале того же года снизились темпы роста инфляции, за первые шесть месяцев указанного года выросла экономика на 1,5% по сравнению с тем же периодом 1998 г., благодаря принятым мерам достигнуто положительное активное сальдо, увеличился экспорт нефти, угля, алюминия, меди, лесоматериалов и др. Это создавало предпосылки для увеличения долларовых запасов страны. Осуществлялись и другие меры по улучшению положения в бюджетной сфере: вырабатывались условия реструктуризации ГКО-ОФЗ, правительство отказалось от валютного коридора, в 1999 г. обеспечивался переход к новой денежной политике и т.д. Выплаты по внешнему долгу производились в основном за счет валютных резервов ЦБР. С введением с 1 января 1999 г. европейскими странами единой валюты «евро» последний осуществил фиксацию курса национальной валюты к евро и стал осуществлять расчетно-платежные и финансовые операции с евро. Однако положение в социально-экономической сфере продолжало оставаться сложным. Все еще сказывались последствия финансового кризиса августа 1998 г., накладывавшиеся на общую кризисную ситуацию в стране. Правительственные решения по усилению социальной защищенности или вовсе не реализовывались или выполнялись не в полном объеме. В результате падали доходы населения, увеличивалось число трудовых конфликтов, хотя они и не перерастали в общероссийские и широкомасштабные социальные протесты. Но даже и в этих условиях многие аналитики в то время считали, что правительство Е. Примакова добилось некоторых позитивных результатов в стабилизации ситуации, создании предпосылок, способствующих преодолению экономического кризиса. Тем не менее, через восемь месяцев, 12 мая 1999 г. и это так называемое антикризисное правительство во главе с Е. Примаковым, ставшим за короткий срок самым популярным и влиятельным политиком в стране, было отправлено в отставку. Тем самым Кремль допустил, на наш взгляд, очевидную ошибку. Чем объяснить, что Е. Примаков, которому доверяла фактически вся страна, был «уволен»? Ведь Б. Ельцин называл его «самым сильным, самым надежным премьером, которого поддерживает президент, поддерживает правительство, поддерживает Государственная Дума, поддерживают региональные власти на местах». Причины отставки Е. Примакова многоплановые. Отметим наиболее существенные из них. Первый комплекс причин, с точки зрения формального подхода к деятельности правительства, связан с экономическими результатами, достигнутыми правительством. Б. Ельцин был неудовлетворен медлительностью и итогами экономических преобразований. В мае 1999 г., когда отправляли премьер-министра в отставку, он утверждал, что правительство не преуспело в экономической сфере. Действительно, как отмечалось, несмотря на некоторые позитивные сдвиги в экономике, положение в этой сфере вызывало недовольство со стороны главы государства. Произошло сокращение золотовалютных резервов Центрального Банка, в сложившихся экономических условиях имело место очередное кризисное падение доходов населения, доля заработной платы в доходах последней и в ВВП упала с 48% в 1998 г. до 42% в 1999 г., увеличилась доля населения с денежным доходом на душу населения ниже прожиточного минимума. Как следствие этих негативных процессов в январе 1999 г. в двадцать раз увеличилось число трудовых конфликтов.

Второй комплекс причин порожден субъективным фактором, стремлением нового премьера к самостоятельной позиции. Е. Примаков не был «президентским» премьером, а также сторонником «гайдаровских реформ», распада СССР, Беловежских соглашений. И свою точку зрения на эти вопросы он не скрывал. Премьер-министр постепенно обретал все большую самостоятельность в решении многих вопросов, в том числе в отношении формирования правительства. В отличие от прежних премьер-министров он не зависел от президентской администрации, в структуре которой существовало финансово-бюджетное управление, где вырабатывались основы финансовой политики, а фактически стратегия и тактика экономической политики правительства. К тому же порой его политическая линия не совпадала с президентской. Все это вызывало нескрываемое раздражение у Б. Ельцина и его ближайшего окружения. В книге «Президентский марафон» Б. Ельцин, объясняя причины отставки Е. Примакова, указывает также на то, что премьер-министр стал «раздражающим фактором» для огромной части бизнеса, СМИ, для многих политиков и думских фракций. Более того, премьер-министр якобы консолидировал вокруг себя «антирыночные, антилиберальные силы» и даже стал наступать на свободу слова. Поэтому дальнейшее пребывание Е. Примакова у власти, по мнению Б. Ельцина, грозило обществу расколом на два враждующих лагеря. Не вступая в полемику по существу этих обвинений в адрес премьер-министра, тем не менее отметим, что вряд ли такая точка зрения является достаточно корректной, ибо положение в стране в целом все же улучшалось, а доверие россиян к правительству и лично к Е. Примакову укреплялось. Скорее всего, причины отставки Е. Примакова следует искать в другой плоскости, в том числе в растущем конформизме политического курса и нового кабинета министров, в стремлении оттеснить от государственных механизмов некоторых влиятельных олигархов и уменьшить их влияние на принятие управленческих решений.

Третий комплекс причин связан с мучительным поиском Б. Ельциным политика, который стал бы его преемником, сохранил бы преемственность власти и президентского курса. Но главное в этом поиске все же состояло в том, кому после своего ухода Б. Ельцин мог доверить свою судьбу и «одомашненную семью» из того узкого круга лиц, близких Президенту, которые обеспечивали в период его второго срока президентского правления активную поддержку. В таком качестве назывались в свое время А. Чубайс, Б. Немцов, В. Черномырдин, С. Кириенко. Но низвержение двух последних свидетельствовало о том, что процесс поиска приемлемой кандидатуры не завершился, что Б. Ельцин еще не определился со своим преемником. Когда политический режим оказался в сложном положении, а Е. Примаков только приступил к исполнению обязанностей премьера, Б. Ельцин дал ему понять, что он мыслит его на самом высшем посту в государстве. Но, скорее всего, эта тема в разговоре с новым премьером была продиктована сложившейся ситуацией и тактическими соображениями, и Б. Ельцин вряд ли готов был поделиться с ним своей властью.

На роль наследника, если рассматривать эту проблему с позиции Президента и его «одомашненной семьи», Е. Примаков никак не подходил. Во-первых, новый премьер был, как отмечалось, самостоятелен, тактичен и умен, опирался на растущую поддержку россиян и становился в стране все более популярным, что вызывало определенное раздражение со стороны Президента, который не любил успехов других политиков. Во-вторых, в Кремле считали, что новый премьер блокируется с депутатами-коммунистами, постоянно выступавшими против ельцинского режима. Они инициировали процедуру импичмента Президента, выдвинув против него в Думе официальные обвинения. В-третьих, некоторые действия Е. Примакова – назначение бывшего своего заместителя по Службе внешней разведке Г. Рапота генеральным директором компании «Росвооружение», попытки пресечения злоупотреблений со стороны некоторых влиятельных олигархов и др. вызвали недовольство в президентском окружении. В последнем считали, что Е. Примаков реальный претендент на победу на следующих президентских выборах и в этих целях он якобы пытался «развернуть» финансовый поток, получаемый от торговли оружием, на будущую президентскую кампанию. Не остался незамеченным и упор Е. Примакова на достижение консенсуса с основными общественно-политическими силами. Указывалось на возможность объединения премьера с Ю. Лужковым, а также установление контроля в ведущих секторах экономики и укреплении позиции во властных структурах. Вот почему Б. Ельцин под влиянием своего окружения отказался от ставки на Е. Примакова. Выбор пал на С. Степашина, бывшего руководителя Федеральной службы безопасности, министра юстиции и министра внутренних дел. В отличие от Е. Примакова С. Степашин был «президентским» премьером. Но его премьерство, несмотря на некоторые успешные действия в социально-экономической и международной сфере, продолжалось 83 дня. Уже 9 августа того же 1999 г. С. Степашин и его кабинет были отправлены Б. Ельциным в отставку. Его сменил В. Путин, руководитель ФСБ и секретарь Совета Безопасности РФ. Начался очередной этап постсоциалистической модернизации российского общества, закрепивший некоторые позитивные начинания Е. Примакова. «Министерская чехарда», как отмечалось, отражала глубинный политический кризис в стране, который особенно отчетливо проявился в ходе изнурительных и крайне ожесточенных по своим формам и методам борьбы избирательных кампаний.

Первый состоит в том, что реформы 90-х годов ХХ века, их дальнейшее развитие коренным образом изменили экономическое положение страны, характер целей и функций российских предприятий, представлявших собой теперь качественно иную категорию хозяйствовавших субъектов, масштабы и программы правительственных мер, направленных на социальную защищенность граждан. В этот период было окончательно покончено с плановой социалистической системой командного управления экономикой. К середине 1999 г. Россия подошла после семи с половиной лет трудных реформ. За эти годы граждане получили свободу, был предотвращен распад России, остановлен надвигавшийся хаос, вызванный перестройкой и «шоковой терапией», развеян призрак гражданской войны. Складывался механизм реформаторской деятельности, включавший создание правовой базы реформ и повышения роли экономических методов управления в сочетании с административными. Были заложены конституционные основы правового государства, рыночной экономики. Появились рынки товаров, услуг, труда, капиталов, собственности и другие. Укрепились позиции частного сектора в экономике. В целом, несмотря на кризис, экономическое развитие стало в большей степени предсказуемым.

Второй вывод заключается в том, что развитие реформ не могло не повлечь за собой ряд отрицательных социально-экономических последствий, в результате чего социально-экономическая и политическая ситуация продолжала оставаться сложной. За годы дальнейшего развития реформ произошло падение производства во многих отраслях производства. Так и не началась структурная перестройка в пользу наукоемкой промышленности. Были допущены серьезные просчеты в осуществлении приватизации. Развивались процессы передела собственности, ее концентрации и монополизации и криминализации экономики. Была не отработана система управления государственной собственностью. Выросли проблемы в аграрном секторе, в целом положение здесь продолжало ухудшаться. Имели место неконтролируемый вывоз стратегического сырья и бегство капиталов за границу. Уровень жизни снизился. Все это привело к тому, что значительная часть населения оказалась за чертой бедности. Групповые интересы в обществе стали преобладать в ущерб государственным интересам. Финансовые «пирамиды», в том числе на государственном уровне, коррупция захлестнули властные структуры. Коррупция - преступление, заключающееся в прямом использовании должностным лицом прав, предоставленных ему по должности, в целях личного обогащения. Коррупцией  называют также подкуп должностных лиц, их продажность. Упала собираемость практически всех налогов. Был провален план сбора налога на прибыль, спецналога, средств от приватизации и др. «Черный вторник» 1994 г., банковский кризис 1996 г., кризис финансового рынка 1997-1998 гг., августовский дефолт 1998 г. – все эти и другие кризисные удары по экономике обесценивали все с трудом проводившиеся реформы. С другой стороны, негативные явления в экономике и сокращение государственных расходов в целях сбалансирования бюджета отрицательно сказывались на социальной политике, соответствующих масштабах правительственных мер и программ. В результате бремя реформ падало на социально необеспеченные низы общества».

Наконец, еще один вывод состоит в том, что многие из указанных проблем отражали объективный процесс перехода от планово-социалистического рынка к саморегулируемому капиталистическому. Этот процесс носил вынужденный и вместе с тем противоречивый характер, был нацелен на решение задач, связанных со стабилизацией положения в стране, осуществлением радикальных реформ, оздоровлением в самые сжатые сроки финансовой системы, формированием и последующем развитием всех видов рынков при определенном допущении их регулирования.

Вся политика правящего режима проводилась под лозунгами демократии и рынка. Эти лозунги фактически не оспаривались политическими партиями и движениями, но ставилась под сомнение политика, проводимая постсоветским режимом в связи с этими лозунгами, а также технология осуществления реформ. К тому же процесс развития демократии и стабилизации «нового рынка» пошел по особому пути.

Политический процесс носил сложный и, как уже было сказано, противоречивый, порой альтернативный характер. Он был отмечен глубокими различиями между политическими партиями и силами в понимании политики, проводимой постсоветским режимом, в предпочтении того или иного содержания самой реформаторской деятельности. Эти различия, в свою очередь, отражали более фундаментальные противоречия между правящей властью и оппозиционными силами в борьбе за власть. В таких условиях поиск путей преодоления противоречий, стабилизации экономической и политической систем приобретал первостепенное значение.

 



По пути согласия и примирения

Состоявшиеся 12 декабря 1993 г. выборы в Федеральное Собрание и референдум по новой Конституции закрепили основные принципы конституционной доктрины либерализма: многопартийность, политический плюрализм, разделение властей, правовое государство и другие. В соответствии с общепризнанными нормами международного права Конституция создала определенные юридические предпосылки свободного развития личности, выражала современные представления о демократии. Политический плюрализм - возможность существования в государстве различных идеологических течений и представляющих их общественных объединений, в том числе политических партий и движений.

Со вступлением Конституции в силу закрепленные в ней либеральные идеи и принципы стали официальной идейно-политической ориентацией развития России.

Однако принятие Конституции и создание нового высшего законодательного органа – Федерального Собрания – хотя и стабилизировали в известной мере общественно-политическое развитие общества, но не покончили с его расколом. Победа одной из двух соперничавших правящих группировок в борьбе за власть подтвердила этот раскол. Стало очевидным, что распространение и реализация либеральных идей будет неизбежно сталкиваться с многочисленными и значительными трудностями. Во многом это определялось тем, что в Государственную Думу и Совет Федерации на выборах в новый российский парламент вошло немало противников режима и его реформаторского курса. В таких условиях было сложнее всего найти разумный компромисс, преодолеть инерцию прежнего советско-коммунистического сознания.

 



Опыт достижения общественного согласия в бывших социалистических странах

Опыт политических реформ первых лет в бывших социалистических странах – Венгрии, Польше, Чехословакии и Болгарии – свидетельствует о том, что решение проблемы перехода от гражданского противостояния к общественному согласию предполагал осуществление в этом направлении вполне конкретных мер. Так, одним из первых шагов на этом пути была стабилизация социально-экономического положения. Другим важным шагом в достижении общественного согласия стало утверждение демократического принципа, согласно которому победа тех или иных политических сил на выборах в представительные органы предоставляла им право сформировать правительство. Еще один из путей к миру и согласию в этих странах напрямую связывался с достижением базисного консенсуса между политическими силами относительно целей развития, технологии реформ, в частности, осуществления «шокотерапии», иных конкретных направлений рыночных реформ.

Достигнув базисного консенсуса по основам рыночных реформ, реформаторы в этих странах стремились к последовательному осуществлению мер по укреплению политической стабильности. Это достигалось путем проведения выборов на многопартийной основе, принятия новых конституций, объединения усилий старой властной элиты и ее оппозиции, организации «круглых столов», решения которых принимали законодательный характер и немедленно ратифицировались парламентами, и ряд других. При этом статьи конституций о руководящей роли компартий отменялись, и провозглашался политический плюрализм.

Необходимым условием постепенного формирования согласия в обществе в странах Восточной Европы было обеспечение широкой социальной базы новой власти, а также достижение духовно-целостной интеграции этих обществ на базе нового мировоззренческого синтеза. Интеграция - процесс развития, результатом которого является достижение единства и целостности внутри системы, основанной на взаимозависимости отдельных специализированных элементов.

Иными словами, необходимый уровень согласия в странах Центральной и Восточной Европы стал возможен в силу определенных социально-экономических и политических причин, при наличии минимального консенсуса относительно основ реформ и формирования плюралистической системы власти.

Таким образом, путь к миру и согласию в этих странах проходил через реформы государственного механизма, выработку интегрированной мировоззренческой формулы, скрепляющей, а не разъединяющей общество.

Другой вывод состоит в том, что переход к общественному согласию в восточноевропейских странах осуществлялся на мирной основе, а не в результате какого-то одноразового волевого акта правящей власти. Такой переход предполагает, с одной стороны, наличие в бывших правящих компартиях влиятельных реформаторских сил, а с другой – также нарастание движения снизу при усилении влияния оппозиции.

Быстрое изменение геополитической ситуации в Европе также содействовало распространению реформаторской идеологии в этих странах. Наилучшие результаты в этом отношении были достигнуты в Венгрии, Польше и Чехословакии.

 



Необходимость перехода к общественному согласию в России

Отмеченные выше пути перехода от гражданского противостояния к общественному согласию в странах Центральной и Восточной Европы в той или иной мере свойственны и России . Однако становление новой политической системы как комплекса институтов и норм, в которых осуществляется государственная власть и связанный с ней переход от гражданского противостояния к общественному согласию имело свои особенности, отличные от моделей политических реформ в странах Восточной Европы. Во многом они были обусловлены тем, что реформы в России, как отмечалось, пошли по особому пути, отличному от моделей в этих странах. Необходимость перехода к общественному согласию диктовалась рядом обстоятельств. Отметим наиболее существенные из них.

1. Политический кризис, выразившийся в углублении и обострении имевшихся конфликтов, в резком усилении политической напряженности, в событиях 3-4 октября 1993 г. в Москве сделал неотложной проблему поиска гражданского согласия и мирного разрешения противоречий.

2. Референдум и выборы в Госдуму 12 декабря 1993 г. показали, что общество оказалось расколотым на три части. Одна часть граждан поддержала Конституцию, устанавливающую новые права и политические свободы, многопартийность, разделение властей при преобладании президентской власти, институт частной собственности и предпринимательства, равные политико-правовые условия всех форм собственности и ряд других либеральных ценностей. Другая часть российского общества проголосовала против Конституции, а, следовательно, в той или иной
мере – против новых либеральных ценностей и продолжения социально-экономических преобразований в той форме «шокотерапии», в которой они проводились в России. Третья часть граждан предпочла не высказывать своего отношения. В известной мере их неявку к избирательным урнам можно рассматривать как разочарование в проводимых реформах методом «шокотерапии».

3. Известно, что источником радикального конфликта являются противоречия между коренными политическими интересами и основными ценностями социальных групп. Результат референдума и выборов в Госдуму показал наличие в обществе такого конфликта. Они свидетельствовали, что в обществе, пострадавшем от реформ, произошло накопление социального напряжения, которое в конечном итоге вылилось в итогах голосования.

4. Важно отметить и такой итог выборов в Госдуму, повлиявший на поиск общественного согласия в обществе, как укрепление влияния оппозиции и поражение «партий существующего порядка», отождествлявших себя с реформами в их монетаристском варианте. Вместе с тем обратим внимание на то, что политическое противоборство в обществе сохранялось, правда, теперь оно не было таким взрывоопасным, как прежде, так как конфликты приобретали институциональные формы. В таких условиях особенно остро встала проблема восстановления определенного уровня согласия и интеграции общества.

В поисках выхода из создавшегося положения правящая власть и оппозиция определили первые шаги на пути к достижению согласия. Иными словами, поиск компромисса шел с обеих сторон, т.е. как со стороны Президента и правительства, так и со стороны оппозиции. Прежде всего, российское руководство заявило о внесении определенных поправок в стратегию реформ. Прошла дискуссия о природе российской инфляции, предпринимались попытки ее снижения, правительство вынуждено было активнее заняться проблемой просроченной задолженности промышленных предприятий и т.д.

Еще одной чертой правительственной политики поиска компромисса с Госдумой было заключение своеобразного пакта о гражданском мире между различными политическими силами и амнистия лиц, находившихся под следствием или стражей в связи с событиями 19-21 августа 1991 г., 1 мая 1993 г., 21 сентября - 4 октября 1993 г. Как компромисс следует рассматривать отмену парламентского расследования сентябрьско-октябрьских событий, что снимало вопрос о персональной ответственности за эту трагедию. Еще одним из первых совместных шагов Президента и Федерального собрания следует рассматривать подготовку Договора об общественном согласии.

 



Договор об общественном согласии

13 апреля 1994 г. был разработан «Договор об общественном согласии». На 28 апреля под его текстом были поставлены первые 245 подписей. Среди подписавших Договор Президент РФ Б. Ельцин, премьер-министр В. Черномырдин, председатель верхней палаты парламента В. Шумейко, председатель нижней палаты парламента И. Рыбкин, а также главы республик и местных администраций, руководители представительных органов субъектов РФ, лидеры политических партий и движений, профсоюзов и других общественных организаций.

Завершая церемонию подписания «Договора о согласии», Б. Ельцин подчеркивал, что отныне «Договор об общественном согласии» стал «реальностью российской жизни». Тем самым желаемое было выдано за действительное. Цель «Договора» состояла в том, чтобы стабилизировать положение в обществе, преодолеть его кризис, упорядочить противоборство политических сил, обеспечить необходимый диалог, найти точки соприкосновения и разумный компромисс. «Договор об общественном согласии» ставил общие интересы выше групповых, партийных, ведомственных и региональных. Конкретные направления достижения согласия определялись следующим образом.

Во-первых, достижение политической стабильности в обществе на основе соблюдения Конституции, уважения прав и свобод человека, принципов демократического государства. Участники Договора брали на себя обязательство не инициировать политических кампаний с целью проведения досрочных выборов федеральных органов власти. Таким образом ставилась задача отказаться от силовых методов разрешения противоречий и конфликтов.

Во-вторых, преодоление социально-экономического кризиса путем осуществления таких задач, как снижение уровня инфляции и обеспечение контроля над ней, создание предпосылок для экономического подъема, разработка концепции налогообложения, стимулирующей развитие производства, развертывание структурной перестройки, принятие мер по бюджетной задолженности, проведение активной социальной политики, разработка программы занятости населения, создание условий для функционирования агропромышленного комплекса.

Во время проведения этих и других мер по стабилизации экономики профсоюзы брали на себя обязательство не проводить и не участвовать в организации забастовок. В свою очередь, предприниматели не должны был останавливать деятельность предприятий. Роль остальных участников договора – фактическая и моральная поддержка сторон.

В-третьих, упрочение федерального устройства. Почти в каждом разделе Договора приводится длинный список законодательных актов, которые Совет Федерации и Дума должны был принять. Причем в Договоре указывалось на необходимость принятия вполне конкретных законов. Так, Федеральное собрание должно было принять: Конституционный закон о правительстве, Гражданский кодекс, Земельный кодекс, новый КЗоТ, законы о свободных экономических зонах, о банковской деятельности, о рынке ценных бумаг, о прожиточном минимуме, по совершенствованию налогообложения и ряд других.

В-четвертых, развитие многонационального российского общества в режиме диалога, мирного разрешения конфликтов, обеспечение безопасности гражданина и общества. Конкретные пути решения этих проблем в Договоре не указывались.

В-пятых, развитие нравственности, образования и культуры.

Как видим, вышеназванные положения «Договора об общественном согласии» в основном носили характер целеполагания. Это относится, например, к таким положениям, как снижение инфляции, повышение инвестиционной активности, преодоление структурной деформации экономики, осуществление активной социальной политики и др. Однако было не ясно, как и каким образом Правительство собиралось все это выполнять, не видно и путей исполнения многих обязательств, что подтвердил последовавший затем отчет Правительства в Госдуме.

Договор заключался на 2 года. К общественному согласию приглашались все силы общества, придерживавшиеся принципов Договора. Однако Договор в обществе был принят неоднозначно. По опросам общественного мнения, сразу же после подписания Договора более 52% опрошенных отнеслось к нему безразлично. Не все политические силы и общественные организации согласились присоединиться к нему. Договор отказались подписать КПРФ и Аграрная партия, «Фронт национального спасения», «Русский национальный собор», движение «Трудовая Россия» и некоторые другие организации и движения, относившиеся к непримиримой оппозиции.

В оценке Договора существовал широкий спектр мнений. Вот некоторые из них. Первая точка зрения признавала полезность Договора для снижения накала политических страстей в России, стабилизации обстановки и выхода страны из кризиса.

Другая точка зрения состояла в том, что «Договор об общественном согласии» действительно нужен и полезен обществу, которое устало от конфронтации. Однако в обществе нет единства в отношении путей его дальнейшего развития.

Третья точка зрения исходила из того, что Договор вреден, ибо, во-первых, заявленные цели не могут быть достигнуты, во-вторых, он представляет собой не что иное, как искусственное форсирование событий в обществе, в-третьих, Договор исключает для Президента возможность заключить подобный Договор, когда это действительно потребуется обществу. Такой точки зрения придерживался, например, блок «Яблоко».

Четвертая точка зрения заключалась в признании неоспоримости идеи гражданского мира. Его сторонники не без основания утверждали, что сам процесс разработки Договора уже привел к практическим результатам сближения позиций политических сил общества. Однако они считали, что и этот Договор скоро все равно будет нарушен, забыт, как будут забыты и усилия политических сил.

Стране действительно нужно было общественное согласие. И, очевидно, не на 2 года, как отмечено в «Договоре об общественном согласии». Чтобы добиться действительного согласия, нужно реалистическое и принципиальное действие Правительства в интересах всех масс народа. Эти действия должны быть обязательно результативны и обеспечивать мир и спокойствие в России.

В России как никогда было необходимо общественное согласие еще и потому, что рыночные процессы развивались противоречиво, а задачи, стоявшие перед обществом, оказались слишком сложными, чтобы расточать силы в политическом противоборстве. Диалог, поиск точек соприкосновения и общих позиций, разумные компромиссы – все это должно стать фундаментальной нормой общественной и политической жизни.

Усилия государственной власти и общества должны были быть направлены на то, чтобы сделать Российскую Федерацию процветающим государством, пользующимся высоким авторитетом на международной арене; государством, в котором живут свободные люди, уверенно смотрящие в будущее. Достичь эту цель можно лишь на путях общественного согласия, складывающегося на основе уважения прав и свобод человека, достоинства человеческой личности, различных политических убеждений, национальных, культурных и религиозных традиций. Только на этом пути можно избежать или, по крайней мере, смягчить неизбежные издержки преобразований.

 



Введение федеральных войск в Чечню

Принятие новой Конституции РФ и «Договора об общественном согласии» не разрешило всех проблем достижения политической стабильности и укрепления российской государственности. К тому же оставался открытым вопрос о парламентском контроле относительно использования вооруженных сил внутри страны. В то время это была одна из наиболее острых и актуальных проблем. Свидетельство тому – острый и противоречивый процесс складывания отношения федерального Центра с самопровозглашенной Чеченской Республикой Ичкерией, приведший к чеченской войне.

10 декабря 1994 г. в Чечню были введены федеральные войска. Предпосылками таких действий федеральных войск было резкое обострение обстановки в Чечено-Ингушской Республике, организация массовых беспорядков с применением насилия в целях отстранения от власти действовавших органов власти, провозглашенный в одностороннем порядке курс руководства Республики, пришедшего к власти в результате государственного переворота в сентябре 1991 г., на достижение полного государственного суверенитета, ошибки и просчеты федеральных властей и ряд других .

Напомним, что еще в ноябре 1990 г. Верховный Совет тогда еще единой Чечено-Ингушетии принял Декларацию о государственном суверенитете Республики. Тогда же состоялся первый съезд чеченского народа, переименованный затем в Общенациональный конгресс чеченского народа, который провозгласил себя высшим органом власти Чеченской Республики. Во время событий 19-21 августа 1991 г. власти Республики поддержали ГКЧП, однако Общенациональный конгресс, который к тому времени возглавил Дж. Дудаев, первый чеченский генерал с опытом афганской войны, бывший командир дивизии авиации стратегического назначения, встал на сторону Б. Ельцина, организовал сопротивление ГКЧП. В конце августа - начале сентября действовавшая система органов власти в Республике оказалась разрушенной. 28-29 августа боевые отрады Общенационального конгресса чеченского народа с применением насилия захватили аэропорт, блокировали улицы и площади г. Грозного, ведущие к зданиям Совета министров, радио- и телецентра.

1 сентября 1991 г. исполком Общенационального конгресса чеченского народа и его лидеры объявили Верховный Совет Республики распущенным. Затем Д. Дудаев заявил о необходимости разделения Чечено-Ингушетии на две самостоятельные республики, а также обеспечения государственного суверенитета Чечни с избранием собственных парламента и президента. Такие действия исполкома Общенационального конгресса придали новый импульс массовым беспорядкам, организованным в целях отстранения от власти ее законных органов.
6 сентября его вооруженные отряды ворвались в здание Верховного Совета и прервали заседание депутатов, многих из них были избиты. Во время этих массовых беспорядков погиб председатель городского совета г. Грозного В. Куценко (по одной из версий – убит, выброшен из окна) .

Лидеры исполкома Общенационального конгресса чеченского народа игнорировали федеральное законодательство, не выполняли указания Центра о сдаче оружия и роспуске незаконно созданных вооруженных формирований и т.д.

Как видим, руководство Чечни действовало противоправно, взяло курс на провозглашение независимости Республики, формируя вооруженные отряды, неподконтрольные Центру и не признавая действие федерального законодательства на территории Чечни.

Прибывший в Чечню Р. Хасбулатов одобрил тогда роспуск Верховного Совета Республики. Был сформирован новый орган республиканской власти – Высший временный Совет, который возглавил народный депутат СССР Л. Магомадов. Это была фактически первая попытка российского руководства «посадить» своего человека в Грозном. Но она оказалась безуспешной, как, впрочем, и все последующие, ибо реальная власть находилась в руках Д. Дудаева, который надеялся на «равноправную» встречу и переговоры только с самим Б. Ельциным.

Попытки российского руководства «надавить» на Д. Дудаева, в том числе путем издания соответствующих постановлений с указанием, что назначенные на 27 октября 1991 г. выборы в высшие органы государственной власти Чечено-Ингушской Республики не будут иметь правовой основы и потому не могут быть признаны законными, не давали конструктивных результатов .

27 октября Д. Дудаев был избран президентом республики. Уже 1 ноября он своим первым указом объявил последнюю суверенным и независимым государством. Съезд Народных депутатов РСФСР 2 ноября 1991 г. признал выборы президента Республики и выборы в высшие органы государственной власти незаконными. Провозгласив полную независимость своей Республики, Д. Дудаев сделал тем самым первый шаг к будущей чеченской войне.

В таких условиях в интересах охраны конституционного строя Б. Ельцин вынужден был ввести в Чечено-Ингушетии чрезвычайное положение. Оно вводилось на один месяц – с 9 ноября до 9 декабря 1991 г., но фактически оно действовало всего три дня, т.к. Верховный Совет РСФСР не утвердил Указ Президента от 7 ноября 1991 г. «О введении чрезвычайного положения в Чечено-Ингушской Республике» . Таким образом, впервые на части территории России вводилось чрезвычайное положение, которое, правда, так и не обеспечило реализацию целей его введения. К тому же действия Б. Ельцина по урегулированию ситуации в Чечено-Ингушетии, как отмечалось, не нашли соответствующей поддержки со стороны Верховного Совета РСФСР. В результате социально-политическая ситуация ухудшалась, конфликт с республикой продолжал разрастаться. Руководство Республики восприняло Указ от 7 ноября 1991 г. о введении чрезвычайного положения как посягательство на свободу чеченцев, многие из них взялись за оружие, вливаясь в незаконно созданные вооруженные отряды. В таких условиях в Чечню были введены (с трех сторон) федеральные войска спецназа и внутренних войск. Так был сделан упор на военные, силовые методы разрешения чеченского кризиса.

В ответ на действия федеральных властей вооруженные отряды и местное население блокировали аэропорты и некоторые другие объекты, а Д. Дудаев объявил в Республике военное положение, приказав превратить каждый дом и каждый объект в вооруженную крепость. С этого времени и в течение последующих двух с лишним лет российское руководство вело безуспешные переговоры с Д. Дудаевым. Оно фактически признало самостоятельный статус Чечни, а самого Д. Дудаева президентом Республики. К середине 1992 г. федеральные войска были выведены с территории Чечни. Федеральные власти оставили Д. Дудаеву все оружие, находившееся на территории Чечено-Ингушской Республики, в том числе 260 учебно-тренировочных самолетов,
42 танка, 34 боевые машины пехоты, 139 артиллерийских орудий, 2,5 тыс. автоматов, 27 вагонов боеприпасов, а также пусковые установки ракетных комплексов сухопутных сил.

Одновременно федеральные власти признали образование, как того добивался Д. Дудаев, двух новых республик – Чечни и Ингушетии. Съезд народных депутатов России упразднил Чечено-Ингушскую АССР и в соответствии с Законом РФ от 4 июня 1992 г. в составе Российской Федерации была образована Ингушская Республика .

Чеченский кризис встал в центр политической жизни России. Он вызвал новый виток напряженности в отношениях между Центром и субъектом федерации, что способствовало дестабилизации политической ситуации в России.

Таким образом, можно подвести итоги и сделать вывод о том, что следствием осуществления политической линии федерального центра по разрешению кризиса в Чечне стало развитие трех негативных процессов в политической жизни общества. Во-первых, чеченский конфликт все больше превращался в фактор политической дестабилизации в России. Во-вторых, произошла консолидация значительной части населения Республики вокруг Д. Дудаева, который в то время еще готов был пойти на компромисс с федеральным Центром при условии переговоров с самим Президентом. Одновременно в Республике, как, впрочем, и среди части народов Северного Кавказа, стали развиваться антироссийские настроения. В-третьих, начался новый виток напряженности в отношениях между ветвями власти, между Центром и некоторыми субъектами федерации, исполнительной властью и многими политическими партиями и общественно-политическими движениями, в том числе и среди тех, которые еще недавно активно поддерживали региональную политику Центра.

 



Разрастание чеченского кризиса и его временное разрешение

Несмотря на существенные уступки режиму Д. Дудаева со стороны федеральных властей, его непродуманная политическая линия вела республику к глубокому кризису. Это нашло выражение в противостоянии властей, противоборстве режима Д. Дудаева с парламентом, его роспуск и введение в Республике прямого президентского правления. В Республике расцветал бандитизм, как грибы росли разного рода вооруженные формирования, которые захватывали заложников, рейсовые автобусы, требовали выкуп и т.п. Все чаще жертвами уголовников становилось русскоязычное население. Так продолжалось до 1994 г. Иными словами, создавалась реальная угроза безопасности граждан и конституционному строю Республики. В этот период федеральные власти намеревались решить «чеченскую проблему» руками антидудаевской оппозиции, выразившей готовность сотрудничать с Центром. Но боевые отряды оппозиции, некоторые лидеры которой имели весьма сомнительное прошлое, терпели одно поражение за другим. Отступив в Надтеречный и Урус-Мартановский районы, 6 декабря она образовала Временный Совет Чеченской Республики во главе с У. Автурхановым, главой администрации Надтеречного района. Антидудаевская оппозиция обратилась с просьбой к федеральным властям считать Временный Совет единственным законным органом власти в Республике. Б. Ельцина, очевидно, убедили в целесообразности такого подхода. Изначально он был уверен, что оппозиция сама, без вмешательства федеральной армии, наведет в Республике порядок. Однако отряды оппозиции, несмотря на существенную военную поддержку Центра, терпели поражения. Не помогли и выделенные бронетранспортеры и танки и направленные на помощь российские солдаты и офицеры, спешно уволенные из рядов Вооруженных Сил РФ.

26 ноября началась неудовлетворительно проведенная в военном отношении операция по разрешению кризиса в Чечне. В этот день боевые отряды оппозиции штурмовали Грозный. Из гранатометов были уничтожены ворвавшиеся в город танки. В плен попали многие российские солдаты и офицеры. Министр обороны П. Грачев публично отрекся от своих подчиненных, которых направил в районы, контролируемые оппозицией, т.к. такие люди, по его словам, не числились в списках личного состава Вооруженных Сил. И действительно, формально это были офицеры, которые оформили нелегальные отпуска и контракты. Что же касается солдат, то их тоже формально увольняли из рядов Вооруженных Сил, подписывая с ними контракты по обслуживанию боевой техники. Все это выглядело так, что министр обороны в сложной ситуации бросил своих офицеров и солдат, которые так и не могли, очевидно, толком понять, ради чего они воюют. В этих условиях собрался Совет безопасности и вновь стал обсуждать «чеченскую проблему». В результате было принято ошибочное решение о проведении полномасштабной военной операции в Чечне. Суть непродуманного политически и в военном отношении решения состояла в том, чтобы в две-три недели провести военную операцию по разрешению кризиса и разогнать «бандитов». Вот кто принимал решение о военной операции в Чечне: Президент РФ Б. Ельцин, министр обороны П. Грачев, министр юстиции Ю. Калмыков, министр иностранных дел А. Козырев, директор Федеральной пограничной службы А. Николаев, директор Службы внешней разведки Е. Примаков, председатель Государственной Думы И. Рыбкин, директор Федеральной службы контрразведки С. Степашин, министр по делам чрезвычайных ситуаций С. Шойгу, председатель Совета федерации В. Шумейко . Вслед за тем события стали развиваться стремительно. С конца ноября по 11 декабря 1994 г. было принято несколько указов Президента РФ и постановлений Правительства РФ по Чечне. Так, 30 ноября Президент Б. Ельцин подписал Указ, который положил начало военного вторжения на территорию Чечни. В тот же день была создана группа руководства действиями по разоружению бандформирований в Чечне в составе: Н. Егорова, В. Ерина, П. Грачева, С. Степашина, А. Куликова, С. Юшенкова. Полномочным представителем Президента в Чечне Б. Ельцин назначил Н. Егорова. 1 декабря здание Государственной Думы пикетировали представители чеченской диаспоры в Москве, протестовавшие против «имперских амбиций Москвы» и применения военных действий по отношению к Чечне. Через три дня после этой акции, 4 декабря Парламент Конгресса народов Кавказа принял решение об оказании помощи народам Чечни в случае вторжения федеральных войск в Республику. Тем не менее, уже 9 декабря Правительство РФ подписало Постановление, предусматривавшее право на военное вмешательство в чеченский конфликт.

В тот же день Президент РФ подписал Указ «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории ЧР и в зоне осетино-ингушского конфликта». Указ предоставлял Правительству право на разоружение всех незаконных формирований. В ответ на эти действия федеральных властей Д. Дудаев заявил, что готов пойти на свободные выборы в течение месяца без выставления своей кандидатуры, если Россия и мировое сообщество признают независимость Чечни. 6 декабря П. Грачев и В. Ерин встретились с Д. Дудаевым и согласились, что 12 декабря во Владикавказе будут начаты переговоры. Однако 11 декабря 1994 г. в Чеченскую Республику были введены подразделения войск МВД и МО РФ с целью восстановления конституционной законности и правопорядка на ее территории. Так началась военная операция федеральных войск в Чечне. В тот же день на Грозный с трех направлений двинулась боевая техника и личный состав подразделений Вооруженных Сил и Министерства внутренних дел России. Боевые действия стали приобретать исключительно ожесточенный и кровавый характер. По Грозному методично наносились ракетно-бомбовые удары.

Между тем, части и подразделения, вошедшие в Чечню, встречали серьезное сопротивление. Те из них, которые шли через Ингушетию и Дагестан, были блокированы соответственно местными жителями и чеченцами-аккинцами. В результате продвинулись только части и подразделения, которые двигались через районы, занятые отрядами оппозиции. В 10 км от Грозного федеральные войска были обстреляны отрядом В. Арсанова, будущим вице-президентом А. Масхадова. В связи с началом боевых действий отметим позицию парламента. Еще 8 декабря 1994 г. Совет федерации принял Постановление, в котором содержалось указание не допускать применения силы на территории Чеченской Республики до принятия в соответствии с Конституцией РФ компетентными органами иного решения. 16 декабря того же года он предложил Президенту РФ прекратить боевые действия и вступить в переговоры с республиканскими властями.

31 декабря федеральные войска начали ночной штурм Грозного. Он продолжался до 5 января и ознаменовался серией неудач. Российские генералы, уповавшие на силу оружия, не сделали никаких выводов из ранее организованного танкового штурма Грозного, предпринятого еще 26 ноября 1994 г. В тот день спланированная операция провалилась, она стала военной катастрофой; танки, отсеченные снайперами и гранатометчиками от пехоты, были подбиты, а десятки солдат погибли, многие попали в плен. И теперь, 31 декабря, вновь, как и 26 ноября, танковая операция стала военной катастрофой. Танковую колонну с необученными солдатами, прорвавшуюся к центру города, встретили снайперы и гранатометчики, среди которых было немало профессионалов-наемников. Главная ставка в отработанной Д. Дудаевым специальной тактике ведения городского боя делалась именно на этот контингент защитников города. В результате снайперы и гранатометчики методично, один за другим уничтожали прорвавшиеся танки и БТР. Отсеченную от последних пехоту противник расстреливал. Шквальный обстрел разрушал здания. Федеральные войска несли потери. По свидетельству думского депутата А. Шабады, находившегося в те дни в Грозном, только на Вокзальной площади города 2 января было подбито тридцать единиц бронетехники. По зарубежным данным, в декабре - первой половине 1995 г. из 250 единиц бронетехники больше 200 единиц было уничтожено. Никто ответственности за это не понес. Чтобы окончательно занять Грозный федеральным войскам потребовалось три месяца.

Таким образом, ставка федерального центра на быструю победу в Чечне не оправдалась. Ее итог очевиден: гибель мирных жителей, женщин, стариков; убитые, раненые и искалеченные.

В такой ситуации ни о какой консолидации политических сил России не могло быть и речи. Напротив, налицо были раскол общества, рост националистических и шовинистических настроений, осуществление крупномасштабных диверсий, захват заложников, развитие терроризма. Воинственный генерал Д. Дудаев в одном из своих интервью говорил о том, что «в Москве готовится серьезный удар, и на этот счет у него уже есть заготовленные варианты». «Возможны, - утверждал генерал, - крупномасштабные диверсии, в которых Москва захлебнется. От вариантов, которые готовятся, у меня мурашки по коже бегут. И все это разыграется на нашей карте, на чеченской». Теряя чувство реальности, генерал Д. Дудаев грозил перенести боевые действия на российские города, которые «будут преданы огню и уничтожению», и даже сжечь Россию в атомном огне.

Варварская, жестокая по средствам ведения война продолжалась еще полтора года, пока с Чечней не был подписан мир. 19 января 1995 г. Совет Федерации Федерального Собрания вынужден был констатировать, что «на территории субъекта Российской Федерации идет гражданская война, и Чеченская Республика превратилась в зону массового нарушения прав и свобод человека». Комиссия Государственной Думы, которая будет готовить вопрос об отрешении от должности Б. Ельцина, предъявит ему наряду с другими обвинение за пролитую кровь в чеченской войне, которую, очевидно, возможно было избежать. Война в Чечне оттолкнула от Б. Ельцина многих бывших его сторонников. Рейтинг Президента РФ неуклонно падал. Совет Федерации признал, что эскалация вооруженного конфликта на территории Чеченской Республики стала возможной вследствие невыполнения Постановления Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации от 8 декабря 1994 г. № 291-I СФ «О положении в Чеченской Республике» и Постановления Совета Федерации Федерального Собрания от 17 декабря 1994 г. № 307-I СФ «О положении в Чеченской Республике».

Президенту было предложено незамедлительно привести действия федеральных органов государственной власти в Чеченской Республике в соответствие с Конституцией Российской Федерации. Совместно с Государственной Думой планировалось создать комиссию по расследованию событий в Чеченской Республике.

В апреле 1995 г. думские депутаты приняли Закон «О мерах по урегулированию чеченского кризиса», запрещавший использование вооруженных сил и создание чрезвычайных органов управления без введения чрезвычайного положения. Президент РФ отклонил этот Закон. Он подписал Указ «О дополнительных мерах по нормализации обстановки в Чеченской Республике», в соответствии с которым объявлялся «праздничный» мораторий на ведение боевых действий в Чечне с 00 часов 28 апреля до 00 часов 12 мая. К этому времени полевые командиры и боевики, безусловно, нуждавшиеся в некоторой передышке, и их вооруженные формирования, оказывая ожесточенное сопротивление федеральным войскам, уже отступили в горы. Здесь они, воспользовавшись неожиданной для них передышкой в связи с празднованием 50-летия Победы, стали накапливать новые силы.

По данным тогдашнего заместителя начальника главного оперативного управления российского Генштаба генерал-полковника Л. Шевцова, у дудаевских формирований сохранилось еще около 10% тяжелой техники, в том числе бронетанковой, несколько десятков баз в горных районах, на которых были сосредоточены запасы вооружения и техники, и проводится подготовка боевиков и их отдых. Тогда же федеральные войска уже контролировали примерно 90% территории республики, однако федеральные солдаты не чувствовали себя в безопасности, многие из них не хотели воевать, часть военных формирований попадали в засады, многих попавших в плен офицеров и солдат-контрактников расстреливали или казнили. О том, что солдаты федеральных сил столкнулись с ожесточенным сопротивлением чеченцев, а также о разложении в их среде и нежелании воевать с народом Республики свидетельствовали многие депутаты. Так, депутат Совета Федерации от Амурской области, заместитель председателя Комитета Совета Федерации по делам Федерации, Федеративному договору и региональной политике П. Штейн, который в составе рабочей группы Правительства РФ побывал во Владикавказе для ведения переговоров, на 14-м заседании Совета Федерации в декабре 1994 г. назвал ввод войск в день начала проведения переговоров «циничной авантюрой».

Другой депутат Совета Федерации от Читинской области, член комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам В. Курочкин довел до сведения депутатов следующее: «Первый и главный вывод из всего, что мы увидели (сегодня он остается прежним, как и в первый день этой войны): остановить войну. Остановить любой ценой, остановить хотя бы стрельбу тех частей, которые подошли к Грозному и ведут боевые действия, потому что происходит массовое убийство людей, в большинстве мирных жителей. А армия воюет не с бандформированиями, как официально уверяет Москва (и мы сами убедились в этом), а с народом. В каждом селе созданы отряды ополченцев, сотни и тысячи людей буквально из каждого села выходят на дороги, перекрывают путь движению танковых армад и погибают». О том, что в федеральных силах имели место случаи, когда солдаты уговаривали мирных жителей, которые преграждали путь танковым колоннам, не уходить, потому что, если они уйдут, солдат пошлют в бой. «Солдаты просто-напросто пропускали этих мирных жителей для того, чтобы – утверждал депутат, - они поджигали машины, лишь бы не двигаться дальше. Всем было понятно, что будут огромные потери».

Добавим к этому, что были случаи договоренности с полевыми командирами о том, чтобы «не воевать, не трогать друг друга» и другие. В 1995-1996 гг. военная ситуация в Чечне продолжала оставаться сложной, став важным фактором политического развития. К середине июня 1995 г. федеральным силам удалось занять основные горные районы. 12 июня они взяли под контроль населенные пункты Шатой и Ногай Юрт. Боевики были оттеснены к грузинской границе. В ответ активизировалась диверсионно-подрывная и террористическая деятельность. Вот некоторые тому свидетельства. 14 июня чеченскими боевиками численностью около 100 чел. под руководством
Ш. Басаева была проведена террористическая операция в Буденновске (Ставропольский край). Акция была приурочена к совещанию руководителей стран «большой семерки» в Галифаксе (Канада), на которое был приглашен Б. Ельцин. Террористы захватили телефонный узел, здания местной администрации и горбольницы, в которых удерживали более 1000 заложников. Затем (после переговоров В. Черномырдина с Ш. Басаевым) часть бандформирований отступила к Чечне, уводя с собой около 150 заложников. Их требование – немедленное прекращение всех боевых действий в Республике, вывод российских войск, предоставление Чечне независимости. Эта жестокая вылазка боевиков, в ходе которой погибло около 40 заложников, свидетельствовала о неподготовленности властей и ее специальных служб к широкомасштабным антитеррористическим операциям, нанесла ощутимый удар по престижу армии. 9 января 1996 г. группа террористов под руководством С. Радуева и Х. Исрапилова в количестве 500 человек захватила г. Кизляр (Республика Дагестан). Она взяла в заложники ок. 3 тыс. человек. В тот же день погибли 7 сотрудников МВД, 7 боевиков. После переговоров большинство заложников было освобождено. 10 января террористы (ок. 250 человек) и заложники (ок. 165 человек) на 11 автобусах и 2 КамАЗах двинулись назад в Чечню. В тот же день, 10 января, боевики и заложники были блокированы в с. Первомайском. Этой операцией руководили директор ФСБ М. Барсуков и министр внутренних дел РФ А. Куликов. До 15 января с террористами велись переговоры руководством Дагестана и руководителями МВД и ФСБ России. В течение четырех дней, с 15 по 18 января, подразделения ФСБ и МВД штурмовали село Первомайское, где засели боевики С. Радуева с заложниками. Б. Ельцину доложили, что боевики в ловушке, и скоро с ними будет якобы покончено. Президент поверил, озвучил это по телевидению. В результате он попал в неловкое положение, ибо в ночь с 17 на 18 января во время прорыва части боевиков во главе с С. Радуевым удалось уйти в Чечню. В результате операции в с. Первомайском погибло ок. 150 боевиков, более 40 заложников и мирных жителей, 30 боевиков взяты в плен. При захвате села погибло ок. 26 военнослужащих, более 90 ранено.

И вновь правящая власть испытала позор. На этот раз не удалось даже наладить взаимодействие различных частей и спецподразделений и соответствующим образом обеспечить проведение операции по пленению или уничтожению окруженного противника. 28 июня 1996 г. на автовокзале в Нальчике последовал взрыв автобуса, следовавшего по маршруту Минеральные Воды – Владикавказ. В результате взрыва погибло 8 человек, более 30 получили ранения. 12 июня в Москве произошел взрыв в троллейбусе около станции метро «Алексеевская». Пострадало 28 человек. 6 августа того же года в Грозный, не встретив сопротивления, вошли отряды боевиков Ш. Басаева, Гелисханова и Закаева под общим командованием А. Масхадова. В результате погибло около 1,5 тыс. солдат. Раздробленные и блокированные в разных частях города федеральные силы не смогли оказать соответствующего сопротивления отрядам боевиков. По репутации правящей власти и действовавшей в Чечне армии были нанесены очередные удары. Ведь власти и военное командование неоднократно уверяли общество в том, что боевики якобы давно уничтожены, и крупных очагов сопротивления якобы в Чечне не осталось. Очередное поражение федеральных войск в августе 1996 г. привело к осуждению действий властей и военного командования со стороны общества, многих политических сил. Оно способствовало дальнейшему расколу. Внутриполитическая ситуация в стране, несмотря на победу Б. Ельцина на очередных президентских выборах, осложнилась. 9 августа Б. Ельцин принял присягу Президента РФ, а уже на следующий день, 10 августа, вновь избранный Президент вынужден был объявить траур в связи с потерями в Чечне.

В этих условиях новый секретарь Совета Безопасности и полномочный представитель Президента РФ в Чечне А. Лебедь предложил Президенту РФ прекратить боевые действия и вывести федеральные войска из Республики. Б. Ельцин принял это предложение нового секретаря Совета Безопасности. В результате последнему удалось в известной мере стабилизировать обстановку и 15 августа в селении Старые Атаги встретиться с З. Яндарбиевым и А. Масхадовым, который 27 января 1997 г. одержит победу на президентских выборах в Чечне. 30 августа в Хасавюрте секретарь Совета безопасности А. Лебедь и начальник штаба Чеченских вооруженных формирований А. Масхадов договорились о прекращении войны в Чечне и подписали совместное заявление, предусматривавшее достижение до 31 декабря 2001 г. политического соглашения об основах взаимоотношений между Россией и Чечней, т.е. о будущем статусе Чечни. На основе достигнутой договоренности в конце 1996 г. военное командование закончило вывод федеральных войск из Республики.

В мае 1997 г. был подписан договор «О принципах взаимоотношений между РФ и Чеченской Республикой Ичкерия», который так и остался на бумаге. Несмотря на то, что А. Лебедь помог Президенту РФ прекратить войну в Чечне и вывести из Республики федеральные войска 17 октября 1996 г. последовала его отставка. Секретарем Совета безопасности был назначен И. Рыбкин, его заместителем – Б. Березовский. Однако, как отмечалось, достигнутые договоренности с Чечней не смогли изменить ситуации в Республике, где фактически утвердился авторитарно-криминальный режим. Через два года началась новая вторая чеченская война. Чеченский боевик Ш. Басаев и Хаттаб, приехавший в Республику из Иордании, на этот раз решили поднять исламское восстание в Дагестане. При этом планировалось проведение террористических актов в некоторых городах России, в том числе и в Москве.

Подводя итог, можно сделать следующие выводы. Причины кризиса и внутренних противоречий чеченского общества в 1992-1996 гг. заключались, во-первых, в его кланово-трайболистском характере, усилении процесса тейпизации и криминализации Чечни, а также межтейповой борьбе, сопровождавшейся после развала СССР созданием собственных вооруженных формирований и развитием этнического национализма. Тейпизация - повышение влияния в жизни социума тейповых различий его членов. Тейп - это родоплеменная организация, состоящая из нескольких родовых общин (союзов общин) и имеющая общее происхождение от конкретного лица (рода). Например, чеченский народ состоит примерно из 130 тейпов. Любой чеченец обязан знать историю своего рода (семь и более поколений) и к какому тейпу он принадлежит.

Утвердившимся у власти националистическим силам соблюсти межтейповой баланс не удалось. В результате развернулась острая борьба за власть. Последовали разгон парламента, разгром центральной избирательной комиссии (июнь 1993 г.), намеривавшейся провести референдум о доверии Д. Дудаеву и парламенту, а также прямые столкновения правительственных войск с оппозицией и др. Во-вторых, события в Чечне представляли собой не только «местное» или региональное явление. Они – результат непродуманной политики Центра, проявления гегемонистских «имперских амбиций», его нежелания и вместе с тем неспособности преодолеть дестабилизирующие факторы в Республике и разрешить «чеченский кризис». Свидетельство тому – одобрение «вайнахской демократии» Д. Дудаева (сентябрь 1991 г.), а фактически совершившегося переворота в Республике, предоставление с началом ухода российских войск утвердившемуся режиму многих тысяч единиц современного оружия (начало 1992 г.), выделение из небогатого российского бюджета режиму, который не собирался признавать федеральный центр, огромных материальных средств на восстановление. Только за один 1995 г. общая сумма финансирования, определенная нормативными актами РФ, составила один триллион 73,4 млрд рублей. По некоторым оценкам, за тот же год незаконно в Чечню было «перекачено» более 11 трлн руб.

В-третьих, важную черту конфликта и войны в Чечне составляли исламский фактор как проявление религиозного самосознания, а также исламский фундаментализм как выражение крайнего терроризма. Мировой опыт свидетельствует о том, что, если национальные проблемы не решаются в цивилизованных формах «сверху», то они находят порой свое развитие и воплощение в уродливых формах, в том числе – терроризме. Этот вывод в ходе развития чеченского кризиса неоднократно игнорировался властными структурами.

Вовремя политически нерешенный чеченский кризис повлек за собой затяжную кровавую войну, гибель многих тысяч мирных жителей и военнослужащих, разрушение экономики, нарушение прав человека, обострение обстановки на всем Северном Кавказе. Это были сложные, а порой и драматические годы войны, против которой с открытой критикой выступили почти все политические силы России, и вина за кровопролитие, многочисленные жертвы, в том числе и среди мирного населения, подвергавшегося ракетным обстрелам и бомбардировкам, падает не только на новые власти Чечни, пытавшиеся максимально обострить ситуацию и с позиций экстремизма разговаривать с Центром, но и на все ельцинское руководство. Отказавшись от согласия разрешить конфликт путем и переговоров, и диалога, как это имело место с Татарстаном и Башкортостаном, руководство страны приняло решение о вводе войск в Чеченскую Республику, что дополнительно стимулировало сопротивление чеченцев и толкало их к развертыванию партизанских действий. Ошибочность данного решения была признана лишь в феврале 1996 г. Откладывание решения вопроса о независимости Чечни до начала XXI века, при любом варианте развития в ней событий, не меняло сути чеченской проблемы, поскольку продуктивной могла быть только та политика Центра, которая учитывала бы интересы всех заинтересованных сторон на основе признания, соблюдения и защиты прав человека и гражданина, в том числе как чеченского народа, так и русскоязычного населения. При этом действия по согласованию интересов и обеспечению прав человека были бы независимы от ориентаций, желания или политических амбиций правящих властей, принимавших ответственные решения по преодолению кризиса.

Первая чеченская кампания прямо нарушила «Договор об общественном согласии», предусматривавший исключение возможности разрешения возникавших в обществе проблем «через насилия в каких бы то ни было формах». Таким образом, фактического согласия в обществе добиться властям не удалось, а открытые военные действия в Чечне следует рассматривать как тяжелую политическую ошибку ельцинского руководства. И хотя первая чеченская война закончилась, но мира как не было, так и не стало: создавались опорные базы партизанского движения, имели место нападения на посты и гарнизоны и т.д.

 



Выборы в Государственную Думу России в 1995 г.

Важным фактором политического процесса были выборы в новую Государственную Думу
17 декабря 1995 г. От результатов этих выборов во многом зависели пути дальнейшего развития реформ и их влияния на социально-экономическое положение граждан, внутреннюю и внешнюю политику страны. Накануне выборов расстановка политических сил в стране была настолько сложной и запутанной, что рядовой избиратель испытывал трудность в выборе своих предпочтений.

 



Расстановка общественно-политических сил накануне выборов в Государственную Думу

Накануне выборов в Государственную Думу в России было зарегистрировано 259 политических партий, объединений и движений, имевших право принять участие в выборах в Думу 17 декабря 1995 г. Это обстоятельство сыграло роль катализатора в развертывании предвыборной борьбы. В качестве другого катализатора выступил чеченский кризис. Со стороны многих кандидатов в депутаты различной ориентации последовали резкие заявления с осуждением действий президента и правительства по чеченской политике. Политические силы по данной проблеме разделились условно на два лагеря: КПРФ, а также «Выбор России» и организации, поддерживавшие их, оказались по одну стороны политических баррикад, большинство проправительственных партий и ЛДПР – по другую. Это привело в конечном итоге к очередному дроблению демократических сил накануне выборов в Думу. К еще одной особенности предстоявших выборов следует отнести попытку правящей власти создать два блока «без крайних правых и крайних левых» (апрель 1995 г.). Однако идея создания либерально-консервативного во главе с В.Черномырдиным (проправительственного) и социал-демократического во главе с И.Рыбкиным (мягкой оппозиции) избирательных объединений с перспективой создания в будущем двухпартийной системы, так необходимой для казавшейся возможной политической стабилизации, провалилась.

Строительство правого проправительственного блока пошло не по политическому пути, т.е. на базе таких объединений политических организаций и думских фракций, как ПРЕС, «Новая региональная политика», «Стабильность», «Россия», «Выбор России», РДДР и др., а стало реализовываться административным путем. Это также привело к очередному распылению демократических сил. Но, тем не менее, 12 мая состоялся съезд новой политической организации «Наш дом – Россия» (НДР), которая вскоре была зарегистрирована в Минюсте.

Большие сложности возникли у блока И. Рыбкина, который вел переговоры об учреждении блока с двумя десятками партий и движений. Но только 22 июля было объявлено о создании блока, а уже в сентябре он сам был выведен из руководства и оказался по существу вне партии.

К иным основным социально-экономическим и политическим факторам, способным повлиять на исход выборов, следовало бы отнести отсутствие среднего класса, задача по созданию которого ставилась российскими демократами еще в 1991-1992 гг., размытость политических и моральных идеалов электоральной базы, что создавало благоприятные условия для действий всевозможных демагогов и авантюристов, а также дискредитация либеральных идей и ценностей в глазах большого числа избирателей, поскольку подавляющее большинство населения оказалось за чертой бедности. Оно находилось в состоянии психологической депрессии, недоверия к реформам. Демократия простым человеком воспринималась как вседозволенность властей, свобода для казнокрадов и бандитов.

В сложившейся общественно-политической ситуации рядовому избирателю достаточно сложно было сделать свой выбор еще и потому, что он не понимал всю сложность и запутанность расстановки политических сил в стране. Простой человек не мог понять, почему, например, демократы не могут объединиться: Г. Явлинский разорвал отношения с Е. Гайдаром, а Ю. Болдырев вышел из «ЯБЛока» (август) и т.д. Но главное все же состояло в том, что экономическая депрессия затянулась и продолжалось падение жизненного уровня. Рядовой избиратель практически не знал конкретных программ политических партий по выводу страны из кризиса, если, конечно, таковые у них имелись. Ведь почти все партии, участвовавшие в выборах в Думу, не располагали понятной и убедительной для простого человека программой, способной привлечь на свою сторону не менее 50% голосов избирателей.

Обратим внимание на четыре политические партии, сумевшие преодолеть 5%-й барьер и образовать в Думе четырехполюсную партийную систему.

Коммунистическая партия Российской Федерации (Г. Зюганов). Она представляла самую мощную коммунистическую организацию России, располагала крупной думской фракцией и разветвленной сетью региональных партийных организаций. Программа партии ориентировала на утверждение многоукладности в экономике, признание частной собственности, в том числе и на средства производства. Предвыборные лозунги КПРФ были рассчитаны на использование социального протеста, оправданного недовольства происходящими в стране событиями. Коммунисты делали упор на несправедливость осуществления приватизационного процесса, на незаконность присвоения «народного имущества». Резкой критике подвергался внутренний и внешнеполитический курс правящего режима. Руководители КПРФ старались привлечь на свою сторону Всероссийское общественно-политическое объединение «Духовное наследие» А. Подберезкина, согласовать кандидатов в одномандатных округах с АПР (М. Лапшин) и объединением «Власть – народу» (Н. Рыжков, С. Бабурин) и др., привлечь профсоюзы, поклонников православной церкви, молодежь. Следует также обратить внимание на то, что по некоторым вопросам – по Чечне, по социально-экономической ситуации – партия внешне имела много общего с «Выбором России».

Говоря о КПРФ, отметим одного из самых близких и давних союзников коммунистов – Аграрную партию России (лидер – М. Лапшин). В одномандатных округах аграрии имели намерение кооперироваться с коммунистами-зюгановцами. Однако эта партия имела и собственные политические амбиции. Шансы коммунистов на предстоящих выборах оценивались весьма высоко. Залогом успеха КПРФ считали недовольство населения политикой правящей власти, большую, чем у какой-либо другой партии, кроме АПР, однородность электората и его стабильность, наличие разветвленной сети партийных организаций, поддержку на местах со стороны некоторых хозяйственных руководителей. Электорат - 1) совокупность избирателей, поддерживающих на выборах какую-либо программу, партию или кандидатуру; 2) все те, кто имеет право голосовать на выборах.

Пленум ЦК КПРФ, состоявшийся 19-20 августа, утвердил первую тройку федерального списка от КПРФ. В этот список вошли Г. Зюганов, С. Горячева, А. Тулеев.

Движение «Наш дом Россия» (НДР)

В том же самом месяце 12 числа состоялся съезд НДР. Были приняты программа и предвыборная платформа новой политической партии. 24 июня в состав последней на правах коллективных членов вошли ПРЕС (С. Шахрай), Союз землевладельцев (В. Башмачников), Союз крестьянских и фермерских хозяйств и несколько других мелких политических движений и объединений. Однако накануне съезда ПРЕС вышла из НДР, а политическая партия «Выбор России» с самого начала отказалась войти в НДР в качестве коллективного члена, считая заключение политического союза с черномырдинской партией более перспективным направлением взаимодействия демократических сил. Лидеры пропрезидентского избирательного блока обещали избирателям вывести страну из кризиса и добиться экономической и социальной стабильности. Последняя рассматривалась как важное условие обеспечения нормальной человеческой жизни людей, борьбы с инфляцией, развития отечественного бизнеса, достижения прочного мира и безопасности. Лидер НДР обещал поддержать армию, нуждавшуюся, по его мнению, в продуманной военной реформе, содействовать переговорному процессу в Грозном, о будущем статусе Чечни, а также направить усилия на создание широкого среднего класса. На период до намеченных выборов предполагалось объявить мораторий на любые политические действия, способные нанести вред всем ветвям государственной власти, и добиваться в этих целях согласия в обществе.

Руководство НДР рассчитывало получить на выборах в Госдуму более 20% голосов и создать самую крупную фракцию в будущей Думе. Но это было не больше, чем самообман. Б. Ельцин, не разделявший такого оптимизма, предсказывал на пресс-конференции 8 сентября, что НДР может ожидать результат на выборах только в 10 %. И Президент РФ оказался прав. Накануне выборов движение НДР не располагало массовой поддержкой, как, например, КПРФ или ЛДПР. Это была партия власти, основанная на административных методах, на «благо» которой в избирательной кампании должны были работать главы администраций, весь аппарат исполнительных органов. В него входили государственные деятели, высокопоставленные чиновники, представители региональной элиты и директорского корпуса, а также квалифицированные специалисты различных сфер жизни, в том числе представители творческой интеллигенции. Это была партия аппаратчиков. Она представляла собой государственную партию, «впаянную» в аппарат и исполнительные органы всех уровней и регионов России.

Одновременно отметим, что предвыборная избирательная кампания проводилась этим движением недостаточно эффективно. Так, долго не решался вопрос о руководителе избирательного штаба. Только 12 августа была принята предвыборная платформа. Работники федерального координационного комитета (избирательного штаба) отличались невысокой квалификацией, в результате чего во многом оказалась неудачной первая проба сил НДР на выборах губернатора Свердловской области в августе 1995 г. Избирательная кампания основывалась во многом на административных методах, ее проведением руководил председатель Госкомимущества С. Беляев, а созданный с опозданием в конце июля избирательный штаб (федеральный координационный комитет) возглавил сам премьер-министр В. Черномырдин.

Блок «ЯБЛоко» (лидеры Г. Явлинский, В. Лукин)

Блок «ЯБЛоко» проводил свою избирательную кампанию самостоятельно. На его съезде, состоявшемся в конце августа, из него вышел Ю. Болдырев и его сторонники. 5 сентября федеральный список и список кандидатов по одномандатным округам были зарегистрированы в Центризбиркоме. Первую тройку списка составляли Г. Явлинский, В. Лукин, Т. Ярыгина. Однако 27 октября, когда Центризбирком начал кампанию по уменьшению количества блоков и объединений, попадавших в избирательный бюллетень, блоку «ЯБЛоко» по надуманным причинам, как, впрочем, и некоторым другим («Блок независимых» - М. Дианов, «Держава» -
А. Руцкой) было отказано в регистрации. И лишь после решения Верховного Суда от 4 ноября, признавшим действия Центризбиркома незаконными, «ЯБЛоко» было зарегистрировано. Этот скандал прибавил популярности блоку, но его хватило лишь на то, чтобы с небольшим запасом преодолеть 5-процентный барьер. Как и в 1993 г. руководители «ЯБЛока» заявили, что в избирательной кампании блок не намерен ни с кем объединяться, поскольку у них есть «свой сформировавшийся электорат», который может быть растерян в случае заключения компромисса с другими политическими силами. Однако, несмотря на майский разрыв с Е. Гайдаром, допускалась возможность переговоров с движением «Выбор России» по выдвижению кандидатов в мажоритарных округах. Всем остальным мелким партиям руководство «ЯБЛоко» рекомендовало примкнуть к крупным избирательным блокам. Руководство «ЯБЛока» также, как и движение НДР было твердо уверено в том, что по итогам выборов партии удастся сформировать в парламенте крупнейшую парламентскую фракцию. На протяжении всей предвыборной кампании «ЯБЛоко» вело критику ельцинского режима, реформ, осуществлявшихся в 1992-1995 гг. Вместо «ваучерной игры в наперсток» Г. Являнский обещал избирателям «провести истинную приватизацию». «Мы принципиально находимся в оппозиции к власти, - заявлял Г. Явлинский, - поскольку она ведет недемократическую политику… Если я буду избран президентом, то в правительстве останутся профессионалы экстракласса, а не политики. Чтобы в стране была демократия, в аппарате управления должна быть диктатура». С последним можно согласиться, если под диктатурой Г. Явлинский имел в виду демократизацию исполнительных органов власти, в руках которых и по сей день остаются все рычаги реальной власти. В непонимании или нежелании понять это важнейшее положение заключалась одна из главных причин многих хронических неудач
Б. Ельцина, несмотря на его неоднократные заявления и призывы к демократии. Несмотря на явную пропагандистскую направленность заявлений Г. Явлинского и умелое использование скандала с Центризбиркомом, все предвыборная стратегия «ЯБЛока» в итоге привела к тому, что в будущей Думе блок, преодолев 5-процентный барьер, образует сравнительно малочисленную фракцию, которая не сможет оказывать ощутимого влияния и стать для руководителя партии надежным трамплином, обеспечивающим успех в очередной президентской кампании.

Либерально-демократическая партия (ЛДПР)

Также, как и «ЯБЛоко» ЛДПР проводила свою избирательную кампанию самостоятельно и не собиралась вступать ни в какие блоки. Но в отличие от «ЯБЛока» она располагала массовой поддержкой, базировавшейся во многом на ее успехах на выборах в Госдуму в 1993 г. К выборам в Государственную Думу в 1995 г. ЛДПР насчитывала 170 тыс. членов. С возвращением после октябрьских арестов 1993 г. А. Руцкого в политику была предпринята попытка переманить из ЛДПР несколько ее региональных организаций в блок «Держава». И хотя эта попытка в целом не увенчалась успехом, она все же отняла у партии часть голосов, особенно в провинции. Состоявшийся в конце августа 1995 г. съезд партии утвердил федеральный список и список кандидатов от ЛДПР в одномандатных округах. 5 сентября оба списка были зарегистрированы в Центризбиркоме.

В отличие от предвыборной кампании 1993 г. кампанию 1995 г. по выборам в Думу партия провела значительно слабее. Обращает на себя внимание, например, недостаточная, по сравнению с выборами 1993 г., реклама «образа» ЛДПР, а также пропаганда имиджа самого В. Жириновского. Не принесли дивидендов партии и несбывшиеся обещания, данные ее лидерами в конце предвыборной борьбы в 1993 г. Вызвали протест избирателей и другие факторы, связанные с деятельностью ЛДПР. Что же касается самого Президента РФ, то он, в отличие от президентов западных демократий, не стал связывать себя обязательствами ни с одной политической партией. Однако в политических кругах отдавали отчет в том, что Президент РФ фактически представляет движение «Демократическая Россия», с которым он, правда, не заключал никакого политического соглашения, на чем неоднократно настаивали лидеры этого движения.

Проведенный перед выборами-95 анализ основных форм электоральной активности  позволял выявить, при всей условности всероссийских опросов, степень готовности населения к участию в предстоящих выборах в Госдуму, а также влияние объективных и субъективных факторов, действовавших в пользу тех или иных политических сил. Так, фонд «Общественное мнение» предсказывал, что участие в парламентских выборах примут не меньше 46% россиян, а в Москве и Петербурге – 58% . При этом многие отечественные и зарубежные аналитики, социологические исследования по выявлению электоральных ориентаций россиян в связи с предстоящими выборами 17 декабря отмечали такие особенности предвыборной ситуации, как острота противоборства, раскол в среде проправительственных политических сил, действие ряда факторов в пользу коммунистов, левых сил, всех противников правящего режима, низкая положительная оценка населением деятельности органов власти федерального уровня. Особое своеобразие общественно-политической ситуации в канун выборов заключалось и в том, что все главные политические силы российской действительности – от либералов до национал-патриотов имели, по мнению специалистов, «в своем происхождении и деятельности немало общего», что запутывало электорат, не разбиравшийся в процессах становления российской многопартийности, и служило, таким образом, источником его политической дезориентации и раздражения. К объективным факторам, которые действовали против правящей элиты проправительственных партий, следовало бы отнести тяжелые последствия политики либеральных реформ, провал последних, падение авторитета Е. Гайдара и его блока «Выбор России», рост недовольства широких слоев населения своим социально-экономическим положением, коррупция, кризисы власти, просчеты на международной арене, распыление демократических сил в канун ответственных выборов и т.д. Из всего этого следовало, что влияние коммунистов и всех противников ельцинского режима в новой Госдуме усилится. Так, собственно, и произошло. Итоги парламентских выборов в Государственную Думу подтвердили этот вывод.

 



Итоги парламентских выборов 1995 г.

В соответствии с Указом Президента РФ № 700 «О назначении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации нового созыва» от 14 июля 1995 г., выборы состоялись 17 декабря того же года. В них приняло участие около 65% избирателей (вместо едва перевалившего 50% участия в 1993 г.). За места в Госдуму боролись 43 политические партии и объединения. Выборы принесли успех только четырем политическим силам, преодолевшим 5-процентный барьер: КПРФ – 22,31% голосов избирателей, ЛДПР – 11,06%, НДР – 9,89%, «ЯБЛоко» - 6,93%. Все эти партии совокупно набрали 50,5% голосов участников выборов (в 1993 г. 80% голосов, 8 партий и блоков). Что же касается итогов выборов по одномандатным округам, то они укрепили позиции коммунистов (58 мандатов избирателей). «ЯБЛоко» и «Наш дом – Россия» получили, соответственно, 14 и 10 мандатов. Всего, таким образом, КПРФ получила 157 мандатов, правительственный блок «Наш дом – Россия – 55, ЛДПР – 51, «ЯБЛоко» - 45. Председателем Государственной Думы был избран один из руководителей фракции КПРФ Г.Селезнев. Председателем Совета Федерации стал бывший член Политбюро ЦК КПСС, глава администрации Орловской области Е.Строев.

Таким образом, по сравнению с предыдущими парламентскими выборами 1993 г. произошла определенная перегруппировка политических сил. Во-первых, на этот раз больше всего голосов избирателей получила КПРФ – 15151293 избирателя проголосовали за коммунистов (более 22%). Это означало, что КПРФ по существу одержала победу на выборах в Государственную Думу и таким образом могла рассчитывать провести в президенты своего кандидата.

КПРФ не случайно победила на выборах. Наряду с другими факторами главный побудительный мотив голосовавших за коммунистов заключался в реформах, проводимых исполнительной властью, не поддерживавшихся большинством граждан. В результате их осуществления резко ухудшилось положение россиян в сравнении с тем, какой была жизнь при коммунистическом правлении: на критической грани выживания оказалась значительная часть граждан; впервые в мирной обстановке последние столкнулись с демографической катастрофой, когда смертность превышала рождаемость, а продолжительность жизни уменьшилась; столь высокий уровень безработицы страна не знала после 20-х годов. Обвальная преступность, растущее имущественное расслоение народа, социальные последствия приватизационного процесса и многое другое, что прежде представить было невозможно, предрешило успех КПРФ на выборах. В этих условиях победу коммунистов предсказывали многие политологи и социологи задолго до самих выборов.

Оценивая успехи КПРФ, отметим, что не смогли преодолеть 5-процентный барьер политические объединения «Женщины России» (4,6%), «Аграрная партия России» (3,78%), представленные в Госдуме 1993 г. и поддерживавшие по многим вопросам КПРФ. Во-вторых, по сравнению с предыдущими выборами серьезное поражение потерпело политическое объединение «Выбор России» и ПРЕС, не получившие и 5% голосов. Кроме НДР, «ЯБЛока», ДВР и ПРЕС, другие группы избирательных объединений т.н. «либерального» электората и «социал-реформаторов» (всего 12 блоков) не смогли пройти в Госдуму и улучшить позиции реформаторов .

Общая сумма голосов, полученная демократами и новой партией НДР на парламентских выборах 1995 г., составляла 25,7% (17,9 млн) против 34% (18,4 млн) в 1993 г. («Выбор России», «ЯБЛоко», ПРЕС и не прошедшее в Госдуму РДДР).

Что же касается правительственного НДР (6719868 голосов, 9,89% к числу принявших участие в голосовании), большие надежды на которое возлагала правящая власть, то в оценке ее итогов на выборах-95 существуют различные суждения. Одни рассматривают нахождение НДР в первой тройке победителей как успех, другие – как поражение. Но в любом случае эта «партия власти» собрала меньшую часть проправительственных голосов, чем их было у реформаторов два года назад. Тот электоральный потенциал, который имела исполнительная власть на прошлых выборах (12-14 млн проправительственных голосов) НДР не удалось сохранить (6 млн 720 тыс.), а в одномандатных округах партия получила всего 10 мест против 58 у КПРФ, 20 у АПР и 14 у блока «ЯБЛоко».

В-третьих, значительно ухудшила свои позиции ЛДПР. Хотя партии удалось сохранить часть своего электората и преодолеть 5% барьер и остаться по итогам выборов на втором месте, тем не менее, по сравнению с выборами 1993 г. она проиграла борьбу за значительную часть своего электората, потеряв почти половину своих избирателей. К тому же у нее появился конкурент в лице Конгресса русских общин (лидеры - А. Лебедь, Н. Скоков, С. Глазьев), который в борьбе за привлечение голосов избирателей также выступал с позиций национально-государственных интересов, правда, более умеренных. Фракция В. Жириновского располагала в Думе 31 думским мандатом.

В-четвертых, либеральному блоку «ЯБЛоко» удалось удержаться «на плаву», блок получил, как отмечалось, 7% голосов избирателей, принявших участие в выборах (45 мандатов). Его руководитель Г. Явлинский продолжал критиковать «гайдаровскую модель» экономических реформ, а также правительственный курс, дискредитировавший, по его мнению, «идеи демократии и рыночной экономики в России», превращающий страну в «олигархическое (мафиозное), криминальное, монопольное государство».

Таким образом, расстановка политических сил в Госдуме отличалась от предыдущей: не преодолело пятипроцентный барьер движение «Выбор России», потеряли думский статус ДПР и ПРЕС, укрепились позиции левых сил, потенциал «либеральных националистов» значительно сократился, возросло региональное представительство. И хотя относительное большинство в Думе составляли депутаты коммунистической ориентации, тем не менее, ни одна партия не имела решающего перевеса. В целом Дума стала умеренно-оппозиционной.

Выборы в Государственную Думу способствовали укреплению российского парламентаризма, возникновению новых политических партий и движений, претендовавших на роль выразителя интересов тех или иных социальных слоев общества и даже всего народа. После избирательной кампании, уже к началу 1996 г. Министерство юстиции зарегистрировало 83 политические партии, а ряд партий и движений провел свои учредительные съезды.

Парламентские выборы обнажили глубокие противоречия между курсом на реформирование общества и нараставшим противодействием этому курсу. В этом смысле можно утверждать о наличии двойственности в развитии социально-политической ситуации в стране. Парламентские выборы 1995 г. стали пробой сил накануне президентских выборов, во многом предопределив их основную интригу. Согласно докладу Гуманитарного и политологического центра «Стратегия» «Становление новой российской государственности: реальность и перспективы», главной внутренней драмой парламентских выборов 1995 г. стало то, что «они были восприняты действующими лицами как необъявленный предварительный тур президентских выборов, то есть как политическая акция, заведомо оказывающая непосредственное влияние на всю систему власти в стране».

 



Выборы Президента РФ в 1996 г.

Почти сразу после выборов в Государственную Думу политические силы начали подготовку к президентским выборам, которые были назначены на 16 июня 1996 г. Это были первые выборы президента суверенной России. Они прошли в два тура - 16 июня и 3 июля – и принесли победу Б. Ельцину, переизбранному на второй срок, до 2000 г.

Уже в феврале 1996 г. президентская кампания стала набирать обороты. Всего было выдвинуто 19 претендентов. Но основными из них считались Г. Зюганов и Б. Ельцин, объявивший о своем намерении баллотироваться на второй срок только 1 февраля 1996 г. За ними следовали В. Жириновский, А. Лебедь, Г. Явлинский, а также В. Брынцалов, М. Шакум, М. Горбачев, С. Федоров, чьи шансы на успех политологи и проведенные опросы оценивали очень низко.

Изначально рейтинг сильно болевшего Б. Ельцина был низким, многие избиратели уже успели в нем разочароваться. Начальник Службы безопасности Президента даже заявил 5 мая, что президентские выборы надо отменить. Альтернатива Б. Ельцину с шансами на успех была одна – Г. Зюганов. Правда, проведенные опросы свидетельствовали, что от «партии власти» кандидатом в президенты мог быть выдвинут и премьер-министр В. Черномырдин, рейтинг которого быстро и неожиданно вырос и был одно время даже выше, чем у Б. Ельцина (табл. 5).

Таблица 5

Всероссийский опрос Фонда «Общественное мнение» о доверии президенту
и премьер-министру (за 3-5 и 14-17 сентября 1995 г.)

Отношение избирателей

Б. Ельцин

В. Черномырдин

03.09.95 – 05.09.95 г.

14.09.95 – 17.09.95 г.

03.09.95 – 05.09.95 г.

14.09.95 – 17.09.95 г.

Доверяю

13

13

26

27

Не доверяю

57

57

33

34

Затрудняюсь ответить

30

30

41

39

 

В середине марта рейтинг президента вырос и вышел на 2 место после Г. Зюганова, в апреле наступило некоторое его падение. В этих условиях никто не мог гарантировать победу Б. Ельцину, но в его окружении понимали, что в случае победы Г. Зюганова Президенту могут припомнить многое и прежде всего «Беловежское соглашение» и расстрел Белого дома в октябре 1993 г.
Б. Ельцину, более приспособленному для действий в экстремальных условиях, все же удалось за 4-5 месяцев добиться заметного перевеса над своим основным конкурентом. На его стороне были следующие преимущества:

- многотиражные издания газет и журналов; поддержка телевидения со стороны всех крупных телекомпаний – ОРТ, РТР, НТР, ТВ-6;

- поддержка ведущих банков страны. Финансовые возможности для обеспечения избирательной кампании у Б. Ельцина были больше, чем у Г. Зюганова;

- поддержка региональных администраций: благодаря усилиям А. Чубайса, удалось заручиться поддержкой региональных руководителей в обмен на выплату зарплат, пенсий, сокращения задолженности, на предоставление кредитов, льгот и т.д. Президент много ездил по стране, разговаривал с людьми, порой тут же подписывал соответствующие указы о государственной поддержке того или иного региона, как это имело место в Омске и т.д.;

- осуществление массированной кампании по выплате задолженностей по зарплате и пенсиям. Было заявлено о недопущении передела собственности, необходимости помощи тем категориям населения, которые пострадали от реформ. Важную роль в привлечении на свою сторону электората сыграли обещания улучшить социально-экономическое положение людей. Последние в очередной раз поверили в популистские лозунги, выдав власти, в лице Президента, кредит доверия;

- для успеха в выборах имели значение и международные связи: встреча большой «восьмерки» в Москве, встреча с Б. Клинтоном, визит в Китай, попытки оживить отношения со странами ближнего зарубежья;

- сыграл свою роль и личностный фактор, что подтверждает высокую степень персонализации политики в России.

Всех этих преимуществ мобилизационного характера не имел Г. Зюганов. Зато ему благоприятствовали такие факторы, как разветвленная сеть партийных организаций. КПРФ была единственной партией, которая располагала своими организациями во всех субъектах РФ. Она имели крупную фракцию в Государственной Думе, свой стабильный электорат, который был лучше отмобилизован и структурирован. Кроме того, Г. Зюганова поддерживали многотиражные издания – «Правда», «Советская Россия», «Завтра». Но в целом энергичных шагов, кроме жесткой критики правительственного курса, обвинений режима в разграблении и уничтожении страны, которые требовались для корректировки имиджа и расширения электоральной базы, руководителю КПРФ не удалось предпринять. К тому же, по мнению аналитиков, если левые практически консолидировали свой электорат много раньше – к 17 декабря 1995 г., поэтому поддерживать его мобилизационную готовность в течение 4 месяцев было трудно, то Б. Ельцин же «только начал путь наверх». Он предпринял энергичные шаги, чтобы поднять свой рейтинг, победить на выборах: встречался с главами субъектов федерации, делал заявления о готовности усовершенствовать систему платежей, признал многие свои ошибки, переложив, правда, ответственность за них на своих подчиненных. Коммунисты вели предвыборную кампанию в традициях своей партии, используя при этом командные методы пропагандистского воздействия. По мнению аналитиков, если КПРФ реализовывала стратегию и тактику, выработанную аппаратом, «через ступени аппаратной иерархии и актив, то штаб Б. Ельцина прибег к современным технологиям предвыборной борьбы, поручив выработку стратегии и тактики «профессионалам в области воздействия на электорат .

Активно использовался в президентской гонке лозунг о «красной угрозе», пропаганда которого была, пожалуй, лейтмотивом всей предвыборной кампании. Успешно насаждался и миф о том, что, если избиратели не проголосуют за Б. Ельцина или за какую-либо другую кандидатуру из числа демократов, то это будет объективно способствовать приходу к власти Г. Зюганова.
Б. Ельцин прямо и неоднократно призывал не допустить возвращения коммунистов к власти. Этот призыв президента был услышан и энергично поддержан СМИ, только что критиковавшими Б. Ельцина, а также банками, проявлявшими еще недавно недовольство правительственным курсом, многими руководителями избирательных объединений и регионов.

В этой связи отметим, что лидер ЛДРП В. Жириновский в своих предвыборных выступлениях утверждал, что реально претендовать на пост будущего Президента России могут лишь Б. Ельцин и кандидат от его партии, т.е. он сам. Что же касается Г. Зюганова, то, по его мнению, рейтинг руководителя компартии намеренно завышался, чтобы якобы вывести из равновесия Б. Ельцина и спровоцировать перенос выборов. Е. Гайдар считал, что главное состояло в том, чтобы избирателям не пришлось выбирать между Г. Зюгановым и В. Жириновским. Правда, на четвертом съезде ДВР  он констатировал, что в июне - июле 1996 г. выбор был не между КПРФ и ЛДПР, а между Б. Ельциным и Г. Зюгановым и прямо призвал к тому, чтобы все демократические субъекты российской политики не допустили коммунистов к власти. Г. Явлинский предложил Б. Ельцину снять свою кандидатуру на выборах президента, чтобы у некоммунистических сил появился реальный шанс победить на выборах. Одновременно он подчеркнул необходимость объединения всех таких сил для поддержки одного кандидата в президенты. Таким кандидатом Г. Явлинский считал, разумеется, самого себя. Наряду с жесткой антикоммунистической позицией были использованы и другие методы воздействия на избирателей.

Особенно активно для обработки массового сознания использовались следующие методы воздействия на избирателей.

1. Кампания «Зарплата». Она была направлена на работников бюджетной сферы и пенсионеров. Суть этой кампании заключалась в том, чтобы популистскими действиями повлиять на электорат, больше тяготеющий к КПРФ, и выбить у коммунистов ключевые аргументы, связанные с обвинениями власти относительно невыполнения социальных программ. В этих целях были приняты меры, которые дали для повышения рейтинга Президента неплохие результаты. Вот некоторые тому свидетельства. 19 января 1996 г. Б. Ельцин подписал Указ «О мерах по обеспечению своевременной выплаты за счет бюджетов всех уровней пенсий и иных социальных выплат». Вслед за тем появился новый Указ «О некоторых дополнительных мерах по обеспечению своевременной выплаты заработной платы работникам бюджетной сферы». В марте было объявлено об осуществлении мер по финансовой поддержке в целях нормализации ситуации с выплатой зарплаты бюджетникам. Наращивалась активность Президента и по другим направлениям «заботы о народе». Иными словами, стимулировалась определенная реакция у населения путем внушения мысли о том, что Б. Ельцин – отец россиян, заботившийся об улучшении их социального положения, а значит он, а не Г. Зюганов, должен стать их Президентом. Своими энергичными популистскими действиями Б. Ельцин пытался перехватить один из главных лозунгов коммунистов, связанный с «заботой о народе».

2. Умелое использование приема решительного наведения порядка в стране. Этим целям служил старый отработанный порочный механизм публичной критики должностных лиц. Под «горячую руку» Б. Ельцина попали и.о. Генерального прокурора А. Илюшенко, против которого возбудили уголовное дело, генералы Николаев, Барсуков и Куликов, глава администрации Вологодской области Н. Подгорнова. За задержку зарплат и пенсий был подвергнут критике и сам премьер В. Черномырдин, а нескольких губернаторов и чиновников сняли с работы. Публичные «разборки» с должностными лицами дали определенный результат: часть избирателей Президенту удалось привлечь на свою сторону, его рейтинг стал расти. Умелое использование приема отождествления интересов президента с интересами «простых людей», выступавших за наведение порядка в стране, ставило Б. Ельцина выше Г. Зюганова.

3. Кампания «Голосуй или проиграешь». Развитие этой кампании преследовало две цели: во-первых, не допустить «злых» коммунистов к власти, к временам, «когда цивилизованный мир боялся Россию и считал ее империей зла». Поэтому пропаганда этого тезиса предусматривала распространение тезиса о том, что в случае возврата коммунистов у россиян будет отнята свобода, и не состоится возрождение новой, демократической России; во-вторых, эта кампания была рассчитана, по опыту президентских выборов в США в 1992 г., на расположение и привлечение молодежи, настроенной в целом более демократично. Задача сторонников ближайшего окружения Б. Ельцина состояла в том, чтобы побудить молодежь принять участие в голосовании.

4. Осуществление принципа «рекомендации». Этот принцип пропаганды, сформулированный американскими исследователями А. и Э. Ли, предусматривал использование в предвыборной кампании в целях усиления эффекта внушения популярности известных актеров, «звезд» эстрады, спортсменов. Впрочем, в ходе борьбы использовались и некоторые другие принципы пропаганды, на которые указывали американские исследователи, в том числе принцип наклеивания ярлыков, т.е. наделение личности или идеи для подрыва их авторитета оскорбительными эпитетами, принцип «подтасовки карт» - откровенной фальсификации действительных фактов с помощью тех или иных приемов, незаметных для масс и т.д.

Положительную роль в кампании Б. Ельцина сыграл и новый избирательный штаб, собранный усилиями А. Чубайса, заменивший «старый» общественный штаб по выборам Президента, который возглавлял О. Сосковец. В него вошли следующие три основные структуры:
1) аналитическая группа во главе с А. Чубайсом, которая должна была разрабатывать стратегию и тактику кампании и осуществлять внешние связи; 2) исполком во главе с Ю. Яровым, на который возлагалось обеспечение организационной работы; 3) ОДОП во главе с С. Филатовым, который должен был заниматься организацией общественной поддержки Б. Ельцина. Возглавить штаб кампании поручалось В. Илюшину. Новый штаб сумел подключить к работе профессиональных имиджмейкеров, политологов, социологов, рекламистов и др. Кампанию Г. Зюганова возглавлял его первый заместитель В. Купцов, не избежавший многих недостатков аппаратного подхода к организации выборов. Под напором ельцинской пропаганды то преимущество, которое имел Г. Зюганов в начале президентской гонки, быстро стало таять. Каких-то новых ходов, способных в предвыборной кампании резко поднять рейтинг Г. Зюганова коммунистическому предвыборному штабу найти не удалось. Надежды на повторение успеха, достигнутого на последних выборах в Госдуму, не оправдались. Собственно, вся президентская кампания была проведена по аналогии с думской. Все это сказалось на итогах президентских выборов.

 



Итоги президентских выборов

Президентские выборы 1996 г. прошли в России драматично и вместе с тем противоречиво. Они прошли в два тура: 16 июня и 3 июля. В результате голосования 16 июня 1996 г. голоса избирателей между кандидатами на должность Президента Российской Федерации распределились следующим образом: Брынцалов В.А. – 123 тыс. или 0,16% голосов,
Власов Ю.П. – 151 тыс. или 0,2%, Горбачев М.С. – 386 тыс., 0,51%, Ельцин Б.Н. – 26,7 млн, 35,28%, Жириновский В.В. – 4 млн, 5,7%, Зюганов Г.А. – 24 млн, 32,03 %, Лебедь А.И. –
10,9 млн, 14,5%, Федоров С.Н. – 699 тыс., 0,92%, Шаккум М.Л. – 277 тыс., 0,37%,
Явлинский Г.А. – 5,5 млн, 7,34%. Против всех кандидатов – 1163921 или 1,54%. Явка избирателей составила 69,8%. Из этих результатов можно сделать следующие заключения

Первое. Лидерами первого тура оказались Б. Ельцин (26,7 млн или 35,28% голосов) и
Г. Зюганов (24,2 млн или 32,03% голосов). Однако перевес Б. Ельцина над Г. Зюгановым не был столь значительным. Б. Ельцин набрал относительное большинство голосов в 46 субъектах Российской Федерации из 89, а Г. Зюганову удалось стать первым в 43. Результаты за Б. Ельцина колебались от 19,3% в Республике Северная Осетия до 65,1% в Чеченской Республике. Наибольшую поддержку (более 50 % голосов избирателей) он получил в Республике Калмыкия, Республике Саха (Якутия), Республике Тыва, Пермской, Свердловской областях, городе Москве, Ханты-Мансийском, Ямало-Ненецком и Коми-Пермяцком автономных округах, наименьшую (менее 30 % голосов) - в Республике Адыгея, Республике Алтай, Карачаево-Черкесской Республике, Республике Северная Осетия, Республике Марий Эл, Республике Мордовия и Чувашской Республике, а также в областях и краях «красного пояса» юга Центральной России и Сибири. Больше всего голосов Г. Зюганов получил в южных регионах страны, наименьшую поддержку – на Севере и Дальнем Востоке.

Против всех кандидатов наиболее активно проголосовали избиратели Дальнего Востока, Восточной Сибири и северных регионов Европейской части России.

Так как никому из включенных в избирательный бюллетень кандидатов не удалось набрать необходимого для победы на выборах числа голосов избирателей, то, в соответствии со ст. 56 Федерального закона «О выборах Президента Российской Федерации», необходим был второй тур выборов, голосование по двум кандидатам, получившим наибольшее число голосов избирателей.

Второе. Неожиданностью стал неоспоримый факт выдвижения третьим в президентской гонке генерала А. Лебедя (11 млн или 14,5% голосов) в одночасье ставшего крупной политической фигурой. Не имея политического опыта и багажа, за короткий срок он превратился в равноправного участника диалога с Президентом. Трудно было определить, каких же конкретных взглядов придерживается нацеленный на президентство кандидат. Ведь он успел побывать в составе провалившегося на думских выборах КРО (4,31%), в прокоммунистической депутатской группе «Народовластие», вел неудачные переговоры о предвыборном взаимодействии с КПРФ, начал собственную кампанию под лозунгом «Правда и Порядок». В итоге генерал негласно интегрировал в президентские структуры. О нем писали газеты и журналы, его окружал ореол генерала-миротворца, суровый вид и бескомпромиссный тон, доступность форм общения с избирателями, а также активная антикоммунистическая риторика. Все это и многое другое стало факторами успеха А. Лебедя. Как отмечают аналитики, уже с середины своей избирательной кампании генерал «играл» в команде Б. Ельцина. На следующий день после оглашения сведений о результатах выборов последний был назначен на пост Секретаря Совета Безопасности РФ «с особыми полномочиями».

Третье. Результаты выборов первого тура показали некоторую стабилизацию электората на выборах у Г. Явлинского (7,34%) и падение авторитета ЛДПР (5,7%), которая не смогла в тот период оказать серьезное воздействие на расстановку политических сил как в обществе, так и в высших эшелонах власти.

Четвертое. Особо стоит отметить поражение и низкий результат М. Горбачева. Причины такого положения дел многоплановые. Во-первых, М. Горбачев в глазах населения являлся разрушителем СССР. Образ «предателя», «лучшего немца», «проигравшего» и т.д. закрепился за бывшим Президентом СССР, переломить ситуацию в свою пользу ему до сих пор не удалось. К тому же он не пользовался поддержкой СМИ. Во-вторых, М. Горбачев ничего нового не мог предложить избирателям. В своих выступлениях зачастую пользовался «перестроечной» риторикой, в его рассуждения о социалистических или социал-демократических ценностях никто не верил, зато большинство избирателей знало, что в кризисе, поразившем страну, виноват и М. Горбачев. В-третьих, М. Горбачева избиратели рассматривали как политика «любимчика» Запада. В их сознании он был космополитом и уже, с точки зрения такого стереотипа, не вписывался в сложившийся у россиян образ президента страны. В-четвертых, он располагал ограниченными финансовыми возможностями и не пользовался, как отмечалось, поддержкой СМИ, которые в перестроечные годы получили свободу. Но, несмотря на провал на президентских выборах, часть российской интеллигенции оценивала деятельность М. Горбачева положительно. В-пятых, итоги первого тура голосования свидетельствовали о наличии межрегионального и социального раскола общества. Одновременно они свидетельствовали, что электоральная база Б. Ельцина расширялась и усиливалась за счет большинства течений и организаций либеральной, консервативной, социал-демократической и даже радикально-политической направленности.

В ходе второго тура голосования Б. Ельцин получил 40 млн или 53,8% голосов избирателей, принявших участие в голосовании. За председателя КПРФ Г.Зюганова проголосовали 30 млн или 40,3%. Против обоих кандидатов проголосовали более 3 млн, т.е. при повторном голосовании 3 июля 1996 г. доля голосов, поданных против всех кандидатов, выросла более чем в три раза. При голосовании 3 июля Б. Ельцину удалось увеличить свое преимущество над Г. Зюгановым во всех регионах. При этом максимальный прирост голосов Б. Ельцин получил в Ингушской Республике (33,5%), Мурманской (29,5%), Ярославской (27,6%) и Камчатской (27,5%) областях. Наибольшую поддержку ему оказали Ингушская Республика (79,8%), Ямало-Ненецкий автономный округ (79,3%), город Москва (77,3%) и Свердловская область (76,9%). Г. Зюганов получил максимальную поддержку в Орловской (63,3%), Тамбовской (62,8%) областях, Чувашской Республике (62,6%) и Республике Адыгея (60,5%). В семи субъектах федерации было отмечено относительное снижение его поддержки – в Республике Дагестан - 18,4%, Республике Северная Осетия - 9,5%, Карачаево-Черкесской Республике - 9,3%, Ингушской Республике - 9,0%, а также в Республике Татарстан, Кабардино-Балкарской Республике и Республике Мордовия. Таким образом, из вышеизложенного можно сделать три основных вывода. Первый состоит в том, что в результате повторного голосования Б. Ельцин был избран Президентом РФ. Однако его перевес над Г. Зюгановым не был бы столь очевидным, если бы не союз с А.Лебедем и его 14,5% голосов. В тактических целях Б.Ельцину удалось использовать популярного политика страны. 19 июня А. Лебедь призвал своих сторонников голосовать за Б. Ельцина. Другой вывод заключается в том, что большинство граждан России, как и в июне-августе 1991 г. и в декабре 1993 г., отвергло социалистическую ориентацию, модель развития экономики и общества, предложенную КПРФ. Оно, таким образом, в июле 1996 г. в третий раз выступило за либерально-демократическую ориентацию, ельцинский политический режим образца осени 1993 г., сохранившийся, как отмечалось, силой оружия. По мнению некоторых историков и политологов, голосование за Б. Ельцина и его режим было меньшим злом по сравнению с коммунистической альтернативой. Наконец, еще один вывод состоит в том, что в ходе избирательной кампании на антикоммунистической основе произошла консолидация значительной части политической элиты, крупного капитала и многих средств массовой информации, монополизированных президентской командой. В этом смысле можно констатировать, что исход выборов на время упрочил основы ельцинского режима, что проливает определенный свет на характер последнего.

Победу Б. Ельцина можно объяснить и другими причинами, среди которых особенно важно выделить такие, как использование ресурсов правящей власти, просчеты КПРФ, неравенство в доступе к средствам массовой информации и другим рычагам воздействия на избирателей, привлечение, вопреки требованию Закона о выборах, на избирательную кампанию неучтенных денег, т.н. «черного нала», о чем свидетельствует нашумевшая история с «коробкой из-под ксерокса», случившаяся 20 июня, когда служба безопасности Президента поймала двух функционеров президентского штаба – заместителя генерального директора ОРТ А. Евстафьева и генерального директора компании ОРТ-реклама С. Лисовского, которые пытались вынести большую сумму долларов из здания Белого Дома. В борьбе за президентский пост Б. Ельцина поддержали несколько олигархов, в том числе Б. Березовский и В. Гусинский, директор-распорядитель МВФ М. Комдесю, который дал понять, что если Б. Ельцин проиграет выборы, то с условиями предоставления займа России могут возникнуть трудности. Ведущие политики Запада также сделали несколько важных заявлений в пользу Б. Ельцина. Кроме того, в стране устраивались многочисленные концерты, на которых известные артисты и музыканты призывали голосовать за Б. Ельцина. Кампания с привлечением деятелей эстрады и шоу-бизнеса шла под лозунгом «Голосуй или проиграешь». Все эти и другие факторы наряду со страхом перед реваншем коммунистов, «показательными» кадровыми изменениями в верхних эшелонах власти, как, например, отправка в отставку министра обороны П. Грачева, генералов А. Коржакова и М. Барсукова, а также О. Сосковца во многом также объясняли, почему Б. Ельцин, имевший накануне президентских выборов рейтинг популярности всего в 5%, в итоге победил Г. Зюганова.



Начало нового президентского правления Б. Ельцина

Политическую жизнь России в 1996-1999 гг. во многом определяли проблемы государственно-политического устройства, чеченский кризис 1990-х гг., изнурительная, ожесточенная по своим методам новая парламентская кампания и установление «новой конфигурации» в стране и в Госдуме, а также новые резкие повороты в политической жизни страны. На этом этапе общественно-политической жизни страны с новой силой обнаружились противоречия между политикой реформирования и социальными последствиями такого курса. Все более очевидной становилась политическая сущность Б. Ельцина как реформатора и руководителя гигантской страны, осуществлявшей трудные шаги по становлению нового общества.

9 августа 1996 г. состоялась торжественная церемония вступления в должность Президента РФ Б. Ельцина. Уже на следующий день, 10 августа, Государственная Дума, как отмечалось, по результатам тайного голосования дала согласие Президенту РФ на назначение на пост Председателя правительства В. Черномырдина. Должность первого вице-премьера, как, очевидно, в благодарность за поддержку на выборах Б. Ельцина, получил один из крупнейших банкиров страны В. Потанин, еще несколько представителей нового бизнеса вошли в администрацию Президента, главой которой был назначен А. Чубайс, «главный приватизатор России», «отец ваучеризации», а теперь еще и «главный организатор победы Б. Ельцина на выборах». Заместителем секретаря Совета безопасности А. Лебедя, этого нового «политбюро», поставленного фактически выше правительства, был назначен еще один представитель крупного капитала Б. Березовский. Победа Б. Ельцина предоставила ему новый шанс на осуществление реформ, в том числе экономической. Последнюю он обещал завершить к 2000 г. Президент считал, что к этому времени будет обеспечен ежегодный темп роста производства в 3-4%, а также реальное повышение доходов занятых в производстве и работающих в социальной сфере.
«К 2000 г., - обещал он, - будут созданы все предпосылки для преодоления сырьевой ориентации хозяйства страны, для становления постиндустриальной экономики России XXI века на основе высоких технологий и наукоемких производств» . Все эти обещания остались на бумаге, к тому же осенью 1996 г. - зимой 1997 г. Б.Ельцин из-за продолжительной болезни вынужден был отойти от управления страной. С учетом особенностей складывавшейся политической системы России и политического режима, отход от управления с его стороны, а затем снижение политической активности вызвали ряд факторов, оказавших влияние на государственно-политическое развитие общества. Так, снизилась поддержка Президента со стороны россиян, рейтинг популярности которого еще недавно, во втором туре президентской гонки составлял более 50%. Не состоялось и возвращение в конце февраля 1997 г. Б. Ельцина к полноценной работе, поскольку состояние здоровья не позволило ему выполнять во всем объеме работу, возложенную на него Конституцией РФ. Были не выполнены данные россиянам обещания, содержащиеся в предвыборной программе. В самом режиме усилились черты авторитаризма. Авторитаризм - система власти, характерная для антидемократических политических режимов. Обычно сочетается с личной диктатурой. К историческим формам авторитаризма относятся азиатские деспотии, тиранические и абсолютистские формы правления древности, средневековья и нового времени, военно-полицейские и фашистские режимы, различные варианты тоталитаризма. Все очевиднее становилось стремление Б. Ельцина любыми средствами удержаться у власти. «Перетряхивался» кабинет министров, как и прежде осуществлялись показательные отставки.

После президентских выборов политическая ситуация в стране перестала быть столь острой и непредсказуемой, какой она была в период парламентских выборов 1995 г. и накануне и в ходе президентских выборов 1996 г., когда общественно-политическая жизнь в России все в большей степени определялась борьбой ведущих партий и блоков за голоса избирателей. Такому положению дел в стране способствовало и окончание войны в Чечне. В августе 1996 г. в Хасавюрте, как отмечалось, было подписано Соглашение с Чеченской Республикой. Согласно пункту 1 Соглашения, прекращался огонь и боевые действия с 12.00 часов 23 августа 1996 г., и стороны приступали к немедленной передаче без всяких предварительных условий по принципу «всех на всех» пленных, заложников и тел погибших. Прекращение огня и боевых действий означало полный запрет на использование любых типов вооружения в боевых целях, включая ракетные, артиллерийские и прочие обстрелы, бомбардировки с воздуха:

- любые войсковые операции, атаки и все виды спецопераций;

- захват, блокирование населенных пунктов, военных объектов и дорог;

- террористические и диверсионные акты;

- нападения на транспортные средства, колонны, военные и гражданские конвои;

- минирование коммуникаций;

- похищение, захват заложников, убийство военнослужащих и гражданских лиц.

Таким образом, эти положение Хасавюртовских соглашений, как видим, предусматривали прекращение огня и боевых действий, но не определили окончательный статус Чечни. Он должен быть решен через пять лет.

В мае 1997 г. в Москве Б. Ельцин и А. Масхадов подписали Договор о мире и принципах взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой Ичкерия. Договор мог стать основой для заключения дальнейших договоренностей и соглашений по всему комплексу взаимоотношений. Однако фактически с этого времени Чеченская Республика становилась независимой от федерального Центра. Последний не придавал необходимого значения развитию событий в этом регионе и по существу пустил его на самотек. Такой подход к чеченской проблеме со стороны Центра, наряду с другими причинами, приведет к новой чеченской войне. 1 октября 1999 г. правительство объявит о вводе войск в Чечню с целью «создания зоны безопасности», и начнется вторая чеченская война.

Но вернемся к Хасавюртовским договоренностям. Несмотря на эту заметную акцию, осуществленную секретарем Совета безопасности А. Лебедем, в ближайшем окружении Б. Ельцина давно решили его убрать. Ошибочно посчитав, что Б. Ельцину в связи с его ухудшавшимся состоянием здоровья осталось недолго руководить страной, А. Лебедь, не имевший поддержки ни в аппарате «чубайсовской» администрации Президента, ни в СМИ, но уже почувствовавший вкус к политической жизни, допустил ряд тактических просчетов. Свидетельство тому – ставка на резкую активизацию своей политической деятельности с последующим продвижением во власть, отсутствие контактов с В. Черномырдиным, А. Чубайсом, СМИ, в том числе неудачное интервью 7 сентября 1996 г. немецкому журналу «Штерн», в котором он в пренебрежительном тоне критиковал Москву за «большинство решений» по чеченской войне и подчеркивал правоту своей прежней позиции, до перехода на сторону
Б. Ельцина, относительно целесообразности его ухода, поскольку «старый больной партийный функционер» уже якобы выполнил свою историческую задачу. В смещении А. Лебедя, воспринимавшемся многими как символ укрепления правопорядка и усиления борьбы с преступностью, сыграл свою роль и механизм интриг вокруг секретаря Совета безопасности.
16 октября 1996 г. министр внутренних дел Куликов сделал заявление о намерении последнего захватить власть. 17 октября того же года Президент РФ подписал Указ о смещении А. Лебедя с поста секретаря Совета безопасности. 21 октября на эту должность назначается И. Рыбкин, сделавший заявление о продолжении курса А. Лебедя на мирное урегулирование в Чечне. В этот период в связи с ухудшившимся состоянием здоровья Президента работой государственного механизма во многом руководил А. Чубайс, поскольку Б. Ельцин свои полномочия Президента никому не собирался передоверять. 5 ноября Б. Ельцину сделали операцию аорто-коронарного шунтирования, а уже 7 ноября Президент заявил, что он вернулся к работе и ситуация в стране была под контролем. Однако затем последовала вновь длительная пауза в работе Б. Ельцина, вызванная продолжительной болезнью. Именно в период таких «пауз» А. Чубайс, несомненно обладавший большой работоспособностью, как руководитель Администрации Президента выступал, как отмечалось в СМИ, в качестве регента при больном главе государства. Глава Администрации обвинялся оппозицией в узурпации власти, в фактическом руководстве страной и т.д. С возвращением к работе Б. Ельцин вновь взял государственное управление в свои руки, используя при этом свой любимый инструмент управления – кадры. В марте 1997 г. по его инициативе были осуществлены перемены в составе правительства. Первыми заместителями
В. Черномырдина он назначил молодых реформаторов А. Чубайса и губернатора Нижегородской области Б. Немцова. Летом того же года в СМИ началась «война компроматов». Все это в известной мере способствовало дестабилизации обстановки и снижению доверия к власти, что привело к ряду громких отставок и разбирательств.

Между тем завершились региональные выборы руководителей более 50 субъектов федерации. Их главным политическим итогом стало поражение партии власти: почти половине действовавших губернаторов избиратели отказали в своем доверии. После победы в президентской гонке 1996 г. для правящей власти это был первый чувствительный удар. За ним последовали другие. На фоне частых болезней Президента, вялости его действий после выздоровления стало расти обоснованное разочарование среди тех, кто еще недавно доверял ему и голосовал за его переизбрание.

В этих условиях Б. Ельцин осуществил новый резкий поворот в политической жизни.
23 марта 1998 г., как отмечалось, Президент подписал Указ об отставке правительства РФ во главе с В. Черномырдиным, замену которому искали с начала года. Политическая жизнь в большей мере стала развиваться вокруг формирования нового кабинета министров, а ситуация ухудшалась на глазах. Почти месяц страна жила без правительства. Между тем, с подачи молодых реформаторов – группы А. Чубайса и Б. Немцова – на должность премьер-министра был выдвинут мало кому известный С. Кириенко. Испугавшись, что Б. Ельцин может распустить Госдуму, депутаты, как отмечалось, с третьего захода, 24 апреля 1998 г., утвердили кандидатуру последнего.

В сфере экономики основное внимание было сосредоточено на выработке антикризисной программы, названной Президентом РФ стабилизационной. Однако предпринимаемые меры не принесли желаемого результата. Так что вдохнуть новую жизнь в курс реформ в этом смысле Б. Ельцину не удалось. Жизнь взаймы, с помощью кредитов привела, как известно, к дефолту, финансовому кризису и поставила политический режим в сложное положение. В этих условиях наблюдалось дальнейшее ослабление государственного всевластия, стала нарастать изоляция
Б. Ельцина при одновременном увеличении его зависимости от ближайшего окружения. Некоторые олигархи, такие, например, как В. Гусинский, А. Смоленский, В. Виноградов и другие в июне 1996 г. активно выступили с критикой Президента и говорили о Б. Ельцине как об «отыгранной карте». Все чаще раздавались голоса, что Президент уже не может править, но продолжает властвовать. В печати высказывались идеи о необходимости обновления режима. Все это подталкивало различные клановые группировки при всех их верноподданических чувствах к Б. Ельцину к продвижению во власть, к скрытой борьбе за участие, удержание и даже установление «своей» власти. Бывший пресс-секретарь Б. Ельцина П. Вощанов, характеризуя положение во властных структурах, где противоборствующие группы вели борьбу за власть, отмечали такую характерную черту, как «бюрократическое ожидание», возникшее в преддверии предстоящего «дележа власти». При этом главный конфликт развертывался в окружении Президента по схеме «власть против власти».

Всю полноту государственной власти в РФ по-прежнему осуществлял Президент РФ совместно с органами законодательной (Федеральное собрание РФ), исполнительной (Правительство РФ) и судебной (Конституционный суд РФ, Верховный Суд РФ, Высший арбитражный суд РФ) ветвей власти. Но сбалансированной системы государственной власти в России не было. В системе государственной власти выделим, прежде всего, укрепление принципа выборности власти. За 1995-1997 гг. были избраны депутаты 72 законодательных органов власти, 80 глав исполнительной власти субъектов федерации, сформировано около 13 тыс. представи-тельных органов местного самоуправления и избраны населением свыше 9 тыс. глав местной исполнительной власти. Однако в целом власть не работала как целостный соподчиненный единый организм. К тому же усилилась деструктивная оппозиция некоторых фракций в представительных органах власти, прежде всего, в Госдуме в результате выборов 1995 г. Тем не менее, нужно отметить, что Дума приняла ряд важных законов, направленных на закрепление демократических преобразований. Даже самые ожесточенные противники нового строя вынуждены были признать успехи в развитии представительной демократии в России, несмотря на известные ее слабости .

Что же касается верхней палаты российского парламента – Совета Федерации, формируемого из представителей субъектов федерации по одному от представительного и исполнительного органов их государственной власти, то ее роль к концу 1997 г. возросла. Значительно усилился статус членов Совета Федерации. С декабря 1995 г. в него вошли председатели представительных органов и главы администраций субъектов федерации. Однако позиция Совета Федерации, возглавляемой орловским губернатором Е. Строевым, порой игнорировалась президентской структурой власти, что объективно вело к усилению регионализма и противопоставлению субъектов федерации федеральному центру. Вместе с тем были приняты некоторые меры по улучшению взаимодействия ветвей власти и законотворческой активности. Принятый Бюджетный кодекс Российской Федерации  определял процесс взаимодействия Правительства РФ и Госдумы. В частности, в нем указывается (п.1. ст. 184), что составление проекта федерального бюджета должно быть осуществлено не позднее, чем за 10 месяцев до начала очередного финансового года. На эффективность деятельности государственной власти влияет законотворческая активность соответствующих институтов власти. Всего в 1996 г. в Госдуму было внесено 750 законопроектов. Однако Правительство внесло в Госдуму в 1996 г. только 188 законопроектов, причем 53 из них касались международных договоров и соглашений. Поэтому в своем Послании Федеральному собранию «Порядок во власти – порядок в стране» (1997 г.) Президент РФ обязал Правительство коренным образом улучшить свою законопроектную работу, а министерствам и ведомствам – сконцентрировать главное внимание на разработке крупных законопроектов по своей тематике.

Однако ситуация мало изменилась за 4 года, прошедших после данного указания Президента, число проектов, реально подготовленных Правительством, составляет менее 20% от общего числа. Но, как показывает опыт западных демократий, исполнительная власть, начиная с ХХ в., все больше овладевает позициями в законотворчестве. Она расширяет свои возможности в законотворческой сфере через широкое использование права законодательной инициативы, путем участия в парламентском законодательном процессе, через институт делегирования полномочий. В результате объем правительственных законов увеличился. Правящая власть приняла ряд документов, определявших реформирование федеральных отношений. 23 марта 1996 г. были приняты основные направления региональной политики в РФ по укреплению российской государственности. 1 мая 1996 г. Правительство РФ в целях всестороннего учета интересов народов России в государственной национальной политике одобрило «Концепцию государственной национальной политики Российской Федерации». 15 июня Президент РФ утвердил данную концепцию.

Концепция была нацелена на повышение самостоятельности субъектов РФ. В ней нашли закрепление следующие базовые принципы национальной политики: равенство прав и свобод человека независимо от его национальности, языка, отношения к религии, принадлежности к социальным группам и общественным объединениям; равноправие народов; сохранение исторически сложившегося государственного единства Российской Федерации; равноправие субъектов Российской Федерации во взаимоотношениях между собой и с федеральными органами государственной власти; гарантия прав коренных малочисленных и дисперсно-проживающих народов; право каждого гражданина определять и указывать свою национальную принадлежность без всякого принуждения извне; содействие развитию национальных культур и языков народов Российской Федерации; запрещение любых форм ограничения прав граждан по признакам национальной, языковой, социальной и религиозной принадлежности; своевременное и мирное разрешение противоречий и конфликтов путем разработки и реализации согласительных процедур; запрещение общественных объединений и организаций, равно как и пропаганды и агитации, направленных на подрыв безопасности государства на национальную и религиозную рознь; защита прав и интересов граждан Российской Федерации за ее пределами в соответствии с нормами международного права; поддержка соотечественников, проживающих в зарубежных странах, в сохранении и развитии родного языка, культуры и национальных традиций, укреплении их связей с родиной. Концепция «Государственной национальной политики Российской Федерации» заложила основу управления национальными отношениями в современной России. Она реализуется в соответствующих федеральных и региональных нормативных актах и программах.

22 мая 1996 г. Государственная Дума приняла Федеральный Закон «О национально-культурной автономии». Закон определил принцип экстерриториального самоуправления, индивидуальные и коллективные права граждан, принадлежащих к национальным меньшинствам, право на их свободное культурное развитие, сохранение традиций, языка, религий, а также на представительство самоуправляющихся национальных общностей в органах государственной власти и органах местного самоуправления.

Одновременно с этими изменениями в сфере национальных отношений продолжал развиваться процесс «задабривания» сепаратистских настроений со стороны федерального Центра путем выделения дополнительных субсидий некоторым субъектам, увеличения дотаций из федерального бюджета, заключения двусторонних соглашений о разграничении предметов ведения между федеральными органами власти и органами власти некоторых субъектов федерации и т.д. В силу злободневности национальных отношений в каждом, без исключения, субъекте РФ все актуальнее становилась необходимость разрешения этих проблем на более справедливой основе. Ситуация была такова, что по разным объективным, но чаще субъективным причинам, субъекты федерации, целые регионы серьезно разнились правами и уровнем ответственности перед федеральным центром, что противоречило Конституции 1993 г., по которой все они равноправны между собой и в отношениях с федеральной властью. Однако в реальной жизни все было иначе.

Помимо Основного закона российский федерализм все больше стал базироваться на договорах о разграничении предметов ведения между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ. Эти договоры, как отмечалось, наделяли субъекты РФ большими полномочиями, зачастую перераспределялись предметы совместного ведения и ряд предметов ведения РФ. Особенно активно процесс заключения подобных договоров стал развиваться, как отмечалось, в 90-е годы. К началу 1998 г. было заключено уже 40 договоров и более 200 соглашений. Первыми договоры заключили с Центром Республика Татарстан (февраль 1994 г.), Кабардино-Балкарская Республика (июнь 1994 г.), Республика Башкортостан (август
1994 г.). С этого времени процесс подписания договоров с республиками развивался очень быстро, а с начала 1996 г. разграничение предметов ведения и полномочий перешло на новую ступень своего развития: центр стал подписывать двусторонние договоры и соглашения и с другими субъектами – областями и краями. Иными словами, договорный процесс о разграничении предметов ведения принял массовый характер, стал развиваться вширь. Практически заключения такого рода договоров нет в других зарубежных федеративных государствах. Здесь вопросы о разграничения предметов ведения между федерацией и субъектами, как правило, решаются конституционным путем. Таким образом, конституционные основы российского федерализма оказались нереализованными. Во взаимоотношениях федерального центра и субъектов РФ все отчетливее выявлялись следующие процессы.

Во-первых, в правовой, финансовой, налоговой и других сферах национальные образования получили и продолжали получать более широкие полномочия, чем российские регионы. Федеральная власть столкнулась с проблемой, связанной со стремлением регионов гарантировать себе больше прав. Это вело или к созданию региональных республик, как, например, Уральской, или к предоставлению тем или иным субъектам новых «преимуществ» и привилегий, что только усиливало первенство всех субъектов федерации.

Во-вторых, характерной чертой взаимоотношений центра и регионов была ориентация некоторых местных руководителей и движений на достижение или политической автономности от федеральных властей, что проявлялось, в частности, в стремлении ограничить воздействие общефедеральных законов, или экономической самостоятельности. Последнее было характерно для тех субъектов федерации и регионов, которые обладали огромными природными ресурсами или промышленным, или сельскохозяйственном потенциалом. Регионы, в которых преобладали добывающие отрасли – нефть, газ, цветные металлы – стремились выйти самостоятельно на внешние рынки.

В-третьих, реальность складывалась таким образом, что возникли противоречия в разграничении предметов ведения федерального центра и субъектов федерации, а также в предметах совместного ведения. Свидетельство тому, например, конфликты между шахтерами и энергетиками Приморского края и его администрацией в 1996 г., когда долго решался вопрос, кто должен был заниматься здесь экономически нерешенными проблемами.

В-четвертых, не сложилось полного местного самоуправления, а делегированные ему властные полномочия во многих аспектах оказались невыполненными и не могли сыграть свою положительную роль в становлении регионов как полноправных субъектов федерации.

В-пятых, в тогдашнем региональном развитии проявились черты общего экономического кризиса России, а также усиливавшаяся дезинтеграция экономического пространства и различные стартовые условия субъектов федерации при их вхождении в рынок. К этому следовало бы добавить политическую нестабильность, характер политического режима и межэтническую напряженность в некоторых регионах.

Таким образом, в указанный период многие конституционные основы российского федерализма оказались нереализованными. Причины тому – наличие социально-экономической и правовой асимметрии в федеративных отношениях, противоречия в самой конституционной модели российского федерализма, в частности, противоречивые принципы структурирования федерации, нерешенность проблемы размежевания предметов власти и собственности между центральными и региональными властями и др.

В целом, если подвести итоги изложенному, можно сформулировать некоторые выводы.

1. Сформированные и действовавшие в соответствии с новой Конституцией центральные органы власти России стали важнейшим звеном новой политической системы, несмотря на известные недостатки, в целом доказали свою дееспособность. Однако демократический процесс в их деятельности продолжал находиться в стадии становления. Он был не лишен определенных слабостей и даже серьезных просчетов. Природа этих недостатков обусловлена как субъективными, так и объективными причинами, в частности, переходным состоянием общества, недостаточно высокой эффективностью каждого из институтов власти, отсутствием в целом рациональной организации политической системы.

2. В рассматриваемый период продолжался процесс произвольной «передачи» в некоторые регионы все больших объемов прав и полномочий, что усиливало различие политических экономических статусов и обязанностей субъектов РФ, способствовало нарастанию недовольства у части региональных элит. Неоправданная гонка заключения двусторонних соглашений субъектов федерации с Центром продолжалась пять лет, с февраля 1994 г., т.е. через два месяца после принятия Конституции РФ и подписания договора с Татарстаном, до 1999 г. С 1996 г. федеральный Центр, как отмечалось, стал подписывать двусторонние договоры и соглашения уже с областями и краями, что свидетельствовало о том, что договорный процесс о разграничении предметов ведения и полномочий принял массовый характер. При этом особый статус получили, в первую очередь, те регионы, которые имели наиболее тесные связи с высшим политическим руководством страны, как, например, Свердловская и Оренбургская области, Краснодарский край и др. По образному выражению бывшего заместителя председателя комитета по делам федераций и региональной политике Государственной Думы В. Лысенко, сорок пять субъектов Российской Федерации уже «бежали» дистанцию, а остальные стояли в очереди у старта. Тот, кто «бежал» среди первых, прихватил с собой «большой мешок льгот», следующие – уже поменьше. Такой процесс получения привилегий «разложил» федерацию изнутри, поскольку показал, что провозглашенные в Конституции ценности в реальной жизни имеют двойной стандарт: для бедных и слабых субъектов федерации, с одной стороны, и для богатых и национально ориентированных – с другой.

3. В годы ельцинского правления продолжалось конструирование договорной «асимметричной», а не конституционной федерации. Это во многом было сопряжено с вышеотмеченными процессами произвольного наделения регионов чрезмерными правами и привилегиями, извращавшими суть федеративных отношений. Наиболее отчетливо асимметричность федерации выражалась: во-первых, в существенных различиях прав и обязанностей национально-государственных образований, с одной стороны, и административно-территориальных, - с другой. Такое положение дел инициировало недовольство «обделенных» субъектов федерации; во-вторых, в экономическом неравноправии неоднородных субъектов, что также свидетельствовало о незавершенности процесса становления российского федерализма;
в-третьих, в различных видах существования самих субъектов федерации (республика, край, область, автономный округ, автономная область).

4. К последнему году правления Б. Ельцина государственная власть «пришла» в известной степени «рыхлой» и неэффективной, поскольку ее поразил правовой нигилизм, развративший все структуры и уровни власти, и ей не удалось создать единую систему власти (в Центре и субъектах Федерации), отработанную систему взаимной ответственности и взаимного контроля всех ветвей власти и уровней государственного управления. Правовой нигилизм центральной власти последовательно развращал действия региональной власти. Фактически была разрушено единое правовое пространство и единая политическая воля. Ведь прокуратура выявила несколько тысяч несоответствий Основному Закону в конституциях и уставах субъектов федерации, многие из которых извращали суть федеративных отношений. В результате складывалась ситуация, при которой отдельные российские территории по сути дела находились вне пределов федеральной юрисдикции. На просьбы Центра привести свои правовые документы в соответствие с федеральным законодательством откликнулась лишь незначительная часть субъектов.

5. Установленный новый порядок формирования Совета Федерации увеличивал возможность региональных элит воздействовать на процесс федерального нормотворчества. Все сенаторы в Совете Федерации с конца 1998 г. стали выборными. В структуре федеративных отношений они поднялись на новый уровень деятельности.

Таким образом, российский федерализм нуждался в дальнейшем развитии, достижении оптимизации взаимоотношений власти, в выравнивании статусов субъектов федерации, прав и свобод человека, преодолении правового нигилизма, приведении правовых документов субъектов федерации в соответствие с федеральным законодательством. Незавершенность нового типа российского федерализма, асимметрия прав неоднородных субъектов, существование одной из сложно осуществимых проблем самостоятельности субъектов РФ, нарастание противоречий между федеральным центром и регионами свидетельствовали о том, что необходима была новая государственная политика, призванная обеспечить единство государственной власти и последовательное развитие федерализма, объективный учет интересов, справедливое удовлетворение потребностей субъектов и регионов.



Становление российской многопартийности: тенденции развития

Политическую жизнь России в 1995-1998 гг. во многом определяла деятельность политических партий и политических движений, конфигурацию которых в политическом пространстве России определяли парламентские выборы 1995 г. и выборы Президента 1996 г. Парламентские и президентские выборы стали важными этапами на пути демократического государственно-политического развития России, дальнейшего становления российской многопартийности, основанного в тот период на лидерстве четырех политических партий. Этот процесс имел свои специфические особенности, обусловленные как историческими факторами, так и конкретной социально-политической обстановкой и характером политического режима.



Состояние многопартийности и особенности ее становления

Состояние многопартийности в Российской Федерации характеризовалось в рассматриваемый период возросшей ролью и весом политических партий, укреплением «старых» и возникновением новых политических партий и течений, количественным увеличением числа политических партий, политических движений и политических организаций при неопределенности и размытости социальной базы каждой из них. Все это накладывало отпечаток на процесс дальнейшего формирования партийной системы в России. Вот некоторые особенности развития партийной системы, объективной основой которых явилось своеобразие социально-экономического и политического развития России в 1995-1998 гг. Выборы в Государственную Думу и президентские выборы 1996 г. стали еще одним этапом развития российской многопартийной системы. Этот этап происходил в тяжелых условиях жизнедеятельности российского общества, невнятности идеологических позиций ряда политических деятелей самой разной политической ориентации, развития рынка, предвыборных и иных политических технологий, затруднявших избирателей сделать правильный выбор; в условиях возрастания фактора влияния власти, ее федеральных институтов на электоральное поведение россиян. В числе лидировавших оказались те партии и объединения, которые в противостоянии двух властей в свое время поддержали «президентскую линию», приобрели некоторый опыт парламентской деятельности и легко смогли переключиться на работу в новом конституционном режиме. В России начался новый виток политической борьбы. Возросло общее число политических партий, участвовавших в выборах. Если в избирательной кампании 1995 г. участвовало 43 избирательных объединения и блока, то на выборах в Госдуму 1999 г. – 139. Вместе с тем наблюдался своего рода этап «феодальной раздробленности» и «феодального размежевания» политического спектра партий и движений, характерных, впрочем, и для некоторых других посткоммунистических обществ восточноевропейских стран.

Как показывает исторический опыт стран Запада, где наибольшую устойчивость демонстрируют, как правило, 2-3 ведущих партии или партийные коалиции, процесс «укрепления» многопартийности занимал несколько выборных циклов. Очевидно и в России, где возникновение политических партий, общественных движений и организаций в 1992-1998 гг. имело широкий идеологический спектр, этот процесс мог занять, очевидно, не менее
3-4 выборных циклов. Следовательно, Россия в те годы находилась в стадии формирования многопартийности. Ее становление носило противоречивый, а главное – незавершенный характер.

Существует точка зрения, что для складывания наиболее молодого института российской государственности – многопартийности – пока нет соответствующих условий. Действительно, в стране еще не существовал спектр дееспособных политических партий, не сложилась новая социальная структура, не оформились разнонаправленные политические интересы различных групп населения, электорат с неоформленными интересами проявил колебания, как показали парламентские выборы 1993 и 1995 гг., шараханья от одной партии к другой, в самом парламенте процесс складывания коалиции правящих партий и подлинной оппозиции испытывал ряд трудностей. Все это не означает, что многопартийность в России была обречена. Все дело, видимо, в том, что в таких условиях ее становление неизбежно носило противоречивый характер. Каждые выборы обеспечивали принципиально новое положение политических партий и объединений в формировавшейся политической системе.

Еще одной особенностью становления многопартийности в России является типологическое разнообразие общественно-политических движений, испытавших на себе такие потрясения в обществе, как «перестройка» или как распад СССР, радикальные реформы, жесткая конфронтация между двумя ветвями власти, смена политической и экономической парадигмы в обществе. Каждое из этих событий оказало сильное влияние на партийное строительство и становление многопартийности.

По мере формирования политической системы в России предпринимались попытки объединения однотипных политических партий и движений в коалицию. Так, в результате выборов 1993 г. в Государственную Думу были избраны представители восьми политических партий и блоков. На парламентских выборах 1995 г. доминировали четыре, а с 1999 г. обозначилось доминирование двух политических партий - КПРФ и «Единство» - при наличии еще пяти-семи политических партий и движений, имевших определенные каналы влияния на избирателей. Все это позволяет сделать вывод о том, что на политической арене со временем останутся несколько основных партий, способных артикулировать и агрегировать требования различных социальных сил, сглаживать и регулировать их противоречивые интересы.

Становление российской многопартийности несло отпечаток явного долговременного существования «вождизма» в политических партиях, сложившихся на рубеже XIX-XX вв., что подрывало основы для цивилизационной коалиционной деятельности, и хотя созданные в России партии были протопартиями, т.е. объединениями, обладавшими лишь некоторыми признаками политических партий, вряд ли «ЯБЛоко» можно было представить без Г. Явлинского, ЛДПР – без В. Жириновского, ДВР – без Е. Гайдара. При этом каждый из лидеров уповает на свою харизму. Харизма - исключительная одаренность; харизматический лидер - человек, наделенный в глазах его последователей авторитетом; харизма основана на исключительных качествах его личности - мудрости, героизме, "святости". Новые партии, созданные в 1994-1998 гг., по большей части представляли собой верхушечные образования вождистского плана. Форсированное создание новых, пусть даже демократических, партий со своими «вождями» вело не к насущному объединению, а лишь к дальнейшему дроблению электората.

Еще одна сторона проблемы заключалась в так называемой традиционной конфронтационности большинства политических партий. Последнее, как известно, было особенностью партийной системы России, сложившейся в ходе революции 1905-1907 гг. Известно, что вплоть до Октября 1917 г. открытая конфронтационность, внутренние распри, идейные и тактические расхождения охватили не только вождей, рядовых партийцев, но и многие слои самодеятельных организаций: советы, фабрично-заводские комитеты, солдатские комитеты, профсоюзы, крестьянские комитеты, ассоциации, организации многочисленных партий и т.д. Эта черта политической культуры, усугубленная дроблением новых политических партий, имела отчетливое проявление и в 1994-1998 гг. Главное противоборство развивалось между либералами и коммунистами. Средства массовой информации в то время выделяли три коалиции, на основе которых предполагалось образование крупных партий. Это демократы-реформаторы, центристы и патриоты. Однако этого не случилось в силу идейных и тактических расхождений, а также по причине амбициозности лидеров политических партий. Особое значение приобретал вопрос о коалиции партий и применении блоковой тактики. Но эта проблема полностью не была решена в рассматриваемый период, хотя неоднократные попытки создания межпартийных блоков имели временный успех. Открытая конкуренция между политическими партиями во многом была связана с политическими противоречиями и резкими изменениями социально-экономической и политической ситуации в стране, с выборами в Государственную Думу и президентскими выборами.

Именно в эти периоды политические партии довольно быстро меняли свое отношение к различным политическим лозунгам и установкам. Каждая из них стремилась определить свое место и роль в политической жизни, выработать собственное представление о путях выхода страны из кризиса, об отношении к рынку и проводимым социально-экономическим преобразованиям, об оптимальном государственном устройстве и системе власти, о социальных гарантиях в обществе и др.

В процессе зарождения многопартийности неоднозначно складывались взаимоотношения политических партий и с властными структурами.

Российские парламентские партии на практике имели ограниченное число рычагов воздействия на исполнительную власть, обладавшую и в экономике, и в политике большими полномочиями, несопоставимыми с парламентскими. Поэтому победа той или иной политической партии, в коалиции или самостоятельно, на парламентских выборах мало что давала. В отличие от западных стран с развитой демократией победившая на выборах партия не получала возможность сформировать правительство для проведения политики, за которую проголосовало большинство электората. В российской Конституции такого положения не предусмотрено, а политика правительства не являлась результатом осуществления партийной программы какой-либо партии. Партийные каналы практически не имели значения и во взаимодействии властных структур между собой. Все это в значительной мере девальвировало смысл поддержки той или иной партии или коалиции. Вот почему все крупнейшие политические лидеры, рассуждая о значимости парламентских выборов и победы на них своих партий, в уме держали предстоящие президентские выборы. Это лишний раз подчеркивает тяжелую «детскую болезнь» российской многопартийности, что придавало политическому процессу особую непредсказуемость. И не случайно, что в майском (2003 г.) послании Президента РФ Федеральному собранию и в его выступлении по вопросам государственного управления 13 сентября 2004 г. решение проблемы создания общенациональных партий поставлено в ранг наиважнейших государственных задач.

Становление многопартийности было связано не только с комплексом политических, экономических, идеологических, но и социальных причин. Партийная структура в России отличалась чрезмерной дробностью, подвижностью, неустойчивостью социального состава и социальной базы. Социальная база новых партий была размыта. Трансформация общества, осуществление радикальных реформ привели к уменьшению в стране удельного веса экономически активного населения, росту люмпенизированного, безработного и частично безработного населения, имущественному расслоению, росту числа беженцев. Люмпенизация - "люмпенами" называют все деклассированные слои населения (бродяги, нищие, уголовные элементы и др.). "Люмпенизация общества" означает увеличение доли этих слоев в населении, и распространение психологии люмпенов в условиях социального кризиса. В условиях отсутствия устойчивого среднего класса социальную базу многих политических организаций составляли инженерно-технические работники, служащие, пенсионеры, люмпенизированные рабочие, преподаватели вузов и школ, представители творческой интеллигенции. Такая социальная база подвижна, проявляет тенденцию к постоянному изменению.

Почти все действовавшие в России политические партии не являлись массовыми. Неспособность отдельных политических партий обрести серьезную общественную поддержку объяснялась рядом причин: во-первых, отсутствием собственной социальной базы ввиду объективной нестабильности социально-классовой структуры переходного от тоталитаризма к демократии общества; во-вторых, схожестью платформ многих партий; в-третьих, нараставшей деполитизацией российского общества как естественного проявления общественного разочарования в результатах радикальных реформ. За редким исключением в России не было общенациональных партий, соответствовавших таким критериям, как устойчивая социальная база, способность выступить в качестве эффективного связующего звена между разными ветвями власти и обеспечить реальный диалог и взаимодействие между обществом и властью, разработанная программа, освобожденная от популистских лозунгов и способная после прихода партии к власти выразить высокую степень дифференциации интересов различных слоев и групп населения и обеспечить их интеграцию.

Становление многопартийности в значительной степени зависело от институализации общества. Партийная система в России находилась в стадии становления, поэтому в ней происходили противоречивые, динамичные и незавершенные процессы. Исходя из итогов парламентских выборов, можно было предположить, что на политической арене в обозримом будущем останется несколько крупных политических партий, способных реально влиять на принятие политических решений и эффективно участвовать в осуществлении государственной власти.



Конфигурация основных политических сил в политическом пространстве России

После парламентских выборов 1995 г. и президентских выборов 1996 г. политические партии по-прежнему оставались важным субъектом политического процесса, но был заметен новый расклад сил на политической сцене. Началась перегруппировка политических сил, стали развиваться два взаимосвязанных процесса. С одной стороны, политическая система избавлялась от значительного количества невостребованных партий, не сумевших преодолеть пятипроцентный барьер на выборах в Госдуму, с другой - развивалось, пусть и с трудом, единение близких по взглядам политических образований, а накануне очередных выборов в Госдуму – избирательных объединений. Наряду с этими партии, победившие на выборах-95, стремились закрепить свой успех. При этом важную роль в политической жизни продолжали играть две системные силы – «партия власти» и оппозиция.



«Наш дом – Россия» (НДР)

После парламентских выборов 1995 г. НДР переживала кризис, в итоге которого она оказалась отодвинутой «на задворки» политической сцены. Отставка с поста премьер-министра
В. Черномырдина в марте 1998 г. и его неудачная попытка вернуться на этот пост больно ударили по партии административно-хозяйственной номенклатуры и чиновничества. Ее авторитет сильно пошатнулся, стали ослабевать организационные основы партии. Из-за внутренних разногласий партию покинули многие известные политики, в том числе заместитель председателя НДР, губернатор Самарской области К. Титов, открыто выступивший против В. Черномырдина и создавший собственную организацию «Голос России». На различных региональных выборах представители НДР терпели поражение за поражением. В. Черномырдин, вокруг которого собственно и формировалась эта «партия власти», стал срочно принимать меры по ее спасению и сплочению. Он заменил лидера фракции НДР в Госдуме А. Шохина молодым и энергичным политиком В. Рыжковым. 25 апреля 1995 г. В. Черномырдин заявил о намерении создать правоцентристский избирательный блок. В том же году его избрали председателем НДР. Расширился состав Совета движения за счет привлечения более 30 руководителей регионов. Была принята новая программа, в которой НДР фактически отказалась от идеологии радикального либерализма и провозгласила себя политической организацией консервативного направления. Однако принятые меры не привели к ожидаемому результату. Между тем приближались очередные выборы в Государственную Думу. Надо было определиться с предвыборной тактикой. НДР решила пойти на выборы самостоятельно. В августе 1999 г. состоялся VII съезд НДР, на котором и было принято это решение. Вместе с тем руководители партии начали переговоры с вероятными союзниками по выборам – «Союзом правых сил», «Голосом России», «Единством» и другими политическими объединениями. В результате разногласий и несогласия с выдвинутыми условиями было решено предвыборный блок официально не оформлять, но в избирательный список включить представителей некоторых объединений: президента движения «Вперед, Россия!» Б. Федорова, президента АККОР, объединения фермеров и независимых сельских производителей В. Башмачникова, председателя Общероссийского Союза общественных объединений «Меджлис» Л. Рафикова и др. Основными спонсорами избирательного объединения «Наш дом – Россия» выступали «Газпром», Национальный резервный банк, контрольный пакет акций которого принадлежал также этому монополистическому объединению. В 2000 г. НДР влился в «Единство».



«Отечество – вся Россия» (ОВР)

Общероссийская политическая общественная организация «Отечество» была учреждена, как отмечалось, во второй половине 1998 г. под руководством московского мэра Ю. Лужкова. Учредительный съезд организации состоялся 19 декабря того же года в Москве. К этому времени уже были созданы 88 региональных отделений и оформлены необходимые документы для официального участия в парламентских выборах-99. В работе съезда приняли участие 1125 делегатов, более 20 губернаторов и около 300 гостей. С программной речью на съезде выступил Ю. Лужков, недвусмысленно заявивший о притязаниях на президентское кресло. В ней содержалась констатация провального окончания «эксперимента по созданию общества всеобщей либерализации», экономических потерь последних десяти лет, сравнимых с ущербом, полученным страной в годы Великой Отечественной войны. Ю. Лужков подверг резкой критике государственную политику ельцинского режима, которая строилась по принципу: «что ты делал в августе 91-го?». По его утверждению, к власти пришли «книжники», «не знакомые с практикой» и знающие только «крайние рычаги управления». Ю. Лужков обещал «вытащить страну из топи, в которой она оказалась». Приоритетным направлением внутренней политики была названа поддержка отечественного товаропроизводителя, а также развитие малого и среднего бизнеса. В общественно-политической практике предполагалось также обеспечить индивидуальные права и свободы личности, развитие государственности и традиционализма.

В движение «Отечество» вошли около 40 политических и общественных организаций. На съезде был избран Политсовет и Центральный Совет как высший орган в период между съездами этой новой альтернативной «партии власти», организации, призванной оттеснить НДР на очередных выборах в Государственную Думу и президентских выборах.

В руководство «Отечество» вошли лидер движения «боевое братство» генерал Б. Громов, член-корреспондент РАН, бывший секретарь Совета безопасности России А. Кокошин, бывший первый секретарь ЦК ВЛКСМ В. Мишин, председатель Конгресса русских общин КРО Д. Рогозин, ректор МГУ В. Садовничий, заместитель председатель Госдумы А. Чилингаров, председатель совета АО «МКНТ» В. Евтушенков. Кроме того, в политическом Совете были представлены профсоюзы, в том числе лидер левоцентристского «Союза труда» А. Исаев и председатель федерации профсоюзов Татарии Ф. Гайнулина. Характерная примета политического ландшафта России 1998 г. и последующих лет заключалась в том, что «Отечество» как новая организация, альтернативная «партии власти», появилась на правом фланге политического спектра, где на базе разрозненных правоцентристских и правых политических организаций, в том числе таких известных, как «Демократический выбор России» во главе с Е. Гайдаром, «Вперед, Россия!» во главе с Б. Федоровым и др., уже действовал блок «Правое дело».

В том же 1998 г. Министерство юстиции зарегистрировало общественно-политическое объединение «Вся Россия», вошедшее на основе договоренности в августе 1999 г. в избирательный блок «Отечество – вся Россия» (ОВР).

Лидерами общественно-политического блока «Вся Россия» были президент Татарстана М. Шаймиев, президент Башкортостана М. Рахимов, президент Ингушетии Р. Аушев, губернатор Санкт-Петербурга В. Яковлев.

28 августа 1999 г. состоялась учредительная конференция избирательного блока «Отечество - Вся Россия», утвердившая согласованный список кандидатов в депутаты Государственной Думы от блока. В него вошли: Общероссийская политическая общественная организация «Отечество», Общероссийская политическая общественная организация «Регионы России», Общероссийская политическая общественная организация – политическая партия «Аграрная партия России», Общероссийская общественная организация - политическая партия «Союз христианских демократов», Общероссийское политическое общественное движение «За равноправие и справедливость». Финансирование блока в избирательной кампании осуществляли нефтяной концерн «Лукойл» и «олигархическая структура» при московской мэрии АФК «Система».



Межрегиональное движение «Единство» («Медведь»)

В конце сентября - начале октября 1999 г. при активном участии президентской администрации и мощном использовании административного ресурса создается избирательный блок пропрезидентского крыла «партии власти» под названием Межрегиональное движение «Единство» («Медведь»). Его возглавил министр по чрезвычайным ситуациям РФ, непосредственно подчиняющийся Президенту РФ, С. Шойгу. По мнению аналитиков, на последнего возлагалась задача по спасению режима «от потенциального противника коалиции «Отечество – Вся Россия», противодействие «прохождению в Думу кандидатов от ОВР и КПРФ, продвигая кандидатов от «Единства», объединение накануне думских выборов «лояльных Кремлю губернаторов и глав законодательных собраний» .

Таким образом, потенциальная партия власти «Единство» мыслилась как противовес блоку ОВР и должна была отобрать голоса избирателей у КПРФ и ОВР, нанести тем самым максимальное поражение лужковскому блоку. Последний воспринимался сторонниками «Единства» как основной потенциальный противник и конкурент, намеривавшийся вести борьбу за власть уже в ранге политической партии.

Характерным для нового объединения, претендовавшим на «партию власти», было следующее. Во-первых, следует отметить непреодоленность идеологических и политических основ самого объединения. Ведь только в октябре 2000 г. «Единство» провело второй съезд партии, на котором оно обсудило и приняло программу, предусматривавшую завоевание власти, превращение партии в правящую, и создание в Государственной Думе самой большой фракции. На выборы-99 партия шла под лозунгом борьбы против идеологизации и криминализации Государственной Думы, за стабильность государства, восстановление в стране жесткой вертикали управления и придание власти реальной эффективности. Во-вторых, характерным для нового объединения был отказ от сближения с НДР, хотя объективные возможности для такого объединения имелись. Руководство НДР выставило более десяти условий, на которых было бы возможно объединение с пропрезидентским крылом партии власти. Оно критиковало «Единство» за отсутствие идеологии, настаивало на включении НДР в название блока и др. Однако «Единство» не поддалось его нажиму.

В-третьих, следует отметить форсированный процесс оформления самого межрегионального блока «Единство» («Медведь»). Начало формированию блока было положено 20 сентября.
24 сентября уже образовали инициативную группу по созданию межрегионального движения «Единство» («Медведь»), а 3 октября на учредительном съезде блока сформировали федеральный список, зарегистрированный Центризбиркомом 15 октября.

Из-за дефицита времени для регистрации новое объединение вынуждено было быстро определиться с федеральным списком кандидатов, среди которых было не так много известных, в политическом отношении весомых, достаточно значимых фигур.

В-четвертых, для потенциальной «партии власти» важное значение имело сделанное незадолго до выборов заявление В. Путина, назначенного в августе 1999 г. и.о. главой правительства, о ее поддержке. К последней стали присоединяться лояльные Кремлю губернаторы и главы законодательных собраний, поверившие обещаниям власти о расширении полномочий субъектов федерации. Основная масса российской элиты стала группироваться вокруг первого премьера как преемника Б. Ельцина на президентском посту. Вместе с ней и в неразрывной связи с правительством В. Путина «Единство» («Медведь») представляло собой в то время серьезную политическую силу.

Однако вскоре выяснилось, что, поддерживая новое объединение, В. Путин, государственно-патриотическая политика которого стала привлекать и часть левых сил, не собирается вступать, а тем более возглавить его. Он предпочел остаться в качестве надпартийного лидера страны. Вскоре В. Путин дистанцируется от части олигархов, прежде всего, от самого влиятельного члена «семьи» Б. Березовского и некоторых других, стремившихся «присоединиться» к будущему правящему клану с тем, чтобы оказывать влияние на государственный механизм и принятие управленческих решений.

В заключение отметим, что образование нового объединения, конституированного в мае 2000 г. в политическую партию, и выход его на внутриполитическую арену страны стало одним из самых заметных явлений в политической жизни страны накануне выборов в Государственную Думу. С точки зрения общепринятых оснований классификации политических партий, его можно охарактеризовать следующим образом. По идеологической направленности оно представляло собой политическую организацию консервативного содержания (точнее – либерально-консервативного), ориентированную на идеи прогресса, сильного государства, сохранение и упрочение традиций прошлого, не потерявших своего значения в условиях реформ, достижение стабильности, порядка и личной свободы человека. «Единство» не подкрепляло свой прагматический интерес четкими идеологическими установками, оно не идентифицировало и официально не связывало себя ни с одним из спектров идеологических устремлений в России, отличавшихся в то время в целом многообразием, подвижностью и значительной неустойчивостью.

В опубликованных в начале декабря 1999 г. тезисах платформы нового избирательного блока главный акцент делался не на идеологической, а прежде всего на практической целесообразности действий и прагматическом интересе.

По такому важному основанию классификации, как участие в осуществлении власти это был проправительственный блок, ориентированный на пропрезидентское крыло. Организатором «Единства», по данным печати, но не подтвержденным официально, в том числе сторонниками нового премьера, выступила кремлевская администрация. «Единство» представляло собой стабильную политическую партию. В кратчайший срок оно смогло создать разветвленную региональную структуру. Его сторонники объединились вокруг популярного в регионах, преданного Кремлю главы МЧС и энергичного и волевого деятеля С. Шойгу, а также вокруг двух других лидеров предвыборного блока – многократного олимпийского чемпиона, борца
А. Карелина и представителя ВНИИ МВД А. Гурова. Их имена ассоциировались с такими понятиями, как порядок, сила, воля и ответственность.

Отметим и такую черту нового политического объединения, как стремление с самого начала своего создания выдать себя за «партию всех россиян», хотя в избирательных списках блока представителей от народа было не так уж и много. Чтобы как-то приблизиться к будущей правящей партии власти в «Единство» стремилось войти все больше партий и движений, правда, малоизвестных и маловлиятельных, а также представителей регионов, не присоединившихся к ОВР губернаторов и глав законодательных собраний и просто «перебежчиков» из других блоков и объединений. Этот процесс значительно ускорился после того, как представители правящей власти сделали заявление о поддержке нового избирательного блока на предстоящих выборах в Государственную Думу.

Против ОВР как «партии номенклатурного капитализма» выступил «Демократический выбор России» во главе с Е. Гайдаром. После чувствительного поражения на парламентских выборах-95 ДВР отказался от самостоятельного выступления на предстоящих выборах в Государственную Думу и вместе с другими правыми и правоцентристскими движениями, организациями и партиями («Россия молодая», «Общее дело», «Вперед, Россия!» и др.) вошел в блок «Правое дело». Последний стал предшественником избирательного блока «Союза правых сил» (СПС), который затем фактически перешел на позицию поддержки В. Путина.



Оппозиция

Вскоре после парламентских выборов-95 выяснилось, что правящему режиму в большей или меньшей степени противостоят три оппозиционных «лагеря»: коммунистическая оппозиция, патриотическая и демократическая. Из них самые сильные позиции в Госдуме имела КПРФ. Последняя являлась крупнейшей оппозиционной парламентской партией, за которой стояли значительные электоральные силы. На выборах-95 она, как отмечалось, получили 22,3% голосов, имела крупнейшую фракцию в 149 человек и совместно с левыми депутатскими группами могла влиять на принятие думских решений. Но партия не обладала возможностью конституционно устранить режим, к борьбе с которым, в том числе в интересах наращивания своего политического веса и расширения электорального влияния, она призывала своих членов и сторонников. КПРФ имела т.н. свой «теневой кабинет», пыталась продвинуть своих сторонников в правительство, а также в Совет Безопасности, ее представители осуществляли контроль над ключевыми комитетами – по законодательству и судебно-правовой реформе, по безопасности, по образованию и науке, по экономической политике, по делам общественных и религиозных организаций, мандатной комиссии, а также по делам ветеранов, по делам женщин, семьи и молодежи, по туризму и спорту.

Партия насчитывала в своих рядах 500 тыс. членов, имела многоуровневую сеть периферийных партийных организаций. Последние существовали во всех субъектах РФ, примерно в трети из них, в т.н. регионах «красного пояса» она фактически имела реальную власть, контролируя местные органы власти или оказывая здесь большое влияние на исполнительные и законодательные органы. На местных выборах глав администраций, состоявшихся в 2000 г., т.е. уже после парламентских выборов-99, КПРФ и «Единство» кое-где действовали совместно, поддерживая предварительно согласованные кандидатуры. Из 40 победивших на выборах глав администраций КПРФ поддерживала или сотрудничала с другими объединениями по 34 кандидатурам. Иными словами, процесс «врастания» партии во власть, чрезмерного, по мнению некоторых функционеров, соглашательства с правящим режимом на разных уровнях, набирал обороты. В самой Госдуме фракция КПРФ голосовала за нереальный госбюджет на очередной год, в свое время оказала поддержку В. Черномырдину, перед угрозой роспуска Думы неоднократно уступала нажиму президентских структур. Такая тактика партии способствовала не смене власти и устранению режима, а фактически – его укреплению.

На Октябрьском (1998 г.) Пленуме ЦК КПРФ было принято решение о самостоятельном участии в парламентских выборах, что вызвало серьезное недовольство участников Общероссийского общественного объединения «Народно-патриотического Союза России» (НПСР), учрежденного КПРФ в 1996 г. Незадолго до выборов, летом 1999 г. руководство КПРФ признало ошибочность подобной тактики и призвало создать блок «За победу патриотов России». Однако, не получив соответствующей поддержки, вновь заявило о своем намерении выступить на выборах самостоятельно. Такая политика КПРФ, а также, по образному выражению лидера движения «Духовное наследие» А. Подберезкина, «диктат секретарей обкомов», отсутствие действий по решению общероссийских проблем и проявившиеся кое-где тенденции к соглашательству с режимом вызвали критику со стороны части функционеров в адрес Г. Зюганова. Поэтому руководству КПРФ приходилось маневрировать, в том числе усилить критику «антинародного режима» Б. Ельцина. В связи с новыми парламентскими выборами оппозиционные действия партии значительно расширились. Так, зимой 1999 г. КПРФ обратилась к новой попытке отстранить Б. Ельцина от должности при помощи импичмента. Против Президента России было выдвинуто пять пунктов обвинений: заключение Беловежских соглашений; события сентября-октября 1993 г. в Москве; война на территории Чечни; ослабление обороноспособности и безопасности России; геноцид российского народа. Однако ни один из пунктов обвинений не получил необходимой поддержки, т.е. двух третей голосов депутатов, больше всего опасавшихся роспуска Госдумы.

Вместе с тем среди части левых сил росли готовность и стремление «в интересах народа» к сотрудничеству с властью, к налаживанию с ней конструктивного диалога. В итоге это приведет к созданию новой организации «Россия», учредительная конференция которой состоится в июле 2000 г.

Но вернемся в 1996 г., когда в Москве 7 августа состоялся учредительный съезд Общероссийского общественного движения «Народно-патриотический союз России». На съезде был принят Устав Движения. Доминирующее положение занимала КПРФ. Председателем Движения и одновременно председателем Координационного совета НПСР избран Г. Зюганов, председателем Исполкома Н. Рыжков. Съезд избрал 5 сопредседателей движения – А. Тулеева, А. Руцкого, М. Лапшина, А. Подберезкина и С. Говорухина. Очередной съезд НПСР, состоявшийся в ноябре 1998 г., нацелил участников этого движения на консолидацию народно-патриотических сил, на новый этап борьбы, на котором во весь рост встал вопрос о власти. Важное место в работе съезда заняло рассмотрение вопросов предвыборной тактики НПСР и входивших в него организаций. Руководство КПРФ призвало союзников по НПСР создать блок «за победу патриотов России!» и идти на парламентские выборы-99 тремя колоннами. Но такая тактика не получила соответствующей поддержки, она не привела к ожидаемому результату, и руководство партии в итоге пошло на самостоятельное выступление на предстоящих парламентских выборах. И хотя в левом спектре доминирующее положение занимали «зюгановцы», создать единое левопатриотическое движение КПРФ не удалось. Более того, ближе к выборам НПСР фактически развалился, хотя и не исчез с политического горизонта. Начался отход от КПРФ ее нескольких бывших союзников. Лидер АПР А. Лапшин поддержал курс на вступление партии в блок ОВР, «Духовное наследие» А. Подберезкина, действовавшее до осени 1998 г. в тесной связке с КПРФ, вышло из НПСР, губернатор-коммунист А. Тулеев создал новое движение «Возрождение и единство», в которое бывший сопредседатель НПСР стремился привлечь всех недовольных проводимой руководством КПРФ политикой. О выходе из НПСР также заявили руководитель движение «Держава» А. Руцкой, лидер «Российского общественного Союза» С. Бабурин, а также коммунист-предприниматель С. Семаго, создавший движение «Новые левые». В это движение он рассчитывал вовлечь видных российских политиков. 8 июля 1999 г. состоялся четвертый съезд общероссийского движения «В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» (ДПА). В этой связи отметим, что лидером движения и его инициатором выступил депутат Госдумы, председатель думского комитета по обороне генерал
Л. Рохлин. После его убийства в июле 1998 г. ДПА возглавил В. Илюхин. Последний заявил о намерении движения самостоятельно выступить на предстоящих выборах. Таким образом, и эта организация отделилась от НПСР. Некоторые отошедшие от КПРФ союзники, как, например, АПР М. Лапшина, встали на позицию конструктивных отношений с правящей властью.

Как видим, в предвыборный период на левом фланге политического спектра развивался противоречивый процесс раздробления разнородных политических сил. Он был связан также с некоторым ослаблением здесь позиций КПРФ, что, впрочем, существенно не повлияло на итоги голосования за федеральный список партий на парламентских выборах. Уже после парламентских выборов-99 состоится съезд НПСР, который примет организационные меры по укреплению блока и исключит из состава объединения А. Подберезкина, М. Лапшина и А. Тулеева и возьмет курс на дальнейшее укрепление единого фронта левых сил, привлечение в НПСР новых политических и общественных объединений. К февралю 2001 г. в НПСР войдут около 60 коллективных членов, в том числе движение «Россия» Г. Селезнева, профсоюз военнослужащих под руководством И. Родионова, «Духовное наследие» (без А. Подберезкина) и др.

Что же касается т.н. внесистемной радикальной оппозиции коммуно-патриотической направленности, то еще осенью 1997 г. была предпринята попытка создания блока «Фронта трудового народа, армии и молодежи – за СССР». Это объединение должно было состояться на базе движения «Трудовая Россия» В. Анпилова, Союза офицеров С. Терехова и Национал-большевистской партии (НБП) Э. Лимонова. Затем в ходе предвыборной борьбы был создан новый блок «Сталинский блок за СССР». В него вошли «Трудовая Россия» В. Анпилова, Союз офицеров С. Терехова, движение «Союз», народно-патриотический союз молодежи. В январе 1999 г. к нему присоединился внук И. Сталина Е. Джугашвили. Как видим, в леворадикальной оппозиции произошла некоторая перегруппировка. Из-за разногласий от блока отделились НБП, попытки договориться с другими мелкими радикальными организациями не удались. Леворадикальная оппозиция шла на выборы под лозунгом восстановления СССР, советской власти и социализма, отмены приватизации и возвращения собственности народу. В предвыборный период активизировали свою деятельность Российская коммунистическая рабочая партия В. Тюлькина, Российская партия коммунистов А. Крючкова, Российская коммунистическая партия Советского Союза (РКП-КПСС) А. Пригарина. Все они функционировали в рамках блока «Коммунисты-трудящиеся России – за Советский Союз». Никому из этих политических партий и образованных предвыборных блоков не удалось преодолеть 5-процентный барьер и пройти в Госдуму. Что же касается национально-патриотических организаций «Конгресс русских общин» В. Рогозина, «Демократическая партия России» С. Глазьева, движения «Честь и родина» А. Лебедя и др., то никому из них участие в тех или иных избирательных блоках не принесло успеха.



«ЯБЛоко»

В некоторой оппозиционности режиму, но не в «системной оппозиции», рассматриваемой как политическое явление, находилось движение «Яблоко» Г. Явлинского. Напомним, что на выборах 1995 г. последнее поддержали 6,93% избирателей. Его депутаты возглавили четыре комитета – по бюджету, налогам, банкам и финансам, по природным ресурсам, по экологии и международным делам. В Государственной Думе оно придерживалось в целом либерально-умеренной ориентации, выступая против «радикализма любого толка». Сколько-нибудь значимую угрозу для ельцинского режима оно не представляло, хотя и выступало порой с жестких и принципиальных позиций. Однако само его руководство считало движение самой сильной демократической открытой и принципиальной оппозицией, противостоящей Правительству и Президенту. Политическая ситуация в стране им характеризовалась с прицелом на очередные парламентские выборы. Суть этой оценки, в частности, состояла в том, что, хотя, по его мнению, Россия и отвергла коммунистический путь развития, но в то же время не противопоставила ему конструктивную политическую альтернативу; само руководство страны не способно решить ни одной из общественно значимых задач; поэтому важнейшими задачами «Яблока», подлежащими решению, являются способствование формированию в России гражданского общества, становлению сильного федеративного государства, создание предпосылок экономического роста и законодательных основ для осуществления «сильной социальной политики» и др. Политический режим, раскрывающий функциональный характер политической системы, «ЯБЛоко» характеризовало как полуавторитарный, коррумпированный, сращивавшийся с олигархией. Его качественными характеристиками являлись также наличие элементов территориальной раздробленности и разрушения структур государственной власти. Выступая в противовес коммунистам и радикал-либералам, фактически за средний третий путь развития общества, как свидетельствуют материалы пятого съезда движения «Яблока» (ноябрь 1996 г.), руководство предлагало «исторически обусловленное» сосуществование либерального и социального подхода ко всем вопросам общественной жизни страны. Поэтому само движение, в котором объединились приверженцы демократических взглядов – от либералов до социал-демократов, ставит цель, к которой оно будет стремиться – построение цивилизованного общества. Модель общественного устройства и экономического развития, уже не первый год предлагавшаяся этим объединением, предусматривала верность идеям либерализма и рыночной экономики западного типа, в том числе приоритет человека и обеспечение его прав, конкурентную социально-ориентированную экономику, дееспособное государство, способное защитить права граждан, противодействовать становлению криминального государства и вести эффективную борьбу против коррупции. Большое внимание в программе «ЯБЛока» уделялось утверждению демократических принципов организации власти, в том числе проблеме разграничения полномочий между ее ветвями, усилению контрольных функций парламента, а также повышению роли правительства в структуре институтов исполнительной власти и др.

В марте 1998 г. состоялся шестой съезд общественного объединения «Яблоко». Съезд рассмотрел вопросы стратегии и тактики объединения в свете предстоящих парламентских и президентских выборов. На нем было заявлено о том, что Г. Явлинский будет баллотироваться на выборах президента в 2000 г. Лидер «Яблока» также поставил задачу возглавить все демократические движения при условии, если будет в этом движении обеспечена лидирующая роль возглавляемого им объединения и его руководства. На этих же условиях допускалась возможность заключения демократическими силами коалиций и союзов, чего раньше, как это имело место, например, в преддверии президентских выборов 1996 г., когда было отвергнуто соответствующее предложения ДВР Е. Гайдара, не допускалось. На съезде также было заявлено, что «Яблоко» и КПРФ предполагают сформировать свой теневой кабинет. Еще одна важная задача, поставленная съездом, заключалась в том, чтобы преобразовать объединение «Яблоко» в политическую партию. Отметим, что впервые курс на постепенное превращение «Яблока» в жестко структурированную партию был взят еще на пятом съезде. Тогда же были намечены и пути решения этой задачи: введение фиксированного членства, ограничение, а затем и прекращение практики двойного и коллективного членства и ряд других. В июне 1998 г. «Яблоко» перерегистрировало изменения и дополнения, внесенные в Устав, и получило статус политического общественного объединения, что давало ему право на самостоятельное участие в парламентских выборах 1999 г. А вот основные предвыборные лозунги, содержавшие многие программные пункты, с которыми «Яблоко» выступало еще на прошлых парламентских и президентских выборах: «Яблоко» - демократическая, гражданская партия; демократическая оппозиция нынешней власти; социально-ориентированное движение; партия единой России, а не удельных князей. «Мы выступаем за реформы для большинства, а не для узкой прослойки, нацеленной на быстрое обогащение»; «Наша цель – создание в России дееспособного государства, способного защитить права граждан, эффективно противостоять коррупции и криминалу»; «Мы – патриоты, но не национал-популисты»; «Яблоко» против радикализма любого толка», «Яблоко» - партия граждан, а не начальников». Как видим, избирательная кампания носила популистский характер. Вместе с тем следует отметить, что «Яблоко», находившееся, несмотря на некоторую оппозиционность режиму, на правом фланге партийно-политического спектра России, (но левее «Правого дела»), представляло собой один из элементов формировавшейся российской многопартийности.

В ряду других политических партий особняком стояла в тот период ЛДПР. По принципиальным и важнейшим для Б. Ельцина и его окружения вопросам, обсуждавшимся в Государственной Думе, ее руководство поддерживало власть, фактически никогда не шло против существующего режима, хотя и допускало порой по поводу и без повода резкие суждения по проблемам внутренней и внешней политики. Но, занимая проправительственную позицию в силу своей малочисленности, фракция ЛДПР не могла оказывать заметного влияния на думский законотворческий процесс. В сентябре 1999 г. состоялся десятый съезд ЛДПР. Съезд охарактеризовал партию как центристскую, не нуждавшуюся в объединении с другими политическими силами. Однако после отказа Центризбиркома РФ в регистрации ее федерального списка из-за недостоверных сведений о доходах и имуществе ряда кандидатов и наличия в списках лиц с криминальным прошлым, руководство отказалось от этой тактики. Был срочно создан избирательный блок «Блок Жириновского». В его состав вошли Партия духовного возрождения России (ПДВР), которую возглавили родственники В. Жириновского, и Российский Союз свободной молодежи (РССМ). Предвыборные приоритеты блока – обеспечение интересов России, многообразие форм собственности, всеобщая экономическая амнистия, государственная монополия на алкоголь, сахар, табак и энергоносители и др. В экономической области предвыборная программа ЛДПР включала немало привлекательных для предпринимателей и других слоев общества положений, в том числе сочетание государственного регулирования с содействием частному предпринимательству. В политической области ЛДПР ратовала за установление сильной президентской власти, переход к губернской форме государственного устройства, решительную борьбу с преступностью. Программа ЛДПР (1995 г.) закрепляет принципы либерализма, демократии, справедливости, правопорядка, патриотизма.

Существует точка зрения, что ЛДПР «полностью заняла собой правый фланг политического спектра, где в силу различных причин сконцентрировались крупные массы политически активного населения и где образовался своего рода вакуум…». Она вызывает серьезные сомнения, поскольку, как показали парламентские выборы и деятельность самой Государственной Думы, со стороны правых политическая оппозиция вообще не сложилась, хотя седьмой съезд ДВР в январе 1999 г. фактически заявил об открытой оппозиции правительству Е. Примакова. Отметим также, что социальная база протеста в обществе в поддержку правых была незначительна. А так называемые партии-однодневки правой ориентации, за исключением «Союза правых сил» (СПС) , оказались не в состоянии принять участие в выборах или преодолеть пятипроцентный барьер. К тому же в обществе не забыли о содеянном крайне правым крылом демократов с Россией в начале 90-х годов, приведшим страну к катастрофическому падению производства, обнищанию, коррупции и преступности.

Что же касается некоммунистических партий социалистической и социал-демократической ориентации, то в этом лагере в преддверии парламентских выборов произошла определенная перегруппировка сил. На базе движения «Согласия» и «Блока Ивана Рыбкина» в марте 1996 г. была создана Социалистическая партия России, которая после зарегистрированных изменений и дополнений в Уставе в июне 1998 г. получила статус политического общественного объединения. В апреле того же года состоялся учредительный съезд Русской социалистической партии, которую возглавил кандидат на пост Президента РФ, депутат Госдумы В. Брынцалов, покинувший ряды Социал-демократической партии Российской Федерации.

Движение «Социал-демократы» послужило основой создания одноименного избирательного объединения, в которое вошли «Союз народовластия и труда», Социалистическая партия России и ряд других объединений социалистической ориентации. Все эти социалистические и социал-демократические партии и коалиции стремились занять определенную нишу в российском политическом пространстве. С их стороны практически не было никакого противодействия власти или же она носила в основном декларативный характер. Объединяло эти партии и движения и то, что у них отсутствовала определенная социальная база. Они фактически не обладали электоральными возможностями, не занимали четких идейных позиций. Ситуация в этой части спектра отличалась раздробленностью, и не случайно, что на выборах в Госдуму 1999 г. эти партии имели худшие результаты среди избирательных объединений.

В заключение отметим, что к концу 1999 г. в стране более четко чем прежде выявились основные группы интересов, представленные политическими партиями, движениями и организациями, претендовавшими на завоевание политической власти в ходе очередных парламентских выборов. Политическая ситуация существенно отличалась от прошлых лет, прежде всего от 1998 г.

Во-первых, после финансового краха августа 1998 г. были приняты антикризисные меры «по врачеванию экономики», в результате чего наметились некоторые позитивные результаты. В первой половине 1999 г. российская экономика выросла примерно на 1,5%. Во-вторых, правительству удалось предотвратить социально-политический взрыв, который в условиях августа 1998 г. казался вполне реальным. В-третьих, укрепилось доверие россиян к правительству, что во многом было связано также со сложившейся к концу 1999 г. относительно стабильной ситуацией. Этому способствовал ряд факторов. На фоне сохранявшейся фрагментаризации политической жизни особенно важным в этом плане представлялись укреплявшие стабильность политической ситуации шаги главы государства. В августе 1999 г. Президент России утвердил дату выборов в Госдуму. В результате исчезла опасность их отмены. Б. Ельцин подтвердил и своевременность выборов нового президента, что также успокоило общество и депутатов. Еще одним важным фактором, повлиявшим на стабилизацию политической ситуации, стало назначение В. Путина и.о. главы правительства. Новому премьеру, занимавшему до этого должность руководителя Федеральной службы безопасности, оказали поддержку широкие массы страны, армия и регионы в лице значительной части губернаторов и глав законодательных собраний. В позиции нового премьера выявился отчетливый упор на достижение порядка и консенсуса в обществе. Ему удалось склонить часть оппозиции, прежде всего левой, к поддержке Президента РФ.

Таким образом, из вышеизложенного следуют три основных вывода. Первый состоит в том, что к моменту официального объявления начавшейся в августе 1999 г. избирательной кампании по выборам депутатов Государственной Думы партийно-политический спектр отражал большое разнообразие распространенных в обществе идейных установок, а сам процесс дальнейшего становления российской многопартийности приобрел взрывной характер. В количественном отношении партийный «бум» в России, начатый с зарождения политических партий и общественно-политических движений еще в 1985-1990 гг. и продолженный как в преддверии парламентских выборов 1993 и 1995 гг. так и после них, выразился в том, что к моменту объявления даты выборов в Госдуму в 1999 г. Министерство юстиции зарегистрировало в качестве политических партий и движений 139 общественных объединений, которые имели право участвовать в выборах. Но в окончательный вариант бюллетеня для голосования будут включены только 26 избирательных объединений и блоков.

Второй вывод заключается в том, что, с точки зрения качественных критериев, – возможности, способы и степени влияния, опыт предвыборной борьбы и парламентской деятельности и т.д. – несомненное преимущество в преддверии выборов 1999 г. имели парламентские партии и объединения – КПРФ, НДР, «ЯБЛоко» и ЛДПР. В центре внимания этих политических партий и блоков находились все те же три основные проблемы: ход экономической реформы и технология ее осуществления, власть и проблемы становления партийно-политической системы, включая принцип разделения властей, организацию верховной государственной власти и национально-государственное устройство России. Фактически не изменились идеология, программы и стратегия политических партий и блоков. Вместе с тем, как и прежде, они различались видением перспектив этих проблем и способами их разрешения. Наконец, еще один вывод состоит в том, что в преддверии выборов образовались новые политические объединения – «Отечество - Вся Россия», «Единство», Союз правых сил, - которые, создав региональные структуры, используя финансовые и иные ресурсы, смогли выдержать конкуренцию с парламентскими партиями и объединениями.

В целом партийно-политический спектр России в канун выборов 1999 г. отличался сложностью, неоднозначностью и внутренней раздробленностью. Когда в 1998 г. была осуществлена перерегистрация общественных объединений, претендовавших на получение статуса политических, то количество участников избирательной кампании резко сократилось (с 262 до 139). У большинства партий и блоков отсутствовал устойчивый электорат, готовый оказать им необходимую поддержку. Многие из них имели примерно равные электоральные возможности.

Широко были представлены все десять избирательных блоков, прошедших процедуру регистрации в Центризбиркоме, а также политические партии и движения, уже известные российским избирателям по прежним парламентским выборам, на которых им не удалось добиться их поддержки и пройти в Государственную Думу. Это – Аграрная партия России, Крестьянская партия России, Партия самоуправления трудящихся, Российская христианско-демократическая партия, Союз реалистов, Конгресс русских общин, «Трудовая Россия», Русская партия, Российский общенародный союз и др. В числе зарегистрированных были женские политические организации (Общественно-политическое движение женщин России, «Движение женщин за здоровье нации», Женский объединенный союз, Движение «Женщины России», Российская партия защиты женщин), профессиональные организации (Ассоциация работников правоохранительных органов Российской Федерации, движение «Шахтеры России» и др.); объединения по интересам (движение матерей «За социальную справедливость», «Моя семья» и другие. Большинство из них внезапно появлялись и столь же быстро исчезали. Все эти объединения отличались аморфностью партийно-политической структуры, малочисленностью, расколами и размежеваниями. Их деятельность не затрагивала глубинные слои общества и не оказывала заметного влияния на предвыборную расстановку политических сил. Вместе с тем следует признать, что возникновение огромного количества партий и движений в российской системе, которым предстояло пройти проверку на прочность, являлось одной из форм представительства и выражения интересов различных слоев формировавшегося гражданского общества.



Становление гражданского общества

Судьба российской демократии во многом зависела от появления и развития в России влиятельных институтов гражданского общества, добровольно сформировавшихся первичных самоуправляющихся общностей людей: профессиональных, конфессиональных и иных объединений, коопераций, ассоциаций и союзов, негосударственных средств массовой информации и учреждений культуры. Как показывает опыт западной цивилизации, источник демократического устройства жизни общества находится не в сфере политики, а там, где сбалансированно взаимодействуют автономная личность, гражданское общество и государство. Поэтому демократы отдавали себе отчет в том, что гарантом обновления России должно стать формирование гражданского общества. Но им казалось, что решение этой проблемы им обеспечит либерализация экономики, способная расчистить путь реформам. Отметим, что в отличие от Запада, которому потребовалось не менее 200 лет для достижения высокого уровня развития и устойчивого существования правового государства и гражданского общества, российскому государству история не отпустила такого срока, и российским демократам предстояло наверстать упущенное.

Формирование гражданского общества в России имело свои особенности и сложности, что может быть предметом специального исследования. Отметим некоторые из них. Были разрушены вековые органичные связи общественной жизни, во многом утрачены народные традиции. В течение длительного периода времени в России отсутствовали политические партии и профсоюзы, общественные организации. К этому следует добавить, что в основе общественной системы, сложившейся в стране, по мнению многих политологов, находилась «эффективность власти», отодвигавшая на задний план «институт собственности» в его разнообразных формах, способная обеспечить своим гражданам высокий уровень благосостояния и процветания. Все граждане были лишены доступа к государственным и общественным делам. В России не было создано правовое государство, где реализуются основные права и свободы человека. Не исключалась дискриминация по национально-этническим, политическим, религиозным признакам. Российский гражданин так и не получил надежной защиты прав и достоинств, неприкосновенности жилища и имущества, свободы слова, печати, информации, выбора местожительства.

В годы Советской власти с первых шагов НЭПа были намечены известные предпосылки гражданского общества. Но в политическом плане НЭП оставался тоталитарным, поскольку продолжался процесс вытеснения политических партий из жизни общества, нарушались свободы, принципы всеобщего прямого и равного избирательного права и законные права граждан. По мере свертывания НЭПа верх брали командно-административные методы управления, которые вызвали чуждые гражданскому обществу такие явления, как отчуждение трудящихся от политической власти и собственности, глобальное огосударствление экономической и общественной жизни, массовые репрессии, тотальный контроль над обществом, преследование инакомыслия, подавление личности.

Задуманная М. Горбачевым перестройка не разрешила проблему становления гражданского общества, хотя двери в такое общество приоткрыла политическая реформа, основной смысл которой, как отмечалось, состоял в демократизации общественно-политической жизни, переходе к народовластию, перераспределении властных функций от партийных органов к государственным и от центральных – к республиканским и местным. Однако разгосударствить экономику, политические и духовные сферы общества ему не удалось. За годы перестройки сохранилось отчуждение человека от власти, собственности и результатов труда, хотя его формы изменились. В результате в годы перестройки резко упал интерес людей к производственным и общественным делам, многих охватил пессимизм, гражданская пассивность.

Таковы некоторые из трудностей, с которыми столкнулись демократы при решении вопроса о гражданском обществе и его связи с правом и законами государства.

Выделим следующие аспекты деятельности правящей власти в сфере формирования гражданского общества и взаимосвязи его с правом и конституцией. Во-первых, это проблема нашла отражение в задачах поддержки общественных институтов и нормативного закрепления обязанности социального государства служить интересам общества и содействовать его структурированию в развитое, культурное и гражданское. Правовые основы гражданского общества заложены в Конституции РФ, общепризнанных нормах международного права, международных договорах и соглашениях, в которых участвует РФ. Такие задачи и правовые основы гражданского общества содержались также в федеральном законодательстве РФ, посланиях Президента РФ Федеральному собранию, Программе действий Президента на 1996-2000 гг. и ряде других нормативно-правовых актов.

Были приняты Указы Президента РФ (от 23 августа 1994 г. и от 15 октября 1996 г., которые нацеливали Управление Президента РФ на более тесное взаимодействие с политическими партиями, общественными объединениями, фракциями, депутатами Государственной Думы, Федерального Собрания РФ и обеспечение развитых правовых отношений между ними. На основе соответствующего Положения, утвержденного Указом Президента в качестве самостоятельного подразделения Администрации Президента РФ создавалось Управление Президента Российской Федерации по вопросам взаимодействия с политическими партиями, общественными объединениями, фракциями, депутатами Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.

Основными функциями Управления являлись: обеспечение взаимодействия Президента с политическими партиями, профессиональными и творческими союзами, национально-культурными, женскими, молодежными и иными общественными и религиозными объединениями, депутатами Госдумы в целях реализации Президентом РФ своих конституционных полномочий; информирование Президента и руководителя Администрации Президента об основных процессах в общественно-политической жизни, о деятельности политических партий, иных общественных и религиозных объединений, о работе Государственной Думы Федерального Собрания; обеспечение по поручению Президента деятельности совещательных и консультативных органов при Президенте. Однако системы в работе с вышеназванными институтами власти, а также гражданского общества так и не было создано. Поэтому законы, послания, всевозможные создаваемые советы и т.д. существовали сами по себе, а реальная деятельность политических партий и объединений, не оказывающая существенного влияния на политический и социально-экономический курс, - сама по себе.

Во вторых, еще в начальный период либеральных преобразований были фактически отменены тоталитарные запреты в различных областях общественной жизни. Однако вскоре выяснилось, что этот процесс при всех его плюсах неожиданно для власти ведет и к негативным явлениям – вседозволеннности, пренебрежению правом, реставраторским тенденциям на восстановление старой системы и т.д. Перед государством со всей актуальностью встала задача ввести в правовое русло стихийные процессы формирования нового общества, вплоть до усиления контроля в этой сфере, и оказать активную поддержку (политическую, правовую, пропагандистскую и т.д.) его самоорганизации. Однако эффективно решить эту проблему с учетом охвата социально-экономических отношений и таких институтов, как собственность, труд, предпринимательство, а также с учетом обеспечения согласованных интересов, как того требует гражданское общество, ему не удалось. Отметим и другое – несмотря на ошибки, государство в целом сыграло позитивную роль в становлении институтов гражданского общества, несмотря на то, что сама государственная машина нуждалась в срочном капитальном ремонте. Под его «присмотром» в тогдашней еще демократически неразвитой среде восстанавливались демократическая государственность, пусть и деформированная, и рыночные отношения, были приняты новая демократическая Конституция, Гражданский и другие кодексы, стал функционировать новый представительный орган – Федеральное Собрание, что было важным шагом на пути утверждения в России парламентаризма и многопартийности. Однако в целом «государственническая роль» Президента РФ в большей степени была сконцентрирована все же на обеспечении курса экономических либеральных реформ, способных якобы обеспечить решение всех иных проблем, нежели на практике демократического государственного строительства и проблеме развития правовых отношений в контексте становления гражданского общества и его взаимосвязи с Конституцией РФ. Поэтому важные задачи формирования сильного высокоразвитого гражданского общества, хотя и признавались властью, но оказывались отодвинутыми на второй план. С запозданием, например, появлялись федеральные законы, обеспечивавшие утверждение демократических ценностей и принципов, которые в обществе уже начали утверждаться. После 4 октября 1993 г. в обществе имели место определенные тревожные опасения относительно непредсказуемости действий Президента РФ и использования его необъятной конституционной власти в непонятных для общества целях. Ведь Конституция предоставляла довольно большие полномочия Президенту в отношении Правительства и Госдумы. Она даже не устанавливала круг предметов ведения, по которым возможно было издание президентских Указов, что не только принижало роль этих институтов в государственной власти, но и снижало самостоятельность и ответственность политических партий, не имевших конституционной возможности влиять на формирование того же правительства.

В-третьих, на основе норм избирательного права формировались законодательные органы, а также развивалась многопартийность. На федеральном уровне действовали 90 общероссийских партий, представлявших широкий спектр социальных предпочтений, около 50 общероссийских политических движений и множество других общественных организаций. Развивался избирательный процесс, обновлялась система партий и движений. Власти пошли на расширение состава избирательных объединений. Согласно Федеральным Законам «Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации» от 6 декабря 1994 г., и «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 24 марта 1995 г., в состав избирательного объединения были включены все общественные объединения, если они зарегистрировались за полгода до объявления дня выборов, а их уставы отвечали предъявляемым требованиям, в частности, предусматривали участие в выборах в органы государственной власти. Проведение в жизнь этих законов вызвало два процесса: 1) начался т.н. новый «партийный бум», что в итоге привело к многократному умножению общего числа претендентов на власть. В результате право участвовать в выборах, как отмечалось, получили
258 общественных объединений; 2) активизировалась борьба за власть в качестве полноправных участников избирательного процесса неполитических по своей природе организаций. Речь идет о конфессиональных и национальных организациях, объединениях отраслевых организаций, профсоюзах, акционерных компаниях и других организациях и обществах, представлявших корпоративные интересы. После парламентских выборов 1995 г. были приняты новые федеральные законы, которые исправили отмеченные недостатки, предоставив право на участие в выборах лишь политическим объединениям граждан – политическим партиям, политическим организациям и политическим движениям.

В-четвертых, была сформирована в основном законодательная база независимых средств массовой информации. Издавалось более 10 тыс. независимых газет и журналов. Развивалось негосударственное теле- и радиовещание. Правда, вскоре выяснилось, что некоторые из этих средств массовой информации стали обслуживать интересы отдельных олигархов: ОРТ стал подконтрольным Б. Березовскому, холдинг «Медиа-Мост» и НТВ принадлежал В. Гусинскому, а затем окажется под контролем «Газпрома». На московский телеканал большое влияние оказывал Ю. Лужков и т.д. С приходом к власти В. Путина постепенно станет меняться политика в главных пропагандистских рупорах, а ОРТ перейдет под контроль государства.

В-пятых, выросло число правозащитных, просветительских, экологических, потребительских и иных общественных организаций, возникли разнообразные формы трудовых ассоциаций, социальных и культурных объединений. Вся эта совокупность социальных образований, объединенных различными специфическими интересами, реализуемыми вне сферы государственной деятельности, составляла важные институты гражданского общества. В России, несмотря на просчеты реформаторов, шло формирование и развитие новых экономических отношений, включавших рынок, плюрализм, создание предпосылок и механизмов для саморегуляции основных сфер устройства общества, в том числе для творческой самореализации личности.

В-шестых, Конституция РФ и законодательство РФ закрепили новую конструкцию не только законодательной, но и судебной власти, которые, по сути, сходны во многом с парламентами и судами в демократических странах. Все суды, сформированные в России по функциональному признаку, условно подразделялись на три группы: Конституционный Суд РФ, являющийся высшим судебным органом конституционного контроля и осуществляющий судебную власть в форме конституционного производства; система общих судов во главе с Верховным Судом РФ; система специальных судов, включая арбитражные суды во главе с Высшим арбитражным судом.

Все эти и другие атрибуты гражданского общества вроде бы были налицо, и, казалось, не подлежали сомнению. И тем не менее дистанция между обществом и государством, соотносящихся в рамках российской политической системы, существенно не сократилась, и на пути его формирования возник ряд трудностей. Отметим некоторые из них. Прежде всего, обращает на себя внимание слабое противостояние институтов гражданского общества власти. Механизм взаимодействия формировавшегося гражданского общества и государства не реализовался в целостную структуру и такую модель общественного развития, которая полностью была бы застрахована от общественного напряжения, социальных кризисов, экспансионизма власти.

Гражданское общество – главная сфера самореализации личности, проявления ее творческой инициативы, предприимчивости. Чтобы создать гражданское общество, необходимо было обеспечить его социальную базу, так называемый средний слой. Необходимо, чтобы все члены общества обладали конкретной собственностью, правом использовать ее и распоряжаться ею по своему усмотрению. Этому во многом и могла бы содействовать приватизация, которая должна была бы привести к созданию независимых от государства саморегулирующихся структур малого и среднего бизнеса. Однако стремление внедрить в ходе приватизации такие общечеловеческие ценности, как частная собственность, конкуренция, рынок и т.д. привело в условиях постоянного падения уровня жизни к отторжению этих ценностей подавляющим большинством населения, которое в ходе приватизационного процесса утратило право на ранее созданное общенародное имущество. Стал развиваться процесс нищенского существования почти трети населения страны. Вместе с тем наметилась противоречивая тенденция к формированию различных социальных слоев, потенциально образующих средний класс. Это предприниматели, собственники и руководители фирм с минимальным использованием наемного труда, менеджеры, квалифицированные рабочие и др.

В рассматриваемый период так и не была создана материальная основа гражданского общества. Негативным следствием реформаторских преобразований в России явилось, как отмечалось, падение жизненного уровня граждан, формирование существенного разрыва в уровне доходов различных групп населения. В 1997 г. уровень доходов 10% наиболее обеспеченных россиян в 27 раз превышал доход 10процентов наименее обеспеченных, а доходы 4% россиян примерно в 300 раз превышали доходы основной массы населения. 64% населения имели доходы ниже среднего уровня. Бедность и неразвитость российской социальной структуры создавали питательную среду для экстремизма.Экстремизм - приверженность к крайним взглядам и мерам (обычно в политике). В достаточно развитом гражданском обществе надежно защищены материальные условия существования человека. Вместе с тем гражданское общество требует высокого уровня развития самой личности, ее внутренней свободы, умения участвовать в институтах гражданского общества и ряд других.

В России быстрыми темпами совершенствовалось законодательство, создававшее определенные условия для развития гражданского общества. Готовились новые законы, направленные на демократизацию государства и экономической жизни, развитие предприимчивости граждан, осуществление социальной политики и усиление правовой защищенности граждан, раскрепощение духовной жизни общества и т.д. Однако серьезным препятствием на этом пути продолжала оставаться бюрократия, превратившаяся в мощное социальное образование, функционировавшая не только как внутригосударственная, но и как общественная структура, заменявшая, порой, общественные образования. Бюрократия – это  необходимый элемент управления, особый социальный слой, которому присущи: иерархичность, строгая регламентация, разделение труда и ответственности в осуществлении формализованных функций, требующих специального образования. Бюрократии свойственны тенденции к превращению в привилегированный слой, независимый от большинства членов организации, что сопровождается нарастанием формализма и произвола, авторитаризма и конформизма, подчинением правил и задач деятельности организации главным образом целям ее укрепления и сохранения. Демократическое общество стремится выработать формы контроля и управления, направленные на преодоление или ограничение отрицательных черт бюрократии.

Присвоив себе общественные функции, государственная бюрократия узурпировала их роль в качестве проводника государственной власти. Без ликвидации подобной ситуации нормальное развитие гражданского общества представлялось затруднительным.

Формирование гражданского общества предполагало сужение сферы государственной регламентации жизнедеятельности граждан, создание противовеса государству в лице независимых ассоциаций и независимых средств массовой информации, конструктивной оппозиции и демократических движений. Когда говорят о правовом государстве, обычно выделяют его основные признаки, реализация которых позволяет признать существование такого государства. Это господство закона во всех сферах общественной жизни; подчинение закону самого государства и его органов; незыблемость свободы личности, ее прав и интересов, чести и достоинства, их охрана и гарантированность; взаимная ответственность государства и личности; эффективные формы контроля и надзора за осуществлением законов.

В литературе последних лет называют ряд других признаков гражданского общества и правового государства. К ним можно отнести следующие: верховенство и прямое действие конституционного закона; разделение властей, т.е. недоступность подмены выполнения функций одной государственной системы другой; демократический плюрализм; социальная справедливость; экономическое благополучие граждан; правовая защищенность всех субъектов социального общения от произвольных решений кого бы то ни было; открытость общества; единство прав и обязанностей граждан; независимые суды, профсоюзы и добровольные ассоциации, СМИ; разветвленная сеть частных фирм и банков, невмешательство армии и внутренних войск в политику; создание стабильного среднего класса, составляющего в развитых странах 60-70% населения, и др.

Такое общество демократам еще предстояло в России сформировать. Учитывая недостаточно эффективную деятельность государства в этом направлении, низкий уровень гражданской культуры и сопротивление бюрократии, процесс этот будет, очевидно, весьма длительным и болезненным.

Центральным вопросом, объединяющим все структуры гражданского общества, сущностью его отношений, является защита прав человека во всех сферах экономической, политической и личной жизни. Характеристика состояния прав человека в России в тот период свидетельствует, что властям предстояло еще много сделать, чтобы в полном объеме обеспечить гражданские, политические и социально-экономические права и свободы. Гражданское общество несовместимо с унижением личности, человеческого достоинства, с проявлением коррумпированности, насилия, ненависти и мести. В обществе не были исключены все эти чуждые гражданскому обществу явления. Поэтому первоочередной задачей на пути становления гражданского общества и правового государства являлось искоренение этих негативных явлений, обеспечение законности, гражданского мира и согласия в обществе.

Внутренняя ситуация в России развивалась таким образом, что допускала ряд возможных сценариев развития гражданского общества, основу которого составляет цивилизованный, самодеятельный и полноправный индивид.

Первый и наиболее пессимистичный сценарий предполагал поглощение государством разветвленной сети независимых от правящей власти общественных отношений, защищающих интересы граждан. В таком случае вторжение общества в сферу политики, где решаются стратегические вопросы современного и будущего развития, будет в принципе исключено или незначительно.

Что же касается политических партий и общественных организаций, то они в этом случае вступили бы в серьезную жесткую борьбу со своим сильным конкурентом – государством, стараясь объединиться за его спиной по соответствующим платформам.

Второй сценарий частично мог следовать первому с существенной разницей лишь в том, что основной элемент гражданского общества – отдельно взятая личность – в силу ряда причин проявит растущие пессимизм, апатию, гражданскую пассивность и неверие в реформы, как, впрочем, и нежелание возврата к прошлому, несмотря на некоторую ностальгию по прошлому у части населения. В таком случае несущие конструкции индивида – все те институты, организации, группы и т.д., которые призваны содействовать всесторонней реализации личности, ее интересов, целей, устремлений, не способные освободиться от опеки государства, не смогли бы удержать в равновесии всю социальную и политическую систему, воспрепятствовать резким сдвигам общественно-политической оси влево или вправо. В конце концов, не исключалось развитие ситуации, которая могла повлечь за собой очевидный риск решительного поворота к авторитаризму ради достижения в обществе политической стабильности.

Наконец, в третьем сценарии, который можно назвать оптимальным, гражданское общество как форма существования рыночно-демократического общества и как комплекс общественных отношений, противопоставленных государству, могло найти свое воплощение и дальнейшее развитие. В таком случае общество развивалось бы за счет не только борьбы, но и внутреннего единства. Это его внутреннее единство стало бы проявляться в одновременном существовании в его рамках разнородных социальных сил, институтов, организаций, заинтересованных групп и т.д., объединенных общим стремлением к совместной жизни, гражданскому миру и согласию. В качестве основных направлений становления гражданского общества стали бы выступать такие «гражданские качества», как создание реального плюрализма, новой политической культуры, формирование экономических основ гражданского общества и нового типа государственности, базирующегося на приоритете права, и ряд других. Все эти процессы должны быть по возможности синхронными и одинаковыми по темпам своего формирования. На этом пути Россия могла бы наверстать упущенное.

Таким образом, процесс формирования гражданского общества, естественный процесс, допускал различные сценарии его становления, имел свой темп развития. Само российское общество оказалось перед дилеммой: либо государство, приобретая качественные признаки правового государства, все сильнее будет содействовать становлению гражданского общества, а вектор конституционального регулирования все больше будет склоняться в сторону регламентации государственной, а не общественной жизни, либо оно пойдет по пути усиления своей регулятивной функции и державной модели сильной власти в ущерб развитию гражданского общества. Наличие этих тенденций делало процесс формирования гражданского общества неустойчивым и в известной мере возвратным.



Политическая культура: особенности и тенденции развития

С процессами установления нового политического режима и политической системы изменялась российская политическая культура как совокупность ориентаций участников данной системы на политическую деятельность. Она определяла качественную сторону системы, специфику функционирования и эффективность ее деятельности.

Как свидетельствует опыт, при демократическом режиме доминирует т.н. активистский тип политической культуры (культура участия), для которого характерны активное включение граждан в политическую жизнь и проявление такой активности через выборы, группы интересов, политические партии, оказывающие влияние на процесс выработки политики и принятие управленческих решений . Наличие этого типа культуры свидетельствует о лояльном отношении граждан к политической системе, умелой артикуляции интересов и уважительном отношении к законам и принятым властью решениям. Оно является прочным фундаментом демократических политических режимов.

В отличие от Запада, в России складывался тип общественной системы, которая опиралась на иную культурную традицию, на фундаменте которой изначально не могли выстроиться многие ценности западноевропейской политической культуры, в том числе такие, как свобода действий индивида, склонность к состязательности, индивидуализм, критичность в отношении власти и взыскательность к правящей структуре и ряд других. Чтобы понять происходившие изменения в политической культуре, не вдаваясь в подробности этой сложной проблемы, рассмотрим, хотя бы в общих чертах, основы, на которых строилась политическая культура советского общества до начала радикальных реформ 90-х годов.



Советская политическая культура

В начале ХХ в. Россия стала ареной острейших столкновений между обществом и властью. В конечном итоге всеобщее недовольство, нерешенность проблемы власти и других оставшихся после революции 1905-1907 гг. вопросов – аграрного, рабочего, национального, состояние глубокого социального и политического кризиса, вызванного, наряду с другими причинами, участием России в Первой мировой войне, постоянное противоборство между субкультурами, переросшее в конфликт, патриархально-традиционной, охранительно-консервативной и либеральной – отличавшихся специфическими взглядами и различными предпочтениями и отношением к правящей власти, - все это в начале 1917 г. привело к революционному взрыву. Субкультура - система ценностей, моделей поведения, жизненного стиля какой-либо социальной группы, представляющая собой самостоятельное целостное образование в рамках доминирующей культуры. Произошел быстрый распад старой политической системы. Возникло двоевластие Советов и Временного правительства. В этом заключалась одна из главных особенностей февральской революции 1917 г. Новые органы власти неорганически взаимодействовали между собой и вместе с тем жестко противоборствовали. В этих условиях политическая культура приобретала дуалистический характер с ориентацией на различные системы ценностей. Если доминирующий социокультурный поток был втянут в активную общественно-политическую жизнь, как и прежде, содержал ценности коллективизма, соборности, справедливости, равенства и т.д., то либеральная субкультура, охватывавшая меньшинство населения, ориентировалась на ценности свободы и права человека, плюрализм, частную собственность, конкуренцию и рынок и иные демократические ценности и нормы. В ходе февральской революции были упразднены жандармерия, полиция и правление по печати, осуществлявшее в ту пору цензуру, дисциплинарные и уголовные суды. 1 сентября правительство провозгласило Россию республикой. Оно готовило выборы в Учредительное собрание, реформу местного самоуправления, земельную реформу. Была расширена система земельных комитетов, получили дальнейшее развитие права фабрично-заводских комитетов. Одной из своих задач правительство считало созыв Учредительного собрания. Предполагалось, что последнее изберет временного президента республики, который будет наделен законодательной инициативой. Намечалось создать сильную исполнительную власть и осуществить другие меры в сфере государственного строительства.

Однако осуществить поставленные задачи, как и достичь общего блага граждан, не удалось. В России каждая очередная попытка модернизации, как правило, порождала усиление политического радикализма. Этому, наряду с другими причинами способствовала политическая культура части населения, нерешенность конкретных социально-экономических задач, отсутствие правового самосознания, массовой приверженности граждан ценностям уважительного отношения к властям, традиционного законопослушания, убежденности в эволюционно-реформистском пути развития. Используя эти и другие факторы, сыгравшие важную роль в радикализации российского политического процесса, большевикам удалось установить свою власть и разрушить все проекты Временного правительства. Началась ломка старого государственного аппарата, создание новой политической системы с господством одной коммунистической идеологии и одной коммунистической партии, с сохранением у большинства населения в качестве общепринятых стандартов политического поведения подданнических политических ориентаций. В советский период политическая культура как культура тотальной зависимости населения от власти и постоянной демонстрации личной лояльности к ней имела свою динамику формирования: разрушались прежние общекультурные и общегражданские ценности и ориентиры населения; в противоположность политико-культурным ценностям, откристализованным за долгую историю западной демократией, складывались ценности и образцы массового политического поведения, которые были связаны со становлением в стране тоталитарного режима; жители страны, веками ориентировавшиеся по преимуществу на соборность, общинность, на нормы коллективистской морали при одновременной склонности к авторитаризму и сильному лидеру харизматического типа, воспитывались в духе преданности правящей партии, воплощавшей примат сильного государств перед индивидуальными целями и интересами личности; создавалась система, позволявшая контролировать процесс трансляции коммунистических идей во внутреннюю структуру общества и индивида; уничтожалась частная собственность, конкуренция, рынок, что предопределяла неразвитость индивидуальности, статуса личных притязаний, демократических институтов. Это было подкреплено тотальным контролем со стороны государства и правящей партии, исключавшим несанкционированную активность гражданина. До середины 80-х годов ХХ века в стране в условиях монополии КПСС на власть и коммунистической идеологии в качестве официальной доминировал гегемонистский тип политической социализации, предусматривавший единую систему политического воспитания. Вот почему идеи рынка, частной собственности, политической и экономической свободы, конкуренции, плюрализма, правового государства и гражданского общества, прочие идеи либеральной демократии не стали неотъемлемой частью политической культуры советского человека. Вместе с тем советский режим трансформировал многие черты русской культуры в ориентации на господствовавший характер власти в лице правящей компартии. Из предшествующих культур он вобрал в свою политическую культуру: самодержавные традиции управления, вождизм, как феномен культуры тотальной зависимости населения от власти, и как сущность персонифицированной власти, хотя и обличенной в иную форму; мессианство, превратив его в массовую идеологическую установку на мировую революцию, небюрократические ценности, включая ориентацию на господствующий характер власти, всеобщее единомыслие общественного сознания и нетерпимость к инакомыслию, отказ от принципов классической представительной демократии. Мессианство - религиозное учение о пришествии Божьего посланца (мессии), призванного установить справедливый и угодный Богу порядок. В древности и в средние века предводители народных движений иногда объявляли себя Мессией. Многие политологи, характеризуя политическую культуру советского периода как искусственно гомогенную, обращают также внимание на сохранение советским режимом таких черт русской культуры, как общинный характер, пассивность, религиозность, и мифологизированность сознания, которые трансформировались в советский коллективизм, в апатию, отсутствие ориентаций на вход в политическую систему , в наделение харизматическими чертами вождей, веру в построение светлого будущего . Но первым на это обратил внимание известный философ Н. Бердяев. По Н. Бердяеву, большевизм «воспользовался русскими традициями деспотического управления сверху и, вместо непривычной демократии, для которой не было навыков, провозгласил диктатуру, более схожую со старым царизмом; большевизм воспользовался «русским мессианизмом, всегда остающимся, хотя бы в бессознательной форме, русской верой в особые пути России»; он отрицал «свободы человека, которые и раньше неизвестны были народу, которые были привилегией лишь верхушки культурных слоев общества» большевизм воспользовался также «свойствами русской души, во всем противоположной секуляризированному буржуазному обществу, ее религиозностью, ее догматизмом и максимализмом, ее исканием социальной правды и царства Божьего на земле, ее способностью к жертвам и терпеливому несению страданий, но также к проявлениям грубости и жестокости». Кроме того, в большевизме соответствует «старым традициям» крайний этатизм, охватывающий «железными тисками жизнь огромной страны», «тоталитарность, требование целостной веры», полицейское государство, которое «по способам управления очень похоже на старое русское государство» и ряд других .

Для беднейших слоев населения казались оправдательными идеи Советов, революционного насилия, перекликавшимися с традициями общинных сходов и многочисленных бунтов. Изначально система созданных Советов, в которые избирались представители широких слоев общества, олицетворяла общую волю народа. Последняя вовлекалась в решение важнейших вопросов – войны и мира, собственности, земли, принципов организации власти и т.д. На этом этапе становления новой власти Советы выглядели в определенном смысле как демократические органы, выражающие власть народа, его волю. Но вскоре первоначальная благородная идея представительства рабочих, крестьян и солдат в Советах была деформирована, обернулась диктатурой. В условиях становления и господства одной коммунистической партии рожденные творчеством масс Советы постепенно стали приобретать чисто декоративный характер. Избирательный механизм, трактуемый в демократическом смысле слова, перестал работать, выборы как основа основ демократии и электоральное участие начали носить безальтернативный и сугубо мобилизационный характер; представители правящей компартии заняли в Советах, а также в экономических и военных структурах власти руководящие посты: идеологическо-репрессивный аппарат обеспечивал послушание и восторги властью; партийно-государственные структуры контролировали деятельность Советов, профсоюзов, комсомола и иных общественных организаций, которые, находясь под влиянием компартии, выражали не собственную, а официальную точку зрения. Анализируя функционирование подобной системы в национал-социалистической Германии, американский ученый Х. Арендт охарактеризовал ее как партийное государство. Это определение с некоторыми исключениями подходит и к политической системе, формировавшейся в советском обществе. Что же касается политической культуры, то, по своей основной модели, она была не либерально-демократической, а тоталитарно-авторитарной культурой с присущими ей характерными чертами. Формируемая «сверху» на безальтернативной основе, она отличались неразвитостью гражданских позиций, использовала подданнический тип политических ориентаций, включая приверженность такого отношения к государству, реальной (партийно-государственной) власти, к конкретному руководителю, средствам массовой информации.

Развитие в советской стране политической системы с присущей ей политической культурой и механизма государственной власти явилось попыткой реализовать общетеоретические принципы, выдвинутые основоположниками марксизма .

Таким образом, подытоживая вышеизложенное, можно сделать следующие выводы. В целом советская политическая культура, формируемая властью, отличалась устойчивостью стереотипов и системы ценностей, преобладанием тоталитарных и авторитарных начал, приоритетностью коллективистских качеств советского гражданина, ориентацией на революционные методы преобразования, а также замкнутостью культурного пространства и самоизолированностью от внешнего мира. Она характеризовалась воспроизведением устойчивых образцов подданнического типа политического поведения и политических ориентаций, во многом отторгала предпосылки гражданского общества, оказалась несовместимой со многими политическими институтами и общепринятыми ценностями демократического режима. Такие либерально-демократические ценности как права человека, гражданское общество, правовое государство в секторе политических предпочтений в советском обществе оказались отодвинутыми на задний план. Общество оказалось расколотым на две разные силы – «новый класс», «партийно-государственную и хозяйственную номенклатуру» с иерархией должностей сверху донизу при отсутствии должной обратной связи между массой народа и такими руководителями, и всех остальных граждан, в массовом сознании которых преобладала устойчивая система ценностей. У значительной части населения сохранялась убежденность в превосходстве социализма как общественно-политической системы над капитализмом, идущего якобы ложной дорогой, отличной от пути, избранного СССР и другими социалистическими странами. Сохранение у нее убежденности в превосходстве социализма, а также сильной власти Центра, активное использование этой властью для политического воспитания масс ценностей коммунистической идеологии, выступающей в качестве официальной государственной идеологии, во многом предопределили слабость либеральной индивидуалистической субкультуры. Попытки модернизировать систему в годы «перестройки», хотя и повлияли на либерализацию общественных отношений, заметно не изменили ценности и образцы политического поведения граждан. К тому же горбачевская политическая система фактически оказалась «глухой» относительно требований граждан. Она не реагировала на их растущие запросы. В результате усиливались апатия и отчужденность масс от политики и правящей власти.



Тенденции развития политической культуры в 1990-е гг.

Культурная жизнь страны во второй половине 90-х годов представляла собой сложное и противоречивое явление. С одной стороны, в ее сфере действовала разрушительная тенденция, обусловленная неудачным этапом радикальных реформ, с другой – существовала, но пока слабо проявлялась тенденция к созиданию, возрождению и развитию новых организационных форм художественного творчества и ряд других, забытых исторических и культурных традиций.

Первая тенденция нашла свое воплощение в углублении кризисного состояния сферы культуры, что было во многом обусловлено отсутствием ее должного финансирования, сокращением государственной поддержки науки, образования, культуры и искусства. В результате произошло падение престижа и социального статуса работников умственного труда. Большие трудности переживала фундаментальная наука, вынужденная отступить с достигнутых рубежей, наблюдался отток из России высококвалифицированных кадров. Многие научные разработки не могли быть внедрены в производство, в духовной жизни накапливались негативные явления. Сложным оставалось положение в других сферах культуры, вынужденным приспосабливаться к противоречивым процессам становления рыночных отношений. Это касалось здравоохранения, просвещения, образования, уровень которого является важным критерием социальной стратификации, одним из главных каналов вертикальной мобильности общества. Мобильность общества - изменение индивидами или группами лиц места, занимаемого в социальной структуре, перемещение из одного социального слоя в другой. Различают вертикальную и горизонтальную социальную мобильность. Но если в советский период получение высшего образования было доступно для широких слоев населения, то в годы ельцинского правления большинство граждан не могло позволить себе платное высшее образование для своих детей, такие возможности уменьшались, хотя образование в условиях становления рыночной экономики и новой политической системы становилось все более функционально важным.

Беспокойство в обществе вызывали отсутствие продуманной и последовательной системы воспитания молодежи, снижение государственной поддержки науки и образования, их коммерциализация, разлагающее влияние низкопробных западных сериалов, кинобоевиков, рекламы и т.д.

С крушением монополии КПСС на власть и коммунистическую идеологию старые политические нормы и ценности, вошедшие в массовое сознание и поведение россиян, были дискредитированы. Так, детские, юношеские и молодежные организации переживали экономический и идеологический кризис, они не имели возможности предметно, эффективно заниматься проблемами воспитания. Аналогичная ситуация складывалась и со многими другими институтами политической социализации.

Другая трудность на пути формирования новой демократической политической культуры заключалась в том, что общество оказалось в состоянии анемии. Прежние стереотипы и система ценностей, сформированные советским режимом, хотя и были, как отмечалось, дискредитированы, но, во-первых, на них еще ориентировалась значительная часть населения; во-вторых, они во многом отторгали новые ценности и нормы, порождая психологический дискомфорт у части граждан; в-третьих, и это важно подчеркнуть, само общество оказалось не готово «переварить» и усвоить «новое западничество», либеральные ценности и привыкнуть к новым стандартам жизни еще и потому, что декларация демократических ценностей осуществлялась в условиях постоянного падения уровня жизни большинства населения. Западничество - направление русской общественной мысли и политической идеологии, ориентированное на европейские ценности и отрицающее идею особой самобытности, своеобразия и уникальности исторических судеб России. В результате росла зависимость политических представлений, норм, ценностей и стандартов политического поведения от материального положения конкретных субъектов-носителей политической культуры. Оказавшись в условиях деформированного, «криминального рынка», часть населения отторгала либеральные ценности, вновь востребованными оказались, в первую очередь, ценности социальной защищенности, справедливости, равенства и другие. Отсюда – надежда граждан на «сильную власть» и «сильное государство», способное обеспечить наведение порядка и удовлетворить их материальные условия. Однако спасения от власти не дождались. Граждане все больше разочаровывались в ней, в политической элите, принадлежавшей к разным ветвям власти, к политическим партиям разных зон политического спектра. Августовский кризис 1998 г. не изменил, а только укрепил эту тенденцию. Большинство россиян пришло к однозначному выводу: если им удалось выжить и добиться чего-то в этой жизни, то только благодаря собственным усилиям. Так, общественное сознание, приспосабливаясь к новым условиям, претерпело очередную коренную ломку. Все это способствовало, с одной стороны, формированию конфронтационного подхода в утверждении преобладания того или иного типа политических ориентаций, а с другой – преодолению чувства растерянности, неустроенности, которые владели обществом до победы Б. Ельцина на президентских выборах 1996 г., когда стало ясно, что поворота назад не будет. Попытки найти выход из данного противоречия либерализации в России путем синтеза норм и ценностей, в том числе преобладавших в реально существовавшем массовом сознании и поведении, не привели к ожидаемому результату. К тому же, политика гражданского согласия, провозглашенная Президентом РФ, как отмечалось, провалилась, так и не став основой для консолидации всех конструктивных политических сил, всего общества.

Отметим еще одну трудность на пути формирования демократической либеральной идеологии. Общество не только было анемично, но и оказалось, как отмечалось, не готовым «переварить» и усвоить «новое западничество», в нем не достигли согласия, и долгое время было неясным, «что составляет цель воспитания». В этой связи предстояло ответить на вопросы: какие ценности могут заменить прежние, что будет представлять новая система различного воспитания, на основе каких идей возможно достижение общественного согласия, консенсус общества, как и на какой основе в новых условиях будет осуществляться процесс вхождения граждан в политику, будет ли власть навязывать «свои» ценности или выбор ценностей и идеалов должен быть свободным и независимым от вмешательства и влияния власти.

Серьезной проблемой было отсутствие в России развитого гражданского общества, отработанной системы новой политической социализации, способной заменить прежнюю. Институты же публичной власти слабо влияли на воспитательный процесс.

Казалось бы, что в этих условиях важную роль должны были сыграть политические партии и средства массовой информации, концентрировавшие в своих руках большие возможности по формированию новых политических предпочтений граждан, внедрению в массовое сознание и поведение демократических норм и ценностей. Но, как отмечалось, партийная система находилась в стадии становления, сами партии, за редким исключением, не являлись партиями в строгом смысле словами, они были больше заняты «обслуживанием» своих групповых интересов, чем проблемами политической социализации и изменением ее качественных параметров. Поэтому партии не могли в полной мере выполнить те политические функции, которые призваны осуществлять.

Что же касается СМИ, то и они в условиях деформированности рынка не смогли качественно выполнять сложную задачу по трансляции новых ценностей и целей во внутреннюю структуру личности, формированию ответственного субъекта российской политики. К тому же со страниц периодических изданий не сходили определения и характеристики, которые отражали такие негативные явления общественной жизни, как беспредел, безвластие, беззаконие. На этой основе вопреки провозглашенным целям относительно неуклонного повышения благосостояния граждан, которые на начальном этапе обеспечивали постсоветскому режиму поддержку, росла политическая апатия, отчуждение, неверие во властные структуры. Примерно свыше 50% взрослого населения, по данным одного из опросов общественного мнения, проведенного в 1996 г., не доверяли ни одному из общественных институтов, а за продолжение рыночных реформ выступали около 20% опрошенных. Самые низкие оценки по критерию доверия к власти имели такие ее важнейшие институты, как Совет Федерации, Правительство, Государственная Дума, Президент. Около 60% населения страны в представителях власти, в любых претендентах на нее вообще не видели выразителей своих интересов. Но, несмотря на условность этих и других показателей и низкие оценки различных властных структур, в своем большинстве граждане России надежды на улучшение своего материального положения связывали с государством. Именно от него, как отмечалось, они ждали помощи и содействия в решении своих социальных проблем.

Вместе с тем в противовес этим негативным явлениям в общественной жизни постепенно возникала новая социальная динамика. Хотя многие процессы культурного развития не были завершены, появлялись новые импульсы для развития культуры, расширения сферы художественного творчества, политического участия граждан. С ростом международных политических и экономических связей России ширились ее контакты с европейскими странами, предпринимались активные действия по развитию культурных связей, проведению художественных выставок, музыкальных, теле- и кинофестивалей и т.д. Положительным явлением и фактором культурного развития стало использование новейших информационных технологий и ряда других. В условиях расширявшейся свободы, демократии и становления «нормальных» рыночных отношений изменились формы выражения, способы формирования и содержание политической культуры, что нашло выражение, в частности, в развитии творческих начал граждан, их склонности к социальной и политической активности, формированию групп по интересам и т.д. Как видим, политическая культура в России как часть общей культуры, духовной культуры народа, вбирая в себя демократические элементы старой культуры и преодолевая ее тоталитарные стороны, испытывала на себе противоречивое воздействие различных тенденций. Одна из них проявлялась в демократизации на базе новых общественных отношений, расширяющей все усиливавшуюся потребность в политическом развитии граждан, в их активном включении в политику и росте самосознания. Эта тенденция находила наиболее отчетливое отражение в демократизации, прежде всего самой политической системы в целом. Противоположная тенденция была направлена к развитию разных форм отчуждения человека от политики и власти вообще. В условиях падения жизненного уровня и крушения прежних идеалов она проявлялась в апатии граждан, неверии в официальную политику, абсентизме, в падении поддержки социально-политических институтов, в том числе, политических партий.

Подводя итог, можно сказать, что наиболее важными особенностями российской политической культуры, рассматриваемой через призму устойчивых установок, ценностей и стандартов политического поведения россиян в 1990-х гг., являлись следующие. В условиях экономических и политических преобразований характерной особенностью политической культуры в России являлось наличие в ней черт переходности. На характер политической культуры, массовое сознание и поведение россиян оказал влияние сам процесс перехода общества к демократии и рыночным отношениям. В ней, с одной стороны, сохранились некоторые прежние нормы и ценности, а с другой – появились и начали функционировать новые, общепринятые демократические.

Подобно другим странам, переживавшим состояние переходности, процесс становления демократической политической культуры, не завершенный в своей основе, приобретал новые черты и проблемы: во-первых, он изначально характеризовался размытостью прежних политических ценностей и норм, во-вторых, его отличительной особенностью была слабость консолидирующих основ общественной жизни, несовместимость политических субкультур, партий и движений, что делало особенно актуальной проблему достижения консенсуса в обществе на базе согласованных норм; в-третьих, задачи предстояло решать в области политической социализации и создания ее новой системы; в-четвертых, поскольку партийная система находилась в самом начале своего становления, и, следовательно, отсутствовала равновесная устойчивая система, как это имеет место в странах западной демократии с богатым опытом политического плюрализма, то проблемы партийного строительства приобретали особую актуальность. В России проблему создания равновесной устойчивой системы власти попытались решить, как отмечалось, административным способом путем создания системы из двух партий (без крайних «левых» и крайних «правых»), которые смогли бы включить в себя большую часть политически активного населения и расширить тем самым социальную базу правящего режима, обеспечив последнему необходимую политическую поддержку. Но эта попытка тогда не увенчалась успехом.

По степени ориентации граждан на участие в политической жизни в России, характеризующей сознание и поведение основной массы россиян, выделялся подданнический тип политических ориентаций. Носителей этого типа культуры отличали отсутствие активной гражданской позиции, невысокий уровень индивидуальной активности, ориентация на государство как политический институт, способный решить жизненно важные проблемы граждан. Перманентные волны социальных ожиданий и разочарований, новые стандарты жизни, к которым должны были привыкать россияне, оказывали все большее влияние на формирование наиболее типичных образцов и правил политического поведения, на процесс взаимодействия власти, общества и граждан. Устойчивые политические ориентации подданнического типа большинства населения страны, с которыми непредвиденно столкнулся постсоветский режим, тормозили процесс осуществления преобразований в России, который с самого начала приобрел конфликтный характер. Прежняя система ценностей пришла в резкое несоответствие с провозглашенными целями и реформами. Происходила деформация представлений россиян об общественном благе, равенстве, справедливости самой власти. Социально-экономический кризис и рост недовольства многих слоев общества придавали конфликтности новые качества: непримиримость, насилие, порой агрессивность. В условиях, когда большинство населения имели доходы ниже среднего уровня, развивалось не стремление граждан к активному политическому участию и взаимодействию с властью, а ориентация на свои непосредственные интересы, тяга к разрешению социальных проблем и улучшению материального благосостояния. И хотя часть российского общества была близка к позициям гражданской политической культуры и своим политическим поведением выражала и защищала интересы правящего политического режима, однако в целом в России все же превалировал подданнический тип политической культуры советского образца.

Отличительной чертой политической культуры был синтез разнородных политических норм, ценностей, установок и существенно различавшихся по форме и содержанию стандартов политического поведения, что было связано также с состоянием переходности общества. На этой основе в части российского общества происходила ценностная переориентация, появлялись новые модернизированные идеи либерально-демократической модели культуры, необходимые демократическому развитию. И именно эта часть общества оказывала социокультурную поддержку демократическим преобразованиям. Но, как показывает опыт высокоразвитых демократических стран, во-первых, «перенос» передовых идей, способных привиться в массовом сознании и политическом поведении, на новую почву не должен быть искусственным; во-вторых, не менее актуальным является учет менталитета граждан, элементов и наиболее существенных ценностей, присущих национально-традиционалистской политической культуре; в-третьих, политическая культура как компонент политической системы должна быть ориентирована на режим политического процесса, выводивший систему за рамки сложившихся взаимоотношений граждан и институтов власти. Речь идет об обеспечении протекания политического процесса в режиме развития, а не упадка и распада, как это имело место в годы перестройки; в-четвертых, необходима разработка и внедрение в общество общих принципов согласия, компромисса, диалога, получение конкретных результатов реформ; в-пятых, принципиально важно способствовать становлению среднего класса, ибо опыт подтверждает, что чаще всего стабильно и разумно поведение именно этого класса при уровне распространенности развитой модели политической культуры (культуры участия) от 60% и выше. Это означает, что средний класс должен стать опорой формирующегося гражданского общества, социальной основой политической стабильности; большинство населения должно быть активно вовлечено в политическую жизнь и оказывать влияние на все стадии политического процесса. Такие проблемы России еще предстояло решить.

Характерной особенностью политической культуры являлся ее конфликтно-фрагментарный характер, отсутствие фундаментальных общеприемлемых для общества норм и ценностей, установок и стандартов политического поведения. В России превалировала не политическая культура согласия, а конфликтная политическая культура, построенная на коллизии различных субкультур, на противоборствующих под воздействием радикальных реформ тенденциях, прежде всего, в социальной сфере. Фрагментарность политической культуры, подтверждающая состояние переходности общества, находила выражение в отсутствии согласия и наличии непримиримых позиций в вопросах стратегии развития, взаимодействия власти и общества, сложившейся системе социального неравенства (по уровню дохода, образования, престижа профессий, властных полномочий). Прежняя политическая культура плохо коррелировалась с теми изменениями в экономической и политической системах, которые происходили в начале и середине 1990-х гг. Но после 1993 г. уже не было массовых радикальных протестов, факторы, подпитывавшие конфликтность, для которой имелись все основания, стали ослабевать. В контексте с этим происходило неизбежное изменение содержательного характера политических установок и политического поведения граждан. В массовом сознании последних все активнее входили новые политические ценности, набирали силу субкультуры, ориентированные на либеральные ценности и установки, что и подтвердили очередные президентские и думские выборы.

Еще одной существенной чертой политической культуры в России является наличие этатизма. Политическая культура в России демонстрировала главенствующую роль государственных институтов в организации политической жизни и определении условий политического участия россиян. Россия была и оставалась ориентированной на харизму вождя, бюрократию государства, культ персонифицированной власти. Неизбежные атрибуты и следствие такой власти – демонстрация личной лояльности, клиентальная (личная) и тотальная зависимость от нее населения, концентрация в одних руках большого объема полномочий, отсутствие реальных рычагов контроля за ее деятельностью и ряд других. Выступая как самоценность в условиях отсутствия зрелого гражданского общества, она рассматривалась как средство получения материальных благ, обогащения, удовлетворения преимущественно своих личных потребностей. В Послании (1997 г.) Президента Российской Федерации Федеральному Собранию «Порядок во власти – порядок в стране» содержалась констатация, что «большая часть жителей России недовольна сегодняшним днем и боится завтрашнего», а в «отношениях государства и общества начинает доминировать взаимное недоверие». В нем отмечалось, что «настоящим бичом» стало необоснованное раздувание штатов государственного аппарата. С 1991 г. численность последнего возросла в 1,5 раза. В этой связи с Послании Президента ставились конкретные задачи по наведению порядка во власти, в том числе усиление контрольных функций государства, создание условий для реального гражданского контроля за деятельностью органов государственной власти. Речь шла о предоставлении возможности гражданам, общественным объединениям воздействовать на деятельность органов власти, не вмешиваясь в их оперативные функции. Но все это только предстояло в России осуществить. Из вышеизложенного следует два вывода. Первый состоит в том, что политическая культура выступала важным фактором воспроизводства политической жизни и существенной характеристикой политической практики российских граждан.

Второй вывод заключается в том, что в условиях переходного периода политическая культура представляла собой картину постоянного противоборства старого, отжившего и нового, передового, либеральных и патриархально-традиционалистских ценностей. По своему характеру она носила фрагментарно-конфликтный характер, формировала конфронтационный подход, что осложняло и освоение опыта демократического развития, в том числе опыта других стран, предполагала тяготение к скачкообразным, нередко радикальным методам преобразований общества. По своим источникам и формам выражения она становилась все более дифференцированной, учитывавшей исконные ценности и достижения других цивилизаций. Становилось все более очевидным, что, являясь величайшим достижением мировой цивилизации, российская культура и ее составная часть - политическая культура будущего – это культура компромисса, синтеза, сплава общепризнанных в мире ценностей с национально-специфическими особенностями, чертами и традициями.



Последний год «ельцинского правления»

1999 г. занял особое место в российской политической истории. Заканчивался девятый год реформ, ознаменовавшихся огромными изменениями в России. За эти годы сформировались основы рыночной экономики, утвердились многие демократические политические институты и ценности. Но процессы преобразований в эти годы проходили сложно, противоречиво, «шоковая терапия» имела разрушительные политические и социальные последствия, наивысшего накала достигала острота противоречий в политической системе, общество на годы вперед входило в полосу переходного состояния. И в последний год «ельцинского правления» движение страны к новому качеству проходило в обстановке то затухавшей, то вновь обострявшейся напряженности политической борьбы, хотя в итоге стране и удалось выйти на дорогу относительной стабильности.



Экономическое состояние

После кризиса 17 августа 1998 г. на протяжении 1999 г. в экономической жизни России стали возникать новые явления, Россия по-прежнему оставалась перед выбором собственного пути экономического развития. Анализ состояния дел в экономике  показывал, что они состояли в следующем.

1. Преодолев наиболее острые последствия финансового и экономического кризиса, страна вступила в полосу заметного оживления экономики. Антикризисные меры, предпринятые правительством Е. Примакова, неоднократно высказывавшим критику прежнего курса реформ, приватизации, намерения его кабинета возродить реальный сектор экономики, дали некоторые позитивные результаты. Набирали силу тенденции оживления в промышленном производстве. Уже с конца первого квартала объем выпускаемой продукции по сравнению соответственно с помесячными объемами производства первой половины 1998 г. стал возрастать : март – 101,4%, апрель – 101,5%, май – 106,1%, июнь – 109%. А вот динамика роста в химической и нефтехимической промышленности: 112,1 %, 113,6 %, 119,4%, 124,1% соответственно); в машиностроении и металлообработке - 103,9%, 102,9%, 112,8%, 115,3%; в промышленности строительных материалов - 108,7%, 103,2%, 110,7%, 109,5%; в микробиологической промышленности (109,1%, 112,3%, 147,2%, 172,7%), в пищевой промышленности (100,5%, 109,8%, 105,6%, 115%). В целом экономический рост в 1999 г. составил 3,5%. Оживление в реальном секторе экономики было обусловлено не только девальвацией рубля и высокими ценами на сырьевые товары на мировом рынке. Подавляющее большинство предприятий сумели выжить, освоить рыночную действительность, приспособиться к деформированной расчетно-платежной системе, которая усилиями государства стала восстанавливаться. На протяжении первых трех кварталов 1999 г. финансовое положение предприятий улучшалось.

2. Устойчивые тенденции наметились в процессах децентрализации управления экономикой, когда многие губернаторы независимо от общеэкономической ситуации, освоив законы выживания в рыночных условиях, сумели с учетом местных социально-экономических особенностей найти подход к восстановлению рыночной экономики, завоевали определенные позиции на внутреннем рынке и добились определенных успехов. В декабре 1998 г. рост промышленного производства имели всего 29 регионов, а их доля в общероссийском объеме производства составляла 30,9%, в марте 1999 г. таких регионов было уже 59, и их доля поднялась до 60,4%. В мае промышленный рост имел место в 70 из 89 регионов России, и доля этих регионов в объеме произведенной продукции составляла 93,65%. Принятый в марте 1998 г. новый Закон о банкротстве предприятий существенно увеличил количество банкротств (с 2 тыс. в 1997 г., когда действовал первый Закон о банкротстве 1992 г. до 8 тыс. в 1999 г.). Руководители предприятий вместе с губернаторами стали использовать процедуру банкротства для «экспроприации» собственности у федерального правительства и присвоения средств внешних инвесторов. Значительная группа субъектов федерации даже в условиях разразившегося кризиса вообще не имела промышленного спада. Правительство внушало губернаторам идеи подчинения субъектов федерации центру, необходимости их укрупнения, избрания глав субъектов федерации местными законодательными органами. Свидетельство тому - выступление Е. Примакова на заседании Координационного совета ассоциации экономического взаимодействия «Северо-Запад», состоявшегося в Петербурге в феврале 1999 г.

3. В отличие от денежной приватизации (1 июля 1994-1998 гг.) в 1999 г. осуществлялась приватизация по индивидуальным проектам, отмечалась заметная регионализация приватизационного процесса в политических целях. Развивался процесс преобразования государственных унитарных предприятий и находившихся в федеральной собственности долей в уставном капитале хозяйственных обществ в акционерные общества, что упрощало порядок их приватизации и содействовало широкому распространению т.н. «инсайдерской собственности», т.е. собственности работников и администраций предприятий. По данным проведенного обследования предприятий, в 1999 г. доля работников компаний среди держателей их акций находилась на достаточно высоком уровне и составляла в среднем 46 процентов акций. Самой влиятельной категорией корпоративных собственников были менеджеры, владевшие 15% акций. В 1999 г. в России имело место и отмечалось такое заметное явление, как консолидация и дальнейшее интенсивное перераспределение собственности между крупнейшими финансовыми альянсами и компаниями. В конкретных условиях страны оно означало: во-первых, дальнейшую приватизацию и процесс раздела чужой собственности с применением порой незаконных действий одних лидеров бизнеса и компаний против других; во-вторых, экспроприацию мелких акционеров; в-третьих, осуществление нежелательных банкротств. В этой связи отметим, что приватизационных скандалов не удалось избежать ни одному правительству. Примечательно также и то, что в первой половине 1999 г. процесс приватизации сырьевых отраслей, имевших потенциал выживания, приостановился, он как бы на время был приостановлен.

4. Характерной особенностью корпоративного управления в России было развитие финансово-промышленных групп (ФПГ), в состав которых входили доминирующий банк или банки и несколько промышленных и иных предприятий. В первой половине 1999 г. было зарегистрировано 87 ФПГ, из них 60% являлись региональными, 25 – межрегиональными,
6 – транснациональными и 9% из числа ФПГ осуществляли свою деятельность в государствах СНГ. На долю ФПГ в 1998 г. приходилось 4,4% ВНП, около 10% промышленного производства, они объединили 2 тыс. юридических лиц с общей численностью 4 млн чел. ФПГ, объединяя банки, промышленные, научные, финансовые и торговые компании, обладали в 1999 г. огромным политическим влиянием. Контролируя средства массовой информации, имея представительства во власти, они обладали широкими возможностями по финансированию различных политических компаний.

5. Усиливалась роль федеральных и региональных банков в проведении налоговых и других платежей, контролируемых государством. После кризиса 17 августа сократилась сеть коммерческих и полукоммерческих банков, обострился вопрос о государственном контроле за прохождением государственных денег. Функции рухнувших банков перенимали чисто государственные структуры. По оценкам Министерства налогов и сборов, в т.н. «мертвых» проблемных частных банках, уполномоченных на работу с теми или иными государственными финансами, «зависли» многие миллиарды рублей, едва ли не месячный объем налоговых сборов, с чем не могли мириться соответствующие структуры власти. В этих условиях многие банки, чтобы выжить и сохранить для себя финансовые потоки, изъявили желание стать банками с государственным участием. Так, Альфа-банк предложил 25-процентный пакет своих акций государству, произошло слияние Мост-банка с банком Москвы, подконтрольным столичному правительству, и т.д. Правительству было рекомендовано изучить проблему перевода государственных учреждений и контролируемых государством акционерных обществ на обслуживание исключительно в госбанки. Это касалось той части обслуживания, которая не охватывалась органами федерального казначейства.

6. Новый момент и новая задача заключались в совершенствовании методов государственного регулирования в целях преодоления негативных проявлений рынка. На актуальность этой задачи указал Президент РФ в своем очередном (пятом) Послании Федеральному Собранию. Общество, на наш взгляд, нуждалось в регулировании несовершенного российского рынка, оказавшегося неспособным к саморегулированию, к противодействию разграблению собственности и превращению рыночных отношений в криминальные, когда монополистические структуры, имевшие доступ через свои связи к финансам государства, вступали в союз с его структурами. Однако реальная степень государственного воздействия на экономику, о которой можно судить по доле федерального бюджета в ВВП, была незначительной. По данным доктора экономических наук Б. Райзберга, в 1999 г. она составляла всего 10% в то время как эта доля в США превышала 25%, во Франции – 40%, в Швеции – 50% .

7. Новым приоритетом была признана конкурентоспособность России во внешнем мире.

Таким образом, можно констатировать, что в целом в 1999 г. российская экономика развивалась успешно.

Об этом свидетельствуют данные, помещенные в приведенную таблицу 6.

Таблица 6

Основные показатели развития российской экономики (1996-1999 гг.), %

Показатель

1996 г.

1997 г.

1998 г.

1999 г.

ВВП

-3,5

0,8

-4,9

3,5

Промышленное производство

-4,0

1,9

-5,2

8,1

Инвестиции в основной капитал

-1,8

-5

-6,7

1,0

Инфляция

22,0

11,0

84,0

36,5

Денежная масса М2

30,0

29,5

36,3

57,2

 

Анализ состояния дел в экономике показывал, что на протяжении всего года набирали силу тенденции оживления в промышленном производстве, отмеченные еще в 1997 г. и первой половине 1998 г. Многие предприятия, выжив в рыночных условиях, завоевали определенные позиции на внутреннем рынке, приспособились к деформированной расчетно-платежной системе. Прежде всего, это касалось обрабатывающих отраслей промышленности.



Политическое состояние. Кризис власти

По мере достижения экономической стабильности активизировалась политическая жизнь страны, подчиненная, прежде всего, парламентским выборам 1999 г. и президентским - 2000 г. На основе расширения демократии в обществе возросла активность политических партий и движений, в деятельности которых доминировали явно эволюционные, а не революционные мотивы. Этот процесс отражал объективную историческую и социальную потребность общества в дальнейшем демократическом развитии. К январю 1999 г. Минюст зарегистрировал почти
300 партий и движений – больше, чем в любой другой европейской стране . Конечно, не все из них считались организациями, которые мы сегодня называем политическими партиями, большинство из них были, как отмечалось, малочисленны, не имели собственной программы действий, отличались по своим функциям, способам организации и деятельности, отсутствием широкой сети партийных организаций. Но большинство из них все же отражало состояние умов различных слоев общества, прежде всего, российской интеллигенции. Их характерными чертами являлась подчеркнутая прагматичность и постоянная нацеленность на электоральный процесс. В России действовали, как и в начале ХХ в., либерально-демократическое, коммунистическое, социалистическое и традиционно-консервативное направления. По мере приближения выборов основные политические силы, как отмечалось, условно распределялись следующим образом: пропрезидентский блок «Единство» во главе с С. Шойгу, блок патриотических сил, основой которого стали коммунисты, влиятельный блок «Отечество – Вся Россия!» (ОВР), а также стоявшие особняком левоцентристское движение «Яблоко» Г. Явлинского и либеральные демократы во главе с В. Жириновским. Вместе с тем в 1999 г. начался новый тур противоборства власти с оппозицией, проявившей свои «родовые» черты – традиционную конфронтационность, историческое нетерпение, нетерпимость к инакомыслию, постоянные размежевания и конкуренция при отсутствии взвешенной программы системных преобразований. Страна фактически перманентно переживала политические кризисы, обусловленные внутренними конфликтами и противоречиями, и, прежде всего, правительственный кризис, парламентский кризис, выразившиеся в остром противоборстве с оппозицией, исполнительной властью, конституционный кризис, как невыполнение положений Конституции РФ в отдельных субъектах федерации, кризис распределения, характеризовавшийся неспособностью правительства обеспечить приемлемый для общества рост материального благосостояния и др.



Информационные скандалы

Первые месяцы 1999 г. ознаменовались очередным президентским «недомоганием» и снижением активности Б. Ельцина. В то же время они были ознаменованы многими коллизиями в верхних эшелонах власти, информационными войнами и скандалами, во многом связанными с попытками главы правительства пресечь злоупотребления и оттеснить от рычагов власти влиятельных олигархов, входивших в «семью» и влиявших на принятие властных решений в свою пользу. Б. Березовскому, имевшему в то время репутацию самого влиятельного члена «семьи» из президентского окружения. Е. Примаков порекомендовал «не лезть» в российскую политику. Одновременно Генеральная прокуратура возбудила ряд уголовных дел против компаний, тесно связанных с этим влиятельным олигархом. Из «Аэрофлота» уволили верных ему сотрудников, вслед за тем спецназ прошел рейдом по офисам «Сибнефти». В конце января - начале февраля в некоторых газетах были опубликованы материалы против Б. Березовского, в частности,
12 февраля «Московский комсомолец» опубликовал выдержки из его телефонных разговоров с
Т. Дьяченко, С. Доренко и И. Шабдурасуловым, свидетельствовавшие о стремлении олигарха влиять на структуры власти. Автор статьи под названием «Секретарь – «Длинное Ухо» доказывал, что, «под колпаком» Б. Березовского оказались многие деятели, даже его лучшие друзья. Что же касается его частного охранного предприятия «Атолл», то оно якобы «разрабатывало» для будущей компрометации известных политиков. По этой и другим причинам Б. Березовский главным политическим противником считал Е. Примакова, а также Ю. Лужкова, неоднократно ставившего в своих высказываниях под сомнение правомерность происхождения его капиталов.

Спустя некоторое время влиятельный олигарх решил нанести контрудар: 30 января на экран вернулся ведущий политический обозреватель и публицист ОРТ С. Доренко. Используя «компромат» и неподтвержденные судом те или иные «противоправные факты», выдававшиеся за абсолютную истину», С. Доренко стал наносить тяжелые удары по главным противникам Б. Березовского. В компьютерную сеть вбрасывались сенсационные данные различного рода, компроматы на многих известных политиков. Ответный удар последовал и по Генеральному прокурору России Ю. Скуратову, под руководством которого Генеральная прокуратура начала следственные действия в отношении некоторых компаний олигархов. Обвиненному в недостойном поведении Генпрокурору Ю.Скуратову в ночь с 1 на 2 апреля после того, как была допрошена одна из женщин легкого поведения, по государственному каналу была показана видеопленка, на которой в кампании таких девиц был изображен человек, внешне напоминавший Генпрокурора России. Против Ю. Скуратова было возбуждено уголовное дело по статье о злоупотреблении должностными полномочиями. Подконтрольные Кремлю СМИ как по команде немедленно переориентировались с информации на пропаганду и обвинения Генпрокурора. Однако в своем большинстве общество, многие политические и региональные лидеры, Совет Федерации все акции Кремля против Ю. Скуратова восприняли как волеизъявление семьи, что, впрочем, подтвердило и обсуждение данной проблемы в Федеральном Собрании.

В начале 1999 г. власти вновь поставили вопрос об общественном согласии. В январе Е. Примаков направил в Госдуму проект пакта о политическом согласии, ориентированный, прежде всего, на интересы правительства. Этот проект предусматривал гарантии правительству от его роспуска как со стороны президента, так и парламента. Такой пакт не был поддержан многими политическими фракциями, скоро борьба за его заключение перешла в вялотекущую стадию. Руководство КПРФ, например, считало, что эта затея, даже если будет подписан соответствующий документ, обречена на провал, ибо примирение в обществе представляет собой сложный, не поддающийся никаким постановлениям процесс, основанный на почве укрепления социальной справедливости в обществе.

Вслед за тем премьер выступил со спорным проектом воссоздания «вертикали исполнительной власти». «Рано или поздно, - утверждал он, - но губернаторы будут предлагаться президентом и избираться законодательным собранием. По этой же схеме могут быть устроены местные органы власти». Тенденции на воссоздание вертикали власти не получили поддержки в регионах. Стали раздаваться голоса протеста, прежде всего, из автономий, затем и несколько влиятельных губернаторов отклонили этот проект. В результате провала этой инициативы
Е. Примаков нанес удар по собственным позициям в регионах. Если учесть, что многие предложения и возможные спорные в тех условиях проекты, выдвинутые Е. Примаковым, были отвергнуты Президентом РФ, то уже в феврале-марте смена или, по крайней мере, «чистка» всего кабинета считалась делом почти решенным. К тому же отсутствовала серьезная программа выхода из кризиса, медленно осуществлялась реструктуризация долгов. Правящая элита, президентское окружение, опасаясь за свои позиции, почувствовав смутную тревогу, связанную с возможным альянсом премьера правительства с Госдумой, а также с открытым отстаиванием им своей «автономности», с попытками противостояния лоббистскому напору, стремилась к «разжалованию» премьера, осуществлению «чистки» кабинета от «левых» министров и всех тех, кто занимал самостоятельную позицию в исполнительной власти. Вот как выразил Президент РФ в очередном послании Федеральному Собранию свое отношение к правительству Е. Примакова: «Некоторые зовут в экономике, - отмечал Б. Ельцин, - к «холодной войне», призывают к назначению губернаторов. Фактически это программа реванша». Раздражало Президента и его окружение, и обстоятельство, связанное с чересчур долгим решением премьера правительства относительно обнародования позиции по отставке Генерального прокурора и по импичменту. Только 8 апреля управление правительственной информации официально заявило, что Е. Примаков и правительство выступают категорически против импичмента Президента Б. Ельцина. Но пока премьер устоял. Более того, в своем выступлении 9 апреля Б. Ельцин гарантировал премьерство Е. Примакову до 2000 г. Спустя три дня, 12 апреля Е. Примаков почувствовал себя оскорбленным и заявил, что в премьерское кресло он «не вцепился», тем более, когда устанавливают временные рамки его работы. Становилось все более очевидным, что, если Е. Примакову не удастся договориться с Госдумой, с которой он провозгласил дружбу, относительно голосования по импичменту, то Президент подпишет указ об его отставке и всего кабинета. Так, собственно, и случилось. В мае произошел очередной правительственный кризис. 11 мая выяснилось, что голосования по импичменту Президента избежать не удастся. На следующий день, 12 мая, был обнародован Указ об отставке Е. Примакова, обладавшего к тому времени высоким уровнем доверия россиян. По данным некоторых опросов, деятельность премьера устраивала 65 % респондентов, в то время как Президента РФ – только 3%. Смещение Е. Примакова и всего кабинета вызвало шок в обществе. Общественность, многие политические лидеры восприняли его отставку в первую очередь как политический акт Президента, как проявление самовластия, не допускающего открытого политического противостояния и беспощадного к реальной политической конкуренции за власть.

19 мая новым премьером был утвержден министр внутренних дел С. Степашин. Однако развитие ситуации на Северном Кавказе вскоре привело к очередному правительственному кризису.



Импичмент

Весной 1999 г. КПРФ обратилась к новой попытке освобождения Б. Ельцина от должности при помощи импичмента. Специальная парламентская комиссия готовила обвинительное заключение по следующим пунктам: 1) заключение Беловежских соглашений; 2) события сентября-октября 1993 г. в Москве; 3) война на территории Чечни; 4) ослабление обороноспособности и безопасности России; 5) геноцид российского народа. Коллективные обвинения депутатов  (258 чел.) были выдвинуты еще в июне 1998 г. С тех пор, в течение всех этих месяцев обсуждались факты противоправных действий главы государства, допрашивались свидетели, анализировались различные документы. Некоторые депутаты предлагали отодвинуть импичмент вообще на неопределенный срок. Но Б. Ельцин, обрушив гнев на депутатов и премьера, не сумевшего договориться с коммунистами, 12 апреля заявил, что вопрос об импичменте должен быть рассмотрен либо немедленно, либо вообще снят с повестки дня. Что же касается Госдумы, то большинством голосов она изначально запланировала провести обсуждение вопроса 15 апреля, но затем решила отодвинуть на 13-15 мая с тем, чтобы депутаты смогли внести изменения и дополнения в регламент. С этим решением согласились фактически все думские фракции, кроме НДР, которая в принципе была против импичмента.

Такое решение думских депутатов носило половинчатый, противоречивый характер, фактически оно свидетельствовало о нежелании депутатов ссориться с Президентом, их стремлении отодвинуть неприятную для них процедуру еще на один месяц. Недоволен им был и
Б. Ельцин, оправившийся после болезни и вернувшийся к более или менее активной работе. В целом складывалось впечатление, что депутаты, хотя и проголосовали за коллективное обвинение, но все же больше дорожили политическим комфортом, своим решением о переносе обсуждения проблемы на май они как бы предоставили себе время, чтобы подумать, как избежать импичмента, в случае которого мог бы последовать роспуск Думы, и, следовательно, потеря приобретенных привилегий. Но главное все же заключалось в том, что депутаты «законсервировали» возникшее противоборство властей, политическую напряженность в целом как минимум еще на месяц.

В этих условиях особенно отчетливо проявился жестко авторитарный стиль руководства
Б. Ельцина. Не найдя цивилизованной «страховки» от возможного запуска процедуры импичмента, говоря словами известного политолога В. Никонова, он приступил «к натягиванию нитей контроля над силовыми структурами, разведению политических оппонентов по разным углам, развертыванию пропагандистской машины и войны нервов со своевольным правительством и оппозицией» .

В этой связи наиболее наглядны были кадровые перестановки, инициированные Б. Ельциным и его ближайшим окружением. В течение короткого периода времени власти, консолидируя властные ресурсы, укрепили силовые структуры и заменили ряд их руководителей. От занимаемых должностей были освобождены и заменены новыми кадрами, пользующимися доверием Президента, руководители Совета Безопасности, Генеральной прокуратуры и ее следственных органов, внутренних войск МВД, Московского военного округа. Был уволен первый заместитель председателя ФСБ и расформировано управление экономической контрразведки и контрразведывательного обеспечения стратегических объектов, осуществлявшие оперативное сопровождение коррупционных расследований последних месяцев.

Таким образом, в зависимости от политических обстоятельств, в поисках стабилизации режима Б. Ельцин шел по испытанному им пути консолидации военно-административных ресурсов, подчинения их своему централизованному контролю и влиянию. В таких условиях 15 мая произошло голосование по импичменту. Прогнозы многих политиков и прессы оправдались. Ни один из пяти пунктов обвинения главы государства не собрал необходимых двух третей голосов. Газета «Известия» еще в апреле отмечала, что единственное деяние, за которое реально судили Б. Ельцина, заключалось в том, что глава государства «сделался слаб и уже не может по-медвежьи рыкнуть…».

Провал с голосованием в Думе изменил политическую карту России: стабилизировался режим и в целом ситуация в стране, опасность возможного роспуска Госдумы со всеми негативными последствиями для общества отпала; достаточно быстро, без лишних дискуссий и даже с некоторым триумфом из бывших силовиков утвержден новый премьер С. Степашин; сформировано полностью проельцинское правительство; в целом усилилась роль правящей семьи, к которой пресса относила Р. Абрамовича, Н. Аксененко, А. Волошина, А. Мамута и др. Следует принять как факт и деморализующее влияние провала с голосованием на часть депутатов. Но спустя некоторое время в Госдуме, средствах массовой информации различной ориентации началась новая волна критики президентского режима. Под огнем такой критики как правого, так и левого толка Б.Ельцин с его политикой «подвижек» в верхних эшелонах власти в интересах авторитарного режима олигархического типа  вновь оказался в кризисном положении.



Противостояние в Совете Федерации

Политическая жизнь в России была столь сложна и противоречива, что каждый кризис власти становился чем-то уникальным. Свидетельство тому – противостояние президентского режима не только в Думе, но и в Совете Федерации, призванном содействовать стабилизации, «фильтровать» законы, принимаемые Госдумой, и «гасить эксцессы, которые могли бы возникнуть в политизированной нижней палате». Напомним, что к исключительным предметам ведения этой палаты Федерального Собрания относятся: утверждение изменения границ между субъектами РФ, а также Указов Президента РФ о введении военного и чрезвычайного положения; решение вопроса о возможности использования Вооруженных Сил России за ее пределами; назначение выборов Президента РФ и отрешение его от должности; назначение на должность судей Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, а также назначение на должность и освобождение от должности Генерального прокурора РФ, заместителя Председателя Счетной палаты и половины состава ее членов. Согласно ст. 95 Конституции РФ, в Совет Федерации входят по два представителя от каждого субъекта Российской Федерации: по одному от представительного и исполнительного органов государственной власти.

С начала 1996 г., как отмечалось, в деятельности этой палаты Федерального Собрания явно наметился новый этап, связанный с усилением ее роли в управлении и политической жизни. В соответствии со ст. 96 ч. 2 Конституции РФ, в декабре 1995 г. вступил в силу Закон «О порядке формирования Совета Федерального Собрания Российской Федерации», который вводил должностной принцип формирования верхней палаты, т.е. из числа председателей законодательных собраний и глав регионов. В результате действия этой нормы, принятой в развитие положений Конституции РФ, активизировалась региональная элита. Во-первых, все главы администраций стали выборными, а не назначенными Президентом РФ; во-вторых, статус председателей законодательных собраний был поднят до уровня сенаторов, что повышало их роль в политической жизни; в-третьих, повышался статус региональных законодательных собраний и глав регионов в федеральных властных структурах; в-четвертых, эти меры способствовали развитию иерархических тенденций в деятельности председателей законодательных собраний и губернаторов, сохранению со стороны президента и правительства контроля над электоральными возможностями губернаторов по административной мобилизации населения; в-пятых, и это важно подчеркнуть, верхняя палата федерального собрания постепенно стала превращаться в один из рычагов формирования политической оппозиции Президенту РФ. Прошедшие в 1996 г. выборы губернаторов фактически заложили основы новой модели властных отношений: губернаторы и находившиеся под их влиянием председатели законодательных собраний «превратились» в сенаторов, т.е. в публичных политиков, все главы администраций стали выборными, усилилась сплоченность региональных элит и их независимость от Центра; в самих регионах выборы губернаторов и активизация региональной элиты в целом вызвали процессы, связанные с мобилизацией оппозиции; значительно усилившийся статус членов Совета Федерации в конкретных условиях страны с учетом допущенных просчетов в регионах объективно способствовал превращению верхней палаты еще в один из центров становления оппозиции Президенту РФ, хотя последний шел, порой, на известные компромиссы с сенаторами, задабривал те или иные регионы с помощью дополнительных субсидий или заключения, как отмечалось, двусторонних договоров и соглашений о разграничении предметов ведения между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ. С начала 1996 г. разграничение предметов ведения и полномочий перешло, как отмечалось, на новую ступень своего развития: центр стал подписывать двусторонние договоры и соглашения и с областями и краями. Эти договоры наделяли субъекты РФ большими полномочиями, часто перераспределялись предметы совместного ведения и ряд предметов ведения РФ. В них сфера правового регулирования субъектов федерации определена настолько широко, что ряд положений, касающихся предметов ведения субъектов РФ, противоречил действующей Конституции. Всего к началу 1998 г. было заключено, как отмечалось, уже 40 договоров и более 200 соглашений. Это свидетельствовало о том, что договорный процесс о разграничении предметов ведения продолжал развиваться вширь. По данным Министерства юстиции, из 44 тыс. нормативно-правовых актов субъектов федерации, принятых с июня 1995 по февраль 1998 гг., одна треть была признана несоответствующей федеральному законодательству. К 2000 г. пятая часть принятых в регионах правовых актов противоречила Конституции РФ .

Обновленный состав верхней палаты по целому ряда вопросов государственной жизни неоднократно демонстрировал позицию, отличную от президентской и других органов власти. Порой он блокировал решения президентской стороны, подвергал позицию самого Президента РФ жесткой критике. Свидетельство тому – три скандальных отказа Совета Федерации отправить Генерального прокурора РФ в отставку, создание активизировавшейся региональной элиты губернаторских политических блоков – движения «Вся Россия», объединившего ряд губернаторов российских регионов и глав автономных республик, входящих в РФ, движения «Отечество», созданного для выборной кампании московского мэра Ю. Лужкова, «Голос России» и др. В этой связи отметим, что губернаторы за редким исключением еще с конца 1997 г. стремились усилить свое влияние во властных структурах. Они начали поиски активного влияния на исход выборов, но, не увидев перспективы за другими политическими партиями, пошли по пути создания собственных блоков и движений. О тенденциях противостояния президентскому режиму свидетельствует также острое обсуждение специального доклада «Об обстоятельствах и последствиях принятых решений правительством и Центральном Банком от 17 августа 1998 г. о реструктуризации ГКО, девальвации обменного курса и введении моратория на осуществление валютных операций капитального характера, а также проблемы использования вооруженных сил в Чечне и др. По всем этим проблемам Президент вместе со своим ближайшим окружением услышал немало критики в свой адрес.

Вместе с тем отметим, что импичмента главы государств сенаторы стремились избежать. Несмотря на то, что, как отмечалось, они трижды накладывали вето на президентское решение об отстранении Ю. Скуратова, но в итоге они поддержали позицию Б. Ельцина по этому вопросу. Конечно, важную роль в этом деле сыграли, прежде всего, твердая решимость самого Президента РФ, а также соответствующая «обработка» многих сенаторов. Так, накануне заседания Совета Федерации, намеченного на 23 апреля, на котором должно быть рассмотрено «дело
Ю. Скуратова», в том числе наряду с другими документами – письмо военного прокурора Ю. Демина о признаках преступления Генерального прокурора (по ст. 285, ч. 1 УК РФ – злоупотребление должностными полномочиями), главы республик в составе РФ побывали у Президента, а 20 февраля в Кремль была приглашена большая группа руководителей краев и областей. Впрочем, сами сенаторы не скрывали, что с ними проводилась соответствующая работа по делу Ю. Скуратова.

В целом же Совет Федерации, как и Госдума, оставались в известной зависимости от президентской власти. В стране продолжал набирать обороты процесс, ориентированный на доминирование последней. Вместе с тем отметим, что авторитет Президента падал, политическая мощь Б. Ельцина, находившегося когда-то в зените славы, была подорвана в результате противоречивых событий 1999 г., снижалась его роль в жизни государства. В условиях раскола общества (по уровню жизни, доходов, отношению к собственности и т.д.) доверие к его прежнему облику оказалось в известной мере исчерпано. В реализации своей власти, осуществлявшейся в условиях интриг, закулисной борьбы, в том числе олигархов, он опирался на разветвленный бюрократический аппарат. По своему характеру это был все же в большей степени авторитарный режим, чем демократический, опиравшийся на силовые структуры государства. По словам Е. Гайдара, Ельцин образца 1991 г. больше не существовал .



Назначение В. Путина

Россия перманентно переживала правительственные кризисы, представлявшие собой разновидность политического кризиса, особого состояния политической системы, выражавшегося в обострении конфликтов и усилении политической напряженности.

Таким образом, только за два года, с апреля 1988 по март 2000, на должности премьер-министра сменилось пять человек: С. Кириенко, В. Черномырдин, Е. Примаков, С. Степашин и В. Путин. По данным известного российского историка Р. Медведева, Б.Ельцин, кроме пяти премьеров, отправил в отставку более 30 вице-премьеров, неоднократно менял руководителей своей администрации и секретарей Совета Безопасности. Историк заметил в этой связи, что Президент РФ «любил снимать высоких чиновников», и несколько указов о смещении высоких чиновников, по его утверждению, «всегда лежали заранее заготовленные в специальной папке в его письменном столе». Это свидетельствовало также о непредсказуемости действий Президента РФ, нараставшем кризисе власти, снижении доверия главы государства к руководителям правительства, не способными, на взгляд Б. Ельцина, справиться с теми или иными социально-экономическими и политическими проблемами. Отсюда – отказ кабинету министров в поддержке, очередной Указ об отставке Председателя правительства, новый жесткий отбор кандидатур на образовавшиеся вакансии в кабинете министров. В мае 1999 г. произошел очередной правительственный кризис, за которым последовала отставка Е Примакова с поста премьер-министра. Новым главой правительства был назначен С. Степашин, занимавший прежде должность министра внутренних дел, но уже в августе того же года, на следующий день после нападения 8 августа основных сил чеченских боевиков и отрядов исламских экстремистов на приграничные силы Дагестана (первые отряды прошли еще 2 августа), его сменил В. Путин (секретарь Совета Безопасности и директор Федеральной службы безопасности).

16 августа 1999 г. Государственная Дума утвердила В. Путина Председателем российского правительства (233 голоса «за» при необходимых 226, 84 – «против», 17 – «воздержались»). Владимир Путин, офицер КГБ-ФСБ, кандидат экономических наук. В отличие от Б.Ельцина он не принадлежал к партийной элите. Как политик будущий Президент России формировался в годы либеральных реформ . С 1990 г. работал в администрации Санкт-Петерберга, с избранием в 1991 г. А. Собчака мэром «северной столицы» стал председателем Комитета по внешнеэкономическим связям, в 1992-1994 гг. занимал должность заместителя мэра Санкт-Петербурга, с марта 1994 по июнь 1996 г. был первым заместителем А. Собчака, входил в состав правительства города. После поражения А.Собчака на выборах губернатора Санкт-Петербурга в 1996 г. В. Путин переехал в Москву, став заместителем управляющего делами Президента России П. Бородина. В марте 1997 г. возглавил Главное контрольное управление администрации Кремля, вскоре стал одним из заместителей главы администрации В. Юмашева (по региональной работе). В. Путина как способного чиновника заметил Б. Ельцин. По его мнению, «путинские доклады были образцом ясности. Он старательно не хотел «общаться» и, казалось, специально убирал из наших контактов какой бы то ни было личный элемент. Но именно потому мне и хотелось с ним поговорить! Поразила меня и молниеносная реакция Путина. Порой мои вопросы, даже самые незамысловатые, заставляли людей краснеть и мучительно подыскивать слова. Путин отвечал настолько спокойно и естественно, что было ощущение, будто этот молодой, по моим меркам, человек готов абсолютно ко всему в жизни, причем ответит на любой вызов ясно и четко. Вначале меня это даже настораживало, но потом я понял – такой характер».

В сентябре 1997 г. В. Путина включили в состав межведомственной комиссии Совета Безопасности России по экономической безопасности, а уже в мае 1998 г. он был назначен первым заместителем руководителя Администрации президента. В июле того же года, в условиях тяжелого политического и социального кризиса Б. Ельцин, освободив от должности директора ФСБ генерал-полковника Н. Ковалева, назначил на нее В. Путина. В этом новом назначении В. Путина решающую роль, по мнению Президента России Б. Ельцина, сыграли три фактора: во-первых, он немало лет проработал в органах, во-вторых, прошел огромную управленческую школу, в-третьих, и это главное, по убеждению Б. Ельцина, чем дольше он его знал, тем больше убеждался: в этом человеке сочетаются огромная приверженность демократии, рыночным реформам и твердый государственный патриотизм. 29 марта 1999 г. В. Путин по совместительству был назначен секретарем Совета Безопасности РФ. С 9 по 16 августа того же года он был первым вице-премьером Правительства России, которое возглавлял С. Степашин («третий первый» вице-премьер), но уже 16 августа Государственная Дума утвердила кандидатуру В. Путина, которую внес Президент РФ на рассмотрение Думы. В сентябре 1999 г. В. Путин стал представителем исполнительного комитета Союза России и Белоруссии. Что касается идеологической позиции и политической принадлежности В. Путина, то изначально с достаточной ясностью он ее не изложил. Но известно, что в 1991 г. В. Путин вышел из рядов КПСС, позже вступил в Движение «Выбор России», затем – НДР. Входил в состав Политсовета этой «партии власти», с мая по июнь возглавлял санкт-петербургское отделение Движения НДР. Став главой правительства, В. Путин заявил о готовности кабинета работать со всеми конструктивными силами, но вместе с тем он отчетливо дал понять, что будет связывать себя с «Единством» и его лидером С. Шойгу. 24 ноября в клубе МЧС перед губернаторами он заявил, что как гражданин на предстоящих выборах в Госдуму он будет голосовать за «Единство». В этот период правительственной деятельности В. Путин, выступая 24 ноября в Государственной Думе, изложил и свои экономические воззрения, которые породили в прессе немало толкований и даже обвинений. Вот их суть.

1. Главным недостатком всех проводившихся в России реформ, по мнению Председателя правительства, являлось отсутствие «общенациональной стратегии развития страны на 10-15 лет вперед». Отсутствие такого плана, по его словам, означает «топтаться на месте». Поэтому правительство немедленно приступило к разработке стратегии экономических реформ.

2. Никакой национализации, передела собственности и «мобилизационного решения экономики» не будет.

3. Государство не станет отказываться и от поддержки отечественного производства, а также от экономического регулирования, которое, по мнению премьера, противоречит самим принципам рыночной экономики. В конкретных условиях страны речь идет о регулировании ВПК и стратегических отраслей народного хозяйства, например, топливно-энергетического комплекса
и др.

4. Налоговая политика будет ориентирована на постепенное снижение налогов, повышение и своевременную выплату зарплаты бюджетникам. Правительство не станет поддаваться различным политическим соблазнам и не намерено принимать решения по необоснованному повышению последней.

5. В условиях наметившегося экономического роста решить проблемы в социальной сфере – «все и сразу» - не представляется возможным, поскольку не хватает ресурсов.

В дальнейшем в связи с разработкой стратегии экономических реформ была проведена определенная корректировка этого курса.

Накопленный потенциал позитивных тенденций, проявившихся в последние полтора года, благоприятная внешнеэкономическая конъюнктура и начало осуществления мер долгосрочной экономической стратегии Правительства позволили сохранить положительную динамику важнейших макроэкономических показателей на протяжении 2000 г. Это было начало подъема российской экономики, но еще не выход на путь ее динамичного развития. В этом смысле начало экономического премьерства В. Путина было удачным, и оно способствовало быстрому росту популярности главы правительства.

Другим фактором, связанным с усилением влияния В. Путина, был «антитеррористическая операция в Чечне».



Начало второй чеченской войны

Назначение В. Путина происходило на фоне резкого обострения ситуации в Дагестане. Поэтому одной из проблем нового главы правительства был Северный Кавказ. Отставку С. Степашина многие тогда связывали с тем, что он не смог предотвратить агрессию в Дагестане, когда в ночь с 1 на 2 августа 1999 г., т.е. еще до назначения В. Путина на должность премьера, в Республику вторглись отряды исламских экстремистов под предводительством Басаева и Хаттаба и захватили затем власть в двух горных районах (Цумадинском и Батлихском). Исламские экстремисты, установившие тесные связи с Чечней, намеревались, по официальной версии, создать «чистое» независимое исламское государство на Северном Кавказе, простирающееся от Каспийского до Черного моря. Это было явной и дерзкой авантюрой с их стороны, рассчитанной на слабость России, поддержку добровольцев и наемников из различных стран мира, получение мощной политической, военной и финансовой помощи от движения «Талибан», находившегося тогда у власти в Афганистане, террористической организации Усамы бен Ладена «Аль-Каида» и других структур и организаций, тесно связанных с этим движением. В Дагестане террористы убивали представителей государственной власти, брали заложников, требуя выкуп, занимались грабежом и контрабандой. Решение данной проблемы Президент РФ поручил новому молодому премьеру В. Путину, назначенному, как отмечалось, на должность главы правительства сразу же после вторжения основных сил бандформирований в Дагестан. 7 сентября на Совете Безопасности, проходившем под его руководством, он потребовал более жестких действий против боевиков.

В создавшейся ситуации В. Путин действовал энергично, решительно, а главное – эффективно. Прежде всего, быстро войдя в руководство операцией, он, во-первых, взял на себя главную ответственность за кардинальное решение по применению силовых действий,  распорядился немедленно ввести войска в Дагестан; во-вторых, по его указанию, специальным правительственным постановлением резко увеличивалось денежное довольствие солдатам и офицерам, участвовавшим в реальной военной операции (до уровня денежного довольствия российских миротворцев, находившихся в Косово); в-третьих, было заявлено, что Россия отражает агрессию, борется за сохранение своей территориальной целостности, со вторжением в Дагестан она вынуждена защищаться, на нее напали, и если сейчас это вторжение немедленно не остановить, то России как государства «в его сегодняшнем виде» и в исторически сложившемся облике не будет. В США и других западных странах формально признавали, что проблема Чечни являлась внутренним делом России, что последняя борется за сохранение своей территориальной целостности, ведет борьбу с международным терроризмом.

Российская власть и большинство СМИ вторжение на территорию Дагестана умело связывали с проявлениями прямых действий экстремистского течения ислама банд ваххабитов, мечтавших создать государство на юге России на основе «чистого ислама»; в-четвертых, по сравнению с периодом первой чеченской войны 1994-1996 гг. было налажено соответствующее снабжение войск, осуществлена переброска десантников, умело решались кадровые, военные и иные проблемы.

Согласно заявлению командования, армейская группировка во главе с генералом Г. Трошевым, начала военную операцию против чеченских военных соединений Ш. Басаева и Хаттаба, которые уже к концу августа вынуждены были отступить в Чечню. Российские войска не стали преследовать отступавшего противника, понесшего большие потери, а сосредоточили удар по укрепленному району в Кадарской зоне, важнейшему плацдарму, созданному ваххабитами. Федеральные силы полностью блокировали территории, занятые боевиками, в том числе Буйнакского района в Кадарской зоне. Эти действия, в отличие от периода первой чеченской войны, были поддержаны всеми политическими силами страны, за исключением, пожалуй, Г. Явлинского, в большинстве своем СМИ и все большим количеством россиян. Последние высказывали одобрение действиям В. Путина, его решимости довести дело борьбы с экстремизмом и терроризмом до конца. Между тем, обстановка в стране становилась все более напряженной. Еще полностью не завершились тяжелые бои в Дагестане, а в Буйнакске, Москве и Волгодонске прогремели взрывы, сотни мирных жителей погибли. 31 августа последовал взрыв неподалеку от стен Кремля, в подземном комплексе «Манеж» в Москве. 4 сентября прогремел страшный взрыв в Буйнакске, где погибло 64 и было ранено 120 человек, через четыре дня, 9 сентября, террористы взорвали 9-этажный жилой дом на юго-востоке в Москве, в результате мощнейшего взрыва погибло 90 человек, пострадало более 200 человек, 13 сентября, в день траура по погибшим в результате террористических актов в Москве и Буйнакске на юге столицы прогремел еще один взрыв, в результате которого жилой дом был полностью уничтожен, число погибших достигло 120 человек. Спустя несколько дней был взорван подъезд многоэтажного жилого дома в Волгодонске в Ростовской области, где погибли 17 человек и около 150 пострадало. Волна экстремизма, хлынувшего через чеченскую границу, была готова вконец затопить соседние регионы. Россияне были встревожены не прекращавшимися чудовищными терактами. Эти взрывы общественное мнение расценило как вызов государственной власти, как ответы на поражение боевиков в прямом военном столкновении, как попытку запугать Россию и ее граждан. «На протяжении истории, - заявил В. Путин, - Россию неоднократно пытались запугать и поставить на колени, однако это не удалось никому». «У меня нет никаких сомнений в том, - подчеркнул премьер, - что это не удастся и на этот раз».

Общество поддержало действия правительства, оно с удовлетворением восприняло сообщение Министерства обороны о полном очищении территории Дагестана от боевиков, а также об активизации боевых действий в Чечне. Иными словами, силовая акция в Дагестане, а затем и массированная военная операция в Чечне, в отличие от периода первой чеченской войны, опиралась на широкую общественную поддержку. Имидж нового молодого премьера как жесткого и решительного политика, которому Б.Ельцин впервые за время своего правления доверил координацию действий силовых ведомств, еще больше окреп. Между тем В. Путин, обосновав Президенту РФ необходимость военной операции на территории Чечни в целях уничтожения очагов исламского терроризма и ваххабизма в России, принял решение о вводе войск в Чечню без указания конкретных сроков завершения военных операций. Это повлияло во многом на тактику военных действий в октябре-ноябре 1999 г. Тактика военных действий, в частности, заключалась в том, чтобы не предпринимать кровопролитных атак, а штурмовым подразделениям не вступать в плотный огневой контакт; встретив огонь противника, либо окапываться, либо отступать, ожидая уничтожения огневых точек артиллерией и авиацией, разрушать укрепления боевиков тяжелым вооружением и только затем вести менее кровопролитное наступление на противника. Такая тактика, по мнению командования, позволяла снизить число потерь.

К этому времени Б. Ельцин расширил полномочия В. Путина, поручив ему заслушивать доклады начальника Генерального Штаба А. Квашнина и министра обороны И. Сергеева. Проводилась слаженная и в то же время напряженная работа всех структур и военного механизма по подготовке операции в Чечне. Во второй половине сентября армия и внутренние войска начали создавать санитарный кордон вокруг Чечни. Но административной границе с Республикой сформировались войсковые группировки, наращивалась боевая техника и авиация, готовая наносить удары по противнику. 18 сентября в целях облегчения формирования санитарного кордона российские войска продвинулись в глубь территории Чечни на 1,5 км.

24 сентября на пресс-конференции в Астане, проявляя заботу об интересах российского государства и многонационального народа России, В. Путин сказал, что «российские самолеты наносят и будут наносить удары в Чечне исключительно по базам террористов. Мы будем преследовать террористов всюду». 1 октября правительство В. Путина объявило о вводе войск в Чечню с целью «создания зоны безопасности» и уже к концу осени войсковые группировки под командованием генералов В. Казанцева, Г. Трошева, В. Шаманова, продвигаясь соответственно с севера, запада и востока, взяли под свой контроль более чем половину территории Чечни. Организация нормальной жизни граждан на занятой российскими войсками территории была возложена на генерала Н. Кошмана, назначенного на пост заместителя председателя правительства. Российские войска быстро вышли на рубеж Терека, 23 октября пересекли реку в центральной части Чечни и, подтянув тылы, двинулись в глубь южной части Республики, освобождая густонаселенные районы, а также Гудермес и Аргун. Уже в октябре-ноябре российская армия двинулась на дальние подступы Грозного. Через два месяца началось блокирование столицы Чечни, но скоротечного штурма города, как это имело место в конце 1994 г., не предусматривалось. На этот раз командование действовало намного умнее в военном отношении и осмотрительнее. Окружив и блокировав Грозный при массированной огневой поддержке, войска медленно, но уверенно продвигались в глубь города. Когда в ночь с 28 на 29 января 2000 г. Ш. Басаев попытался вырваться из города, его отряды были подвергнуты разгрому. Сам Ш. Басаев был тяжело ранен. Сотни боевиков попали в плен, многие сдались добровольно. В середине декабря 1999 г. были разгромлены чеченские базы и заставы и на склонах гор в Аргунском ущелье близ границы с Грузией. Все попытки боевиков в январе 2000 г. разблокировать выход из этого ущелья в Грузию были отбиты. Однако на горных базах укрывались еще тысячи боевиков. Предстояли трудные сражения второй чеченской войны.

В заключение отметим, что, по официальным данным, потери федеральных войск второй чеченской войны с августа 1999 по март 2000 г. составили 1991 человек убитыми и 5925 – ранеными (за семь с половиной месяцев первой чеченской войны соответственно 1867 и 6481) Расходы федерального бюджета на войну в Чечне в 1999 г., по утверждению заместителя председателя правительства и министра финансов того периода М. Касьянова, составили на 5 млрд руб., превысив ожидаемую сумму в 3,5 млрд руб. Правительства ряда западных стран и общественности происходившее в Чечне оценивали как национально-освободительное движение, что создавало немало проблем в отношениях с этими странами. Признавая проблему Чечни внутренним делом России, официальные круги на Западе делали акцент на «неадекватном» применении Вооруженными Силами военной силы в Чечне задачам борьбы с терроризмом и призывали Кремль принять соответствующие меры по сокращению жертв среди гражданского населения. Но вместе с тем отметим, что Комитет министров Совета Европы 11 мая 2000 г. отклонил вопрос о возможном исключении России из Совета Европы из-за войны в Чеченской Республике. Некоторые политики вообще ставили под сомнение целесообразность военной кампании в Чечне. Переломить подобные настроения на Западе властям в то время не удалось.



Итоги выборов в Государственную Думу 19 декабря 1999 г.

На фоне успехов федеральных войск в Чечне, роста популярности В. Путина, в условиях крайне острой предвыборной, в том числе информационной, борьбы 19 декабря состоялись выборы депутатов Государственной Думы Федерального Собрания. Вот каковы результаты голосований по избирательным блокам, опубликованные Центральной избирательной комиссией спустя десять дней после выборов. Всего приняло участие в выборах 61,8% избирателей, примерно на три процента меньше, чем на выборах в Госдуму в 1995 г. КПРФ получила 24,29% голосов, за «Единство» отдано 23,3%, «Отечество - Вся Россия», главного противника президентского блока – 13,33%, «Союз правых сил – 8,52%, «Блок Жириновского» – 5,98%, Объединение «Яблоко» - 5,93%. Сравнительные итоги выборов 1993 г., 1995 г. партий-победителей представлены в виде таблицы 7.

Таблица 7

Итоги выборов в Государственную Думу партий-победителей в 1993, 1995 и 1999 г. (в %)

Название

1993 г.

1995 г.

1999 г.

КПРФ

12,4

22,30

24,29

«Единство»

-

-

23,32

ОВР

-

-

13,33

СПС

-

-

8,52

ЛДПР (Блок Жириновского)

22,9

11,18

5,98

НДР

-

10,13

1,19

«Яблоко»

7,86

6,89

5,93

 

Расклад политических сил по фракциям выглядел следующим образом: КПРФ - 93 депутата (Г. Зюганов), «Единство» - 81 депутат (Б. Грызлов), ОВР – 46 депутатов (Е. Примаков), СПС –
32 депутата (С. Кириенко), «Яблоко» - 23 депутата (Г. Явлинский), ЛДПР – 17 депутатов
(И. Лебедев). Кроме того, в Думе были также созданы следующие депутатские группы: Народный депутат – 58 депутатов (Г. Райков), «Регионы России» - 39 депутатов (О. Морозов) и Агропромышленная депутатская группа – 37 депутатов (Н. Харитонов). Около 20 депутатов отказались войти в какую бы то ни было фракцию и решили работать в Думе в качестве независимых. Спикером Государственной Думы вновь был избран Г. Селезнев (285 - «за», 2 - «против», 7 - воздержались»). Имея большинство в Госдуме, фракции КПРФ и «Единство» разделили между собой думские посты, что вызвало скандал в российском парламенте. Представители фракций ОВР, «Яблоко», СПС сняли свои соответствующие кандидатуры и покинули зал заседаний. Депутаты от фракции «Единство», поддержав кандидатуру Г. Селезнева, получили согласие фракции КПРФ на некоторые ключевые комитеты в пользу проправительственного «Единства», в том числе комитета по безопасности. По сравнению с прошлым составом Думы анализ итогов выборов позволяет сделать следующие выводы.

1. КПРФ сохранила свое электоральное влияние по партийным спискам среди избирательных объединений и блоков, баллотировавшихся в Госдуму, она добилась наибольшего успеха, заняв первое место и, как следует из данных, помещенных в вышеприведенной таблице, смогла увеличить свое представительство в Думе до 24,29 %. Однако вместе с союзниками представительство коммунистов в нижней палате значительно уменьшилось (с 220 депутатов до 130).

2. Наибольшего реального успеха добился, к удивлению многих избирателей, блок «Единство» («Медведь»). Он получил второе после КПРФ количество мест в Думе, что отражало, с одной стороны, растущий авторитет В. Путина в обществе, а с другой – недоверие значительной части избирателей к старой правящей политической элите.

3. Вместо одной партии власти – НДР, набравшей всего 1,19% голосов, возникли два новых проправительственных движения: «Единство» и его соперник ОВР, потерпевший неудачу на выборах. Однако 19 декабря один из лидеров ОВР Ю. Лужков, несмотря на острую борьбу Кремля и этого блока, одержал убедительную победу на выборах московского мэра.

На правом фланге политического спектра появился блок «Союз правых сил», не только преодолевший 5-процентный барьер, но и занявший по итогам выборов среди избирательных объединений и блоков данного направления третье место (8,52%).

4. По сравнению с прошлым составом Думы количество блоков и объединений, прошедших в Госдуму, увеличилось до шести (в 1995 г. – четыре). За них проголосовало 80% избирателей.
В результате доля полученных каждой политической партией депутатских мандатов уменьшилась. Так, у КПРФ, занявшей, как уже отмечалось, первое место среди избирательных объединений и блоков, баллотировавшихся в Госдуму, она уменьшилась на сорок, в результате коммунисты и их «левые» союзники потеряли доминирующие позиции в нижней палате и утратили таким образом возможность определять политическую линию в нижней палате федерального собрания. Напомним, что по итогам выборов в Госдуму в 1995 г. коммунистам и их союзником (220 депутатских мест) не хватало всего шесть голосов, чтобы иметь определяющее большинство в Госдуме.

5. Другое отличие от прежнего состава Думы заключалось в том, что партии, открыто поддерживавшие либерально-демократические ценности, получили большинство. Оказалось, что политическую линию законодательной ветви власти теперь будут определять сторонники правительства и экономических реформ, оказавшиеся впервые после 1995 г. в большинстве в нижней палате. Иными словами, Дума стала проправительственной. Что касается двух «партий власти», «Единства» и ОВР, то они, как только закончились выборы и определилась новая расстановка сил, быстро нашли общий язык и стали демонстрировать единение фактически по всем вопросам, связанным с продвижением реформ, недопущением «левых» к властному определению политической линии законодательной ветви власти. В этом их поддерживала одна из крупнейших думских фракций «Народный депутат», а также «Регионы России», образованная независимыми депутатами, одержавшими победу в одномандатных округах.

6. Выборы в Госдуму значительно укрепили позицию В. Путина, популярность которого как самостоятельного политика все увеличивалась. В. Путин стал самым известным политиком в ельцинской системе власти. Этому способствовали и оживление экономики, и политический капитал, приобретенный им в течение первых месяцев второй чеченской войны, и выборы депутатов в Государственную Думу. В самом деле, соперник «Единства» ОВР, допустивший роковые просчеты на старте избирательной кампании, потерпел на выборах неудачу. Почти четверть избирателей продемонстрировала доверие к «Единству», правительственной «партии власти». Коммунисты утратили возможность определять политическую линию в законодательной деятельности думских депутатов, сторонников либерально-демократических ценностей оказалось большинство.

7. На результаты выборов большое влияние оказало социально-экономическое положение в стране, а также ряд других факторов, в том числе наличие финансовых и организационных ресурсов, влияние авторитетных политических деятелей, сильных региональных лидеров и структур, представительства политической партии в Государственной Думе, организации поддержки в широких слоях населения и т.д.

23 декабря Совет Федерации принял Закон «О выборах Президента Российской Федерации». Согласно этому Закону, выборы президента должны были состояться в 2000 г. В этом году России предстояло пройти еще одно серьезное испытание на готовность к демократии – мирной передачи президентской власти в результате выборов.



Отставка Б. Ельцина

Б. Ельцин не стал дожидаться окончания срока своих президентских полномочий, а предпочел уйти сам, добровольно. К такому решению его подталкивали теперь и итоги выборов в Государственную Думу, которые еще больше укрепили позицию В. Путина, и высокий уровень вероятной поддержки премьер-министра, которому он вполне доверял, на предстоявших президентских выборах. И вскоре после думских выборов Президент РФ приступил к заключительному этапу своей сложной политической игры. Он пригласил Председателя Правительства приехать в Кремль, и в ходе беседы сообщил ему о своем досрочном уходе и о предложении относительно назначения премьер-министра своим преемником. По словам Председателя Правительства, вопрос был поставлен следующим образом: «да или нет». В. Путин во имя Великой России ответил «да» и получил реальный шанс стать Президентом России.

В обстановке секретности руководитель администрации президента А. Волошин, а также
В. Юмашев и Т. Дьяченко приступили к составлению последнего телеобращения Б. Ельцина к народу. Утром, в предновогодний день, 31 декабря Б. Ельцин подписал Указ № 1761. Ниже следует его содержание.

«1. В соответствии с частью 2 статьи 92 Конституции Российской Федерации прекращаю с
12 часов 00 минут 31 декабря 1999 г. исполнение полномочий Президента Российской Федерации.

2. В соответствии с частью 3 статьи 92 Конституции Российской Федерации полномочия Президента Российской Федерации временно исполняет Председатель Правительства Российской Федерации с 12 часов 00 минут 31 декабря 1999 г.

3. Настоящий Указ вступает в силу с момента его подписания».

Это был последний Указ Б. Ельцина. Вслед за тем В. Путин подписал Указ за номером 1762: «В связи с отставкой Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина приступил в соответствии со статьей 92 Конституции Российской Федерации к временному исполнению полномочий Президента Российской Федерации с 12 часов 00 минут 31 декабря 1999 г.». Одновременно был подписан, очевидно, заранее подготовленный Указ «О гарантиях Президенту Российской Федерации, прекратившему исполнение своих полномочий, и членам его семьи». В соответствии с этим Указом, Б. Ельцину как бывшему Президенту России предоставлялся полный иммунитет от уголовного преследования. Он не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности, задержан, арестован, подвергнут обыску, допросу либо личному досмотру. Вместе с тем Указ сохранял фактически за Б. Ельциным все блага и привилегии, которыми он пользовался до отставки, включая охрану, правительственную связь, правительственную дачу и ряд других. В этой связи отметим, что в свое время Б. Ельцин, говоря его словами, считал, что «отступные», т.е. материальные условия отставки М. Горбачева, были чрезмерными, он отказывался наделить бывшего Президента СССР полным иммунитетом от уголовной ответственности, который ему теперь предоставлялся. Более того, Б. Ельцин рекомендовал
М. Горбачеву пока не поздно покаяться во всех грехах. Впрочем, как отмечалось, все, что просил М. Горбачев, за исключением, по словам Б. Ельцина, чего уж «непомерного», он получил.

Вернемся к событиям, связанным с отставкой Б. Ельцина. В. Путин уже в новом качестве был представлен в Кремле руководителям силовых структур. Б. Ельцин просил их поддержать будущего Президента. В 12 часов по московскому времени, когда жители Дальнего Востока собрались у телеэкранов провожать старый и встречать Новый Год, телеобращение Б. Ельцина вышло в эфир. В нем он заявил о сложении с себя полномочий главы государства.

Для страны, общества уход Президента РФ был полной неожиданностью.

Таким образом, в качестве предварительного итога, можно сделать следующие выводы. За годы политических реформ российская политическая система претерпела изменения двух типов:

- институциональные, выражающиеся в возникновении и укреплении политических институтов как основы политической системы, выражающих и представляющих общезначимые интересы общества. Речь идет, прежде всего, о государстве и его структурах, политических партиях и политических движениях, средствах массовой информации, общественном мнении и других. При этом основу новой российской государственности заложили парламентские и президентские выборы и, как отмечалось, принятие новой Конституции;

- структурно-содержательные, нашедшие выражение в утверждении демократических принципов и условий формирования и жизнедеятельности системы и гражданского общества. К ним можно отнести безусловное признание и, хотя и неполное, обеспечение прав и свобод человека; экономическую свободу, многообразие форм собственности, рыночные отношения; политический и идеологический плюрализм, реальное осуществление права человека на информацию; легитимность и представительный характер власти; провозглашение правового государства, невмешательство государства в частную жизнь граждан, законодательное закрепление взаимных обязанностей и ответственности граждан и государства, стремление к партнерству и гражданскому согласию в обществе и др.

Таким образом, с точки зрения институциональной трансформации общества, политические преобразования привели к прогрессу, но вместе с тем в конкретных социальных условиях
России – и к деформации либеральных ценностей в «чистом виде». В результате вместо классических либеральных ценностей появились уродливые формы власти, вместо демократии – скорее автократия; в политическом отношении возник водораздел между «левыми» и «правыми»; приватизация, как бесплатная, так и платная, передача государственного имущества частным владельцам, хотя и привела к изменению самой природы российской экономики, но вместе с тем родила не средний класс, а криминальный элемент; вместо национальной буржуазии общество получило компрадорскую, не желавшую вкладывать инвестиции в отечественную промышленность и предпочитавшую вывозить капитал за рубеж. Говоря словами политолога
В. Кортунова, «вместо великой демократической революции мы получили великую криминальную революцию». Но все эти противоречивые процессы не означали, что российское общество в культурно-цивилизационном плане исчерпало себя и оказалось не способным «усвоить» западные либеральные ценности. Проблемы, возникшие при институциональной трансформации, переходе России к многоукладной экономике и рынку в ходе процесса формирования нового типа общества и государства сами по себе были сложны и противоречивы, порой уникальны, требовали творческого подхода, что и подтвердило последующие развитие событий в России. Они в контексте деятельности Б. Ельцина и его ближайшего окружения вызывали и вызывают научный интерес и неоднозначную оценку исследователей.



ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА 1994-1999 гг.

Начало 1994 г. ознаменовалось новыми подходами во внешней политике Правительства России. Прежде всего, отметим главенствующую роль Президента РФ в формировании и осуществлении внешней политики России. После принятия новой Конституции РФ эта роль многократно возросла. Она зафиксирована в ст. 80 Конституции РФ, согласно которой Президент определяет основные направления внутренней и внешней политики российского государства, а также в ст. 86, где говорится о конкретных предметах ведения главы государства в сфере внешней политики. Важную роль в формировании внешней политики Правительства России играл Совет безопасности РФ. В декабре 1995 г. был создан Совет по внешней политике при Президенте РФ, который во многом взял на себя функции межведомственной внешнеполитической комиссии Совета безопасности России. Одновременно Президент РФ неоднократно подтверждал, в том числе своими указами, координирующую роль МИД РФ в формировании и осуществлении внешней политики России. Однако создать высокоэффективный механизм выработки единого внешнеполитического курса не удалось, что выражалось порой в противоречивости установок различных учреждений и ведомств, которые имели то или иное отношение к координации и формированию внешней политики России. МИД России вместо основополагающей идеи общности интересов с Западом прежде всего с США, выдвинул концепцию, при сохранении в целом прозападной ориентации, соблюдения и защиты национальных интересов РФ. В этой связи все чаще стал распространяться тезис о столкновении интересов России и Запада, а руководство страны – заявлять на международной арене о России как державе, имеющей и отстаивающей собственные геополитические и национальные интересы. Россия начала отходить от антисербской позиции в бывшей Югославии, линия некоторой конфронтации наметилась по проблемам расширения НАТО из-за Ирака, имели место расхождения по проблеме торговли оружием, ракетной техникой и др. Новый подход нашел свое выражение и в многостороннем характере внешней политики, направленной прежде всего на решение внутренних проблем, чему способствовала в известной степени отставка в 1995 г. А. Козырева и назначение на пост министра иностранных дел Е. Примакова. Последний заявил, что без активной внешней политики «трудно, если вообще возможно, осуществлять кардинальные внутренние преобразования, сохранить свою территориальную целостность. России далеко не безразлично, каким образом и в каком качестве она войдет в мировое хозяйство – дискриминируемым сырьевым придатком или его равноправным участником. Это также во многом относится к функции внешней политики». Отметим и такую характерную черту формирования внешней политики России в 1994-1999 гг., как повышение степени интегрированности страны в мировую экономическую систему, а также ориентация, в отличие от 1992-1993 гг., на более тесные и плодотворные отношения со странами СНГ на двусторонней основе.



Развитие отношений в рамках СНГ

Во внешней политике России приоритетным направлением дипломатии являлось развитие отношений в рамках СНГ, о чем свидетельствуют доктринальные документы российской политики середины 1990-х годов. Эти документы нацеливали Россию на сохранение пространства бывшего СССР в качестве зоны ее особых интересов и превращение Содружества во влиятельный субъект мирового политического процесса. При этом в сфере деятельности на этом направлении внешней политики произошла некоторая корректировка курса, наметились изменения, вплоть до полемики и различия во взглядах государств-участников СНГ, на многие проблемы сотрудничества, на фундаментальные цели и задачи Содружества, его роль в мировой политике.



Экономическое сотрудничество

Экономическое сотрудничество государств-участников СНГ характеризовалось поиском новых механизмов взаимодействия с учетом интересов этих государств. Дело в том, что цели, предусмотренные концепцией формирования общего рынка, изложенной в Договоре об экономическом союзе от 24 сентября 1993 г., предусматривавшей, как отмечалось, в соответствии со ст. 4 Договора межгосударственную (многостороннюю) ассоциацию свободной торговли, таможенный союз, общий рынок товаров, услуг, капиталов и рабочей силы и валютный (денежный) союз, оказались невыполненными, хотя на этот счет было заключено немало многосторонних договоров и соглашений. Всего с 1991 г., т.е. с начала образования и деятельности СНГ по 1998 г. последних подписано 1030 , но многие из них остались на бумаге, так и не став действенным инструментом сближения стран. К тому же эта проблема усложнялась еще следующими обстоятельствами: во-первых, углублением кризисных явлений в странах СНГ, что объективно подталкивало их руководство к поиску самостоятельного выхода из кризиса и образованию новых группировок и объединений республик бывшего СССР. Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан создали Центральноазиатское экономическое сообщество, а Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан и Молдова – объединение ГУУАМ; во-вторых, необходимостью поиска решений, связанных с преодолением последствий центробежных тенденций, в том числе сокращением объема взаимной торговли между странами СНГ в их внешней торговле, сложившейся практикой обмена неконкурентными товарами, положением 25-миллионного русскоязычного населения за пределами РФ, а также некоторыми политическими проблемами; в-третьих, возросшей дифференциацией экономических интересов стран СНГ – при несовпадении законодательства и несовместимости экономических и политических реформ, более прагматическим их курсом, учитывавшим интересы, в первую очередь, национальной безопасности и экономического развития.

В сентябре 1995 г. Президент РФ утвердил «Стратегический курс России с государствами-участниками Содружества Независимых Государств». В качестве одной из важнейших задач этот документ предусматривал содействие превращению стран СНГ в устойчивые в политическом и экономическом отношениях государства, проводящие дружественную по отношению к России политику, расширение и углубление интеграционных процессов, укрепление России в качестве ведущей силы в процессе формирования новой системы межгосударственных политических и экономических отношений. Однако в дальнейшем политика России в рамках СНГ была скорректирована.

В 1997 г. Президент РФ объявил о разработке нового курса. Согласно этому курсу, направленному как и раньше на интеграцию Содружества в целом, Россия отказывалась от претензий на доминирование и развитие преимущественно экономического сотрудничества на «одновременной» равноправной основе. Акцент был сделан в сторону в большей степени прагматичных решений проблем, более реалистичных оценок перспектив «одновременного» развития Содружества. Признавалась целесообразность в этой связи поиска новых подходов к решению проблем, что привело в итоге к началу развития т.н. «разноскоростной» модели интеграции в более узком составе государств-участников СНГ. В этой связи, прежде всего, показателен процесс образования Таможенного союза пяти государств СНГ, преобразованного затем в международную экономическую организацию – Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС). Он развивался постепенно, в течение четырех лет, путем заключения ряда соглашений и договоров: соглашения о Таможенном союзе между Российской Федерацией и Республикой Беларусь от 6 января 1995 г.; соглашения о Таможенном союзе от 20 января 1995 г., договоры об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях от 29 марта 1996 г. и договоры о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве от 26 февраля 1999 г. Изначально Соглашение о Таможенном союзе было подписано на двусторонней основе (Белоруссия и Россия), потом – на трехсторонней (Белоруссия, Казахстан и Россия), вслед затем к Соглашению присоединилась Киргизия, уже после этого на четырехсторонней основе подписали Договор об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях . В 1999 г. к нему присоединился Таджикистан. 10 октября 2000 г. президенты пяти стран СНГ – Республики Белоруссии, Республики Казахстан, Киргизской Республики, Российской Федерации и Республики Таджикистан в Астане подписали «Договор об учреждении экономического сообщества». Согласно Договору, ЕврАзЭС создавалось для «эффективного продвижения процесса формирования Договаривающимися Сторонами Таможенного Союза и Единого экономического пространства, а также реализации других целей и задач, определенных… в соглашениях о Таможенном Союзе, Договоре об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях и Договоре о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве….».

Взаимодействуя в рамках этого Сообщества, Договаривающиеся Стороны взяли на себя обязательства привести национальное законодательство в соответствие с положениями Договора. Предполагалось, что в духе Договора о коллективной безопасности они будут развивать также военно-политическое сотрудничество.

Относительно успешно в рамках СНГ развивался двусторонний союз России и Белоруссии.
2 апреля 1996 г. был подписан двусторонний договор об образовании Сообщества Белоруссии и России, открытый для вступления других стран. Ровно через год, 2 апреля 1997 г. он был дополнен Договором об образовании Союза Белоруссии и России с делегированием ему ряда полномочий, а затем – Договором о создании Союзного государства России и Белоруссии от 8 декабря 1999 г.  Все последующие годы Договаривающиеся Стороны предпринимали усилия по реализации двустороннего союза, наполнения его реальным содержанием, особенно в сфере экономики.

Вместе с тем отметим, что Президент Казахстана Н. Назарбаев, занимавший активную позицию по проблемам интеграции в рамках СНГ, накануне подписания Договора об объединении России и Белоруссии предупреждал Москву о необходимости равного подхода к своим союзникам по СНГ. В этой связи он критически оценил состояние дел того периода в СНГ в целом, равно как и двусторонние российско-казахстанские отношения. Казахстанский Президент дал свою оценку тупику, в который, по его мнению, зашел процесс урегулирования постсоветских конфликтов, в том числе и из-за несогласованного с другими членами СНГ размещения военных баз на территории стран, конфликтующих друг с другом, нарушения Устава Содружества о поочередном ежегодном председательстве в СНГ, торможения чиновниками ряда согласованных проектов, которые исходили не из позиции Президента, а жили старыми представлениями в надежде на то, что кого-то можно еще «поставить на колени», перекрыв газовый канал. Эту критику Н. Назарбаев относил, прежде всего, к тогдашним руководителям Газпрома. «Никто никуда уже не приползет», - подчеркнул он в своем выступлении перед большой группой руководителей ведущих СМИ России, приглашенных им в Казахстан на встречу в середине мая 1997 г.

Одновременно Президент Казахстана дал высокую оценку подписанному пять лет назад Договору о дружбе и сотрудничестве России и Казахстана, подчеркнув, что этот Договор до сих пор является беспрецедентным не только в бывшем СССР. Он даже содержит взаимное обязательство сторон использовать все средства, в том числе и военные, в случае нападения на одну из двух стран извне. Такой документ позволял, по мнению Президента Казахстана, строить не просто партнерские, а союзнические отношения, но этого не произошло и отнюдь не по вине Казахстана. Что же касается торможения ряда проектов, включая Каспийский трубопроводный консорциум (КТЕ), к реализации которого так и не приступили, Н. Назарбаев особо отметил: «Мы в Казахстане готовы к тому, чтобы строить трубопроводы для экспорта нашей нефти хоть через Китай, но в результате пострадают отношения с Россией, хотя и не в Алма-Ате будут в этом виноваты». По его словам, в связи с отказом российской «Траснефти» предоставить квоты для транспортировки казахстанской нефти по территории России его страна уже перевезла 2 млн т топливного сырья по Каспию через Иран и еще 200 тыс. т – через «закавказский коридор». Однако от такого решения проблемы страдали российские экономические интересы.

Критическая дискуссия по экономическим вопросам имела место и на заседании Совета Глав Государств (СГГ) Содружества в Кишиневе 22 октября 1997 г. Иными словами, отношения России со странами ближнего зарубежья представляли собой непрерывную цепь проблем, возникших как следствие непродуманного демонтирования СССР и трудных поисков их решения.

Вместе с тем отметим, что в создании зоны свободной торговли были заинтересованы все государства СНГ. Как подчеркивалось в «Декларации глав государств-участников СНГ об основных направлениях развития Содружества Независимых Государств », принятой решением СГГ Содружества от 2 апреля 1999 г., создание зоны свободной торговли СНГ является объективной необходимостью, с точки зрения формирования в Содружестве полноценной рыночной инфраструктуры, перехода к более высоким ступеням хозяйственного сотрудничества, развития в будущем общего экономического пространства, основанного на свободном перемещении товаров, услуг, рабочей силы и капиталов. Государства-участники СНГ уверены в том, что создание зоны свободной торговли СНГ будет содействовать вхождению государств-участников Содружества в мировую хозяйственную систему, вступлению государств в ВТО и развитию сотрудничества с другими международными организациями. Чтобы придать импульс реализации планов по формированию зоны свободной торговли, Россия проявила инициативу, в результате чего был подписан ряд документов, в том числе Протокол о правилах процедуры проведения консультаций о поэтапной отмене изъятий из режима свободной торговли, Соглашение по техническим барьерам в зоне свободной торговли и др.

Несмотря на дифференциацию и расхождения экономических интересов государств СНГ, они были едины в том, что необходимо и дальше развивать и углублять разностороннее экономическое сотрудничество. Государства СНГ убеждены также в том, что следовало бы придать новый импульс развитию равноправного партнерства и сотрудничества в рамках СНГ, в первую очередь, в сфере экономики. «Добившись конкретных результатов в экономическом сотрудничестве, - подчеркивается в Декларации стран СНГ, - государства-участники СНГ смогут эффективнее взаимодействовать и в других областях, представляющих взаимный интерес…» .



Военно-политические отношения

Во внешней политике России со странами СНГ доминировали не только экономические, но и порой в значительно большей степени военно-политические вопросы. Прежде всего отметим усилия государств-участников СНГ по дальнейшему совершенствованию структуры Содружества. В документах определены наиболее важные направления реформирования: активная демократизация деятельности органов Содружества, совершенствование механизма принятия решений и самой структуры межгосударственных органов, достижение высокой эффективности их деятельности, обеспечение обслуживания компактными профессиональными и экономичными секретариатами, сокращение количества численности сотрудников и ликвидации тех органов, которые «утратили свою актуальность» .

Во исполнение согласованных Основных направлений реформирования и сотрудничества был создан Исполнительный комитет СНГ как единый постоянно действующий исполнительный, административный и координирующий орган. Для обеспечения выполнения решений руководящих органов СНГ по вопросам формирования и функционирования зоны свободной торговли и иным проблемам социально-экономического сотрудничества предусматривалось создание экономического совета СНГ. Некоторые органы СНГ были ликвидированы или реорганизованы, как это имело место, например, с Межгосударственным экономическим комитетом экономического союза, учрежденным в октябре 1994 г. в целях реализации зафиксированных в Декларации глав государств-участников СНГ от 2 апреля 1999 г. основных направлений реформы структуры органов СНГ и сотрудничества. Россия, в отличие от прежней позиции, не стала настаивать на том, чтобы наделить органы Содружества наднациональными полномочиями.

Основы доктрины и более конкретные цели российской политики в отношении СНГ в сфере военно-политического сотрудничества излагались в «Стратегическом курсе России с государствами-участниками Содружества Независимых государств» (сентябрь 1995 г.), Концепции национальной безопасности, утвержденной 17 декабря 1997 г., «Декларации глав государств-участников СНГ об основных направлениях развития Содружества Независимых государств» (апрель 1999 г.). К доктринальным документам российской политики с учетом ее определенной эволюции следует также отнести Концепцию национальной безопасности Российской Федерации (январь 2000 г.), Концепцию внешней политики Российской Федерации, утвержденную Президентом РФ в июне того же года, и Программу действий по развитию Содружества Независимых Государств на период до 2005 г. (июнь 2000 г.) .

Анализ этих документов позволяет сделать вывод о том, что российская политика в отношении СНГ в целом и отдельных государств-участников в сфере военно-политического сотрудничества претерпела определенную эволюцию. Вот некоторые тому свидетельства. Во-первых, если доктринальные документы начала и середины 90-х гг. ориентировали на необходимость обеспечения многостороннего и всестороннего сотрудничества и интеграции в рамках СНГ, сохранение пространства бывшего СССР в качестве зоны особых интересов России и укрепления ее здесь в качестве ведущей силы формирования новой системы межгосударственных отношений, то в конце тех же годов и начале 2000 г. основы доктрины исходят из концепции «разноскоростной» и «разноуровневой» интеграции в рамках СНГ. Поэтому Россия, делая, как и прежде, упор на развитие добрососедских отношений и стратегическое партнерство со всеми государствами-участниками СНГ, заявила о том, что она «будет определять параметры и характер своего взаимодействия с государствами-участниками СНГ как в целом в СНГ, так и в более узких объединениях, в первую очередь, в Таможенном Союзе, Договоре коллективной безопасности» .

Во-вторых, если в «Стратегическом курсе России с государствами-участниками Содружества Независимых Государств» от 14 сентября 1995 г. главной целью России провозглашалось создание интегрированного экономического и политического объединения государств, способного претендовать на достойное место в мировом сообществе, то последующие доктринальные документы российской политики, признавая необходимость многостороннего и двустороннего сотрудничества на принципах международного права, во главу угла фактически поставили вопрос о защите государственных интересов, решении задач национальной безопасности страны, независимо от достигнутого уровня интеграции в СНГ. При этом акцент делается и на развитие процессов, связанных с постепенной интеграцией России в европейское экономическое пространство, поиск согласия и совпадающих интересов с зарубежными странами и межгосударственными объединениями в соответствии с национальными приоритетами России.

Концепция внешней политики от 28 июня 2000 г. в числе важных задач политики России в отношении государств-участников СНГ указывает на то, что практические отношения с каждым из государств-участников необходимо строить с учетом трех условий: «встречной открытости» для сотрудничества; готовности должным образом учитывать интересы Российской Федерации; обеспечения прав российских соотечественников .

В-третьих, линия России в рамках СНГ предполагала укрепление союза Белоруссии и России «как высшей на данном этапе формы интеграции двух суверенных государств».

В-четвертых, особый упор был сделан на совместное развитие сотрудничества с государствами-участниками СНГ в военно-политической области и сфере безопасности, прежде всего в борьбе с терроризмом и экстремизмом.

Конкретная политика РФ по данным направлениям внешнеполитической деятельности открывала новые возможности, но вместе с тем с учетом ограниченности ее ресурсов, относительно невысокого удельного веса стран СНГ во внешнеэкономических связях РФ, набиравшей все большие обороты дифференциации в странах СНГ, она осуществлялась с большими трудностями и ставила все новые проблемы. Напомним, что основные задачи политики России в отношении государств СНГ в области национальной безопасности предполагали создание системы коллективной безопасности на основе Ташкентского Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г., а также развития двусторонних отношений; поощрение стремления государств-участников Договора объединиться в оборонный союз; обеспечение четкой регламентации правового положения российских военных баз; углубление сотрудничества в сфере безопасности государственных границ; привлечение других государств СНГ к осуществлению миротворческой деятельности на пространстве Содружества; содействие неучастию государств СНГ в союзах или блоках, направленных против любого из этих государств, и др.

Однако в большинстве своем эти цели так и не были достигнуты. Не удалось сформировать оборонный союз государств-участников Договора от 15 мая 1991 г., слабо координировалась внешнеполитическая деятельность, не была решена в полной мере на двусторонней основе задача правового урегулирования и финансового обеспечения пребывания российских вооруженных сил и военных баз в отдельных странах. Россия не располагала необходимыми ресурсами, в том числе финансовыми, для выполнения основных задач политики России в отношении государств СНГ. К тому же практическое осуществление вышеизложенных целей политики России противоречило интересам некоторых других стран, вступало в противоречие с объективными возможностями самой России, в полной мере не учитывало в результате прагматической линии некоторых государств-участников СНГ ослабления их зависимости от России. Все это требовало внесения определенных корректив в российскую политику и осуществления, очевидно, более прагматического курса в отношении Содружества.

И, тем не менее, необходимо отметить, что, несмотря на преобладание дальнейшей дифференциации политики стран СНГ в военно-политической области, в этой сфере военно-политическое сотрудничество продолжалось, в том числе, в рамках Ташкентского Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г. 8 апреля 1994 г. этот Договор вступил в силу, в 1999 г. – продлен на очередной 5-летний срок. К этому времени из него вышли Азербайджан, Грузия и Узбекистан. Таким образом, из девяти государств-участников этого Договора остались шесть – Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия и Таджикистан. Летом 1998 г. Россия и Армения заключили военный союз на двусторонней основе.

Об интеграции на многосторонней основе стали говорить все реже. Интеграционная риторика все чаще отступала на задний план. В октябре 1997 г. на заседании Совета глав государств Б. Ельцин заявил, что Россия только выиграет, если ее будут окружать «стабильные, экономически развитые и политически независимые дружественные государства». Мы заинтересованы в том, - подчеркнул Президент РФ, - чтобы наши соседи были союзниками и притом сильными».

В октябре 1996 г. приступил к работе Секретариат Совета коллективной безопасности, созданный еще в 1993 г. В том же году в рамках СНГ приняли Положение о коллективных силах по поддержанию мира и Концепцию предотвращения и урегулирования конфликтов на территории государств-участников СНГ. Эти документы, наряду с другими, составляли определенное правовое основание для проведения операций по поддержанию мира по поручению Содружества.

Важным шагом на пути развития перспектив сотрудничества стало решение Совета глав государств СНГ от 2 апреля 1999 г. об основных направлениях сотрудничества, для реализации которых была разработана «Программа действий по развитию Содружества Независимых Государств на период до 2005 г.». Весьма симптоматично, что интеграционная риторика сохраняется и в этих доктринальных документах, однако, по сравнению с документами начала 90-х годов, она стала менее заметной. Главная цель Программы – «придать новый импульс развитию равноправного партнерства и сотрудничества в рамках СНГ». В области политического сотрудничества и миротворческой деятельности предусматривалось:

- совершенствование механизмов укрепления мер доверия во взаимоотношениях государств-участников Содружества;

- сближение позиций государств-участников Содружества в вопросах внешней политики, согласование подходов к решению глобальных мировых проблем, осуществление взаимной поддержки в международных организациях;

- продолжение практики проведения многоуровневых межмидовских консультаций по актуальным международным вопросам;

- придание коллективного характера политическим усилиям в урегулировании и предотвращении конфликтов и операциям по поддержанию мира;

- урегулирование имеющих место на территориях государств-участников Содружества вооруженных конфликтов мирными средствами с использованием механизмов и ресурсов ООН, ОБСЕ .

В области сотрудничества в борьбе с преступностью, терроризмом основное внимание сосредоточено на укреплении сотрудничества в целях противодействия организованной преступности, международному терроризму и иным проявлениям экстремизма. Одновременно подчеркивается необходимость развития правовой базы государств-участников Содружества.

В области военного сотрудничества и охраны границ программа исходит из необходимости развития военного сотрудничества государств-участников СНГ, дальнейшего развития объединенной системы ПВО, совершенствования военно-технического сотрудничества, выработки и реализации основных направлений (концепции) согласованной пограничной политики государств-участников СНГ, развития и совершенствования сотрудничества в сфере обеспечения безопасности границ и стабильного положения на них. На всех этих направлениях военно-политического сотрудничества шел сложный процесс его налаживания.

Линия России в рамках Содружества предполагала в интересах поддержания его единства содействие устранению имеющихся и предотвращению возникновения новых очагов напряженности конфликтов в «горячих точках» правового пространства бывших союзных республик (Абхазия, Нагорный Карабах, Приднестровье, Южная Осетия).

Говоря о степени военно-политического сотрудничества в контексте этой проблемы, следует отметить, что по сравнению с начальным этапом сотрудничества в этой сфере произошли существенные изменения: сократился объем такого сотрудничества в целом; фактически выйдя из Ташкентского Договора о коллективной безопасности, Грузия, Азербайджан и Узбекистан не стали больше связывать обеспечение территориальной целостности и безопасности своих стран с Россией, а взяли курс на ориентацию в решении данной проблемы на США и НАТО; начался процесс сокращения российских военных баз в Грузии и Молдавии; с 1997 г. – вывода пограничников из Грузии, Киргизии и Туркменистана; при участии России и во взаимодействии с ООН и ОБСЕ в конце 90-х годов наметился некоторый прогресс в налаживании переговорного процесса по урегулированию конфликтов в «горячих точках»; в те же годы на основе двусторонних договоренностей и многосторонних решений Совета Глав государств ограниченные контингенты российских войск продолжали выполнять свою миротворческую миссию в Грузии (Абхазия и Южная Осетия), Молдавии (Приднестровье), Таджикистане.

Вместе с тем следует отметить, что основные усилия России в рамках военно-политического сотрудничества направлялись на создание благоприятных внешних условий для поддержания и эксплуатации военных стратегических объектов, включая, например, полигон Байконур, станции раннего предупреждения о ракетном нападении и др., находившиеся на арендуемой Россией территории в Азербайджане, Белоруссии, Казахстане, Украине и Таджикистане. 16 марта 1995 г. Россия подписала двусторонний Договор о российской военной базе на территории Республики Армения. Кроме того, была проделана определенная работа, хотя до сих пор полностью не завершенная, но во многих отношениях уникальная, по демилитаризации границы между Россией и некоторыми государствами СНГ.

В ряде случаев по ключевым принципам многих из проблем (статус пребывания, условия аренды, платежи и взаимные расчеты, привлечение других стран Содружества к участию в миротворческих операциях и т.д.) России не всегда удавалось преодолеть возникавшие «барьеры и ограничения» и формировать необходимый консенсус. В этой связи отметим, например, сложный процесс по согласованию в конце 90-х годов 18 дополнительных соглашений с Украиной, нацеленных на обеспечение соответствующих гарантий для нормального функционирования флота РФ и социально-экономических условий для личного состава и членов их семей. Не обошлись без проблем и усилий по созданию условий для переговорного процесса между конфликтующими сторонами, при этом сам поиск взаимоприемлемых развязок испытывал немало трудностей, выдвигал и ставил новые проблемы. Так, разрастание грузино-абхазского конфликта затруднялось нерешенностью вопроса о политическом статусе Абхазии при обеспечении территориальной целостности Грузии.

Летом 1997 г. при посредничестве России состоялись переговоры лидеров Грузии и Абхазии по урегулированию затянувшегося грузино-абхазского конфликта. Перспективы урегулирования в Приднестровье были также связаны с обеспечением территориальной целостности и суверенитета Молдавии при наделении его приемлемым правовым статусом. В июле 1994 г. при участии представителей «самопровозглашенной Приднестровской Молдавской Республики» было подписано Российско-молдавское Соглашение, предусматривавшее прекращение боевых действий и развод противоборствующих здесь группировок.

Через три года, в мае 1997 г., руководители Молдавии и Приднестровья при посредничестве России и Украины и соответствующих гарантиях с их стороны подписали в Москве Меморандум об основах нормализации отношений в этой «горячей точке». Решение проблемы армяно-азербайджанского противостояния «вокруг Нагорного Карабаха» предполагало наличие и развитие сложного процесса выработки совместной схемы урегулирования конфликта, приемлемой для обоих государств, согласования условий обмена военнопленными, налаживание регулярных контактов по военной линии и ряд других. В конце 1995 - начале 1996 гг. Госдепартамент США пытался активно содействовать урегулированию военного армяно-азербайджанского конфликта, проявлял заинтересованность в положении дел в Таджикистане, где имел место этнический конфликт на границе с Афганистаном и Китаем. Здесь достижение стабильности и общественного согласия в обществе было напрямую связано, при активном участии России, с процессом межтаджикского урегулирования, расширением международной поддержки и оказанием стране финансовой и иной помощи. В итоге при посредничестве России состоялось подписание Соглашения о прекращении боевых действий между противоборствовавшими сторонами и создание Комиссии по достижению национального примирения. Следует отметить заинтересованность Запада в участии азиатских государств Содружества в системе «Партнерство во имя мира», сближении этих государств с НАТО, в перекачке нефти Азербайджана и Казахстана через Турцию и Грузию, а не Россию. Линия России в отношении Содружества, несмотря на заключение и подписание в конце 90-х гг. более 800 различных договоров, соглашений и деклараций, направленных на поддержание единства СНГ и развитие межгосударственных отношений, носивших в большинстве своем декларативный и рекомендательный характер, все больше делала акцент на двустороннем сотрудничестве. Особенность последнего в военно-политической сфере как раз и заключалась в том, что реализация большинства планов, проектов, мероприятий и т.д., отнесенных ранее к сфере многостороннего сотрудничества (охрана внешних границ, создание и развитие объединенной системы ПВО, ПРО, выработка согласованной пограничной политики и т.д.), стала обеспечиваться преимущественно на двусторонней основе. Об этом свидетельствует «строительство» взаимовыгодных связей, предусмотренное в соответствующих двусторонних декларациях, договорах о дружбе и сотрудничестве, программах сотрудничества, многих принципиальных правовых актах в рамках двусторонних отношений. На двусторонней основе Россия подписала с Республикой Грузия Соглашение о сотрудничестве в области культуры, науки и образования, с Республикой Узбекистан – Декларацию о развитии и углублении всестороннего сотрудничества
(2 марта 1994 г.), с Республикой Беларусь – Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве (21 февраля 1995 г.), с Республикой Армения – Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи (29 августа 1997 г.), с Украиной – Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве (31 мая 1997 г.). Подписанные договоры позволяли наполнить качественно новым содержанием отношения между государствами, в результате открывались объективные возможности для более углубленного сотрудничества и многопланового взаимодействия на двусторонней основе. Однако и в этом случае процесс формирования «общего пространства» на такой основе испытывал трудности, обусловленные рядом объективных и субъективных факторов, в том числе различием в системах и уровне экономического развития, отсутствием гармонизации законодательства, а также дифференциацией самой политики стран Содружества и др. Более того, усилилось противодействие России со стороны Азербайджана, Узбекистана и Украины, дистанцировавшихся от интеграционных связей в рамках СНГ. Вместе с тем Украина наряду с Белоруссией и Казахстаном были важными партнерами России в интеграционных процессах. В то же время для этих трех государств Россия в середине 90-х годов была крупнейшим торговым партнером. От уровня развития двусторонних отношений во многом напрямую зависело не только развитие этих государств, но и вся дальнейшая судьба Содружества. Вот почему именно с этими странами Россия заключила огромное количество принципиальных международно-правовых актов по вопросам политического, военного и экономического сотрудничества, охвативших многие стороны совместной деятельности. Так, в июле 1998 г. Россия и Казахстан подписали Декларацию о вечной дружбе и сотрудничестве, а также договор о разделе нефтяного дна Каспийского мора. По мнению политических деятелей Казахстана, именно в этой Декларации о вечной дружбе и сотрудничестве, а также в Программе экономического сотрудничества, рассчитанной на 10 лет, и в более чем 250 различных двусторонних договорах заложены основы для строительства взаимовыгодных связей Казахстана и России.

Долгое время крайне напряженными прежде всего, из-за раздела Черноморского флота и статуса Севастополя, оставались отношения России с Украиной. Пришлось приложить с обеих сторон немало усилий, прежде чем переговорный процесс привел к заключению ряда договоров и соглашений: в 1966 г. удалось согласовать долгосрочную программу экономического сотрудничества до 2007 г.; 31 мая 1997 г. – подписать между Российской Федерацией и Украиной Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве и в пакете с ним – ряд дополнительных соглашений.

В основе Договора, согласно его статье 3, признание принципов взаимного уважения, суверенного равенства, территориальной целостности, нерушимости границ, мирного урегулирования споров, неприменения силы или угрозы силой, включая экономические и иные способы давления, а также другие общепризнанные нормы международного права.

Договор определял отношения между Российской Федерацией и Украиной как отношения дружественные, равноправные, основанные на взаимном уважении, стратегическом партнерстве и сотрудничестве. В этой связи два государства брали на себя обязательства во всех сферах жизни строить свои отношения на закрепленных в Договоре принципах стратегического партнерства и сотрудничества, воздерживаться от действий, направленных друг против друга, проводить консультации во всех случаях возникновения ситуации, затрагивающей интересы безопасности одной из стран, и при необходимости принимать согласованные ими совместные меры по преодолению такой ситуации.

В пакете с Договором от 31 мая 1997 г. в итоге длительных и сложных переговоров были подписаны три базовых соглашения об урегулировании проблемы Черноморского флота, его разделе и местах дислокации: «О параметрах раздела Черноморского флота», «О статусе и условиях пребывания Черноморского флота на территории Украины», «О взаиморасчетах, связанных с разделом Черноморского флота (ЧФ) и пребыванием Черноморского флота РФ на территории Украины». Кроме того, в развитие достигнутых договоренностей предполагалось подготовить ряд дополнительных соглашений.

Подписанные соглашения определяли численность личного состава Черноморского флота (ЧФ) и морской пехоты, вопросы совместного базирования флотов обеих стран, принципы взаимоотношений Черноморского флота (ЧФ) с органами власти и Министерством обороны Украины и ряд других. Разумеется, они не устраивали в полной мере российскую сторону. В ряде случаев пришлось идти на компромиссы, в том числе по проблеме базирования флотов обеих стран в г. Севастополе: Россия отказалась, например, от своего прежнего предложения относительно раздельного базирования флотов – российского – в г. Севастополе, а украинского – в пос. Новоозерное (Дознулав). Но главное все же заключалось в том, что в результате достигнутых договоренностей удалось в целом решить проблему о параметрах раздела и местах базирования бывшего советского Черноморского флота. Заключив базовые соглашения об урегулировании Черноморского флота, Россия добилась главного – сохранение на условиях аренды на 20 лет с возможностью продления основной базы российского флота в Севастополе, аэродромов и полигонов на площади 18 тыс. га, 6 командных пунктов и объединений и соединений флота. Кроме того, в состав Черноморского флот РФ должны были войти 338 кораблей и судов.
25 тыс. человек личного состава, в том числе 2 тыс. морской пехоты и ударной авиации, а также 106 летательных аппаратов. Все это играет важную роль и имеет большое значение в обеспечении обороны и безопасности российских морских рубежей и морских коммуникаций на стратегически важном южном направлении обеспечения безопасности России. Но, несмотря на достигнутые договоренности, поиск новых инструментов в урегулировании проблем, российско-украинские отношения продолжали оставаться одной из сложных проблем внешней политики России. Ряд политических деятелей России, общественных и политических организаций не разделяли точку зрения руководства страны на юридически спорный вопрос о принадлежности Крыма и города русской боевой славы Севастополя Украинской Республике, поэтому ставили под сомнение ценность достигнутых договоренностей с Украиной, прежде всего, соглашений об урегулировании проблемы Черноморского флота.

Определенный прогресс, и во многих сферах наибольший, был достигнут в российско-белорусских отношениях. Напомним, что еще 2 апреля Президент РФ Б. Ельцин и Президент Республики Беларусь А. Лукашенко подписали «Договор об образовании Сообщества России и Беларуси». Председателем высшего органа Сообщества – Высшего Совета, в состав которого, согласно ст. 9 Договора, входят главы государств и правительств, руководители парламентов стран, а также председатель постоянно действующего органа – Исполнительного Комитета – был утвержден Президент Беларуси А. Лукашенко. Через год  Сообщество было преобразовано в Союз двух государств. В конце мая 1997 г. подписан Устав Союза Беларуси и России, определявший цели Союза, многие параметры интеграционного процесса двух государств. В политической сфере Устав определял следующие задачи: согласование позиций и действий при решении общих политических проблем; выработку общих позиций по международным вопросам, представляющим взаимный интерес; осуществление согласованных мер по обеспечению международного мира и безопасности; содействие развитию демократии в Союзе, соблюдению и защите прав и основных свобод человека и гражданина в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Устав определял задачи Союза и в иных сферах общественной жизни, в том числе, в сфере обеспечения безопасности - социальной, экономической и правовой. На этом этапе сотрудничества между Россией и Беларуси речь фактически шла о воссоздании единого экономического пространства. Так был начат новый этап в единении народов Белоруссии и России, в продвижении к добровольному объединению государств-участников Союза.

Вслед за тем в декабре 1998 г. президенты России и Белоруссии подписали ряд соглашений, нацеленных на подготовку нового союза двух государств, который предусматривал более тесную интеграцию политических и экономических систем. Документы не исключали также возможность проведения референдума для решения вопроса об объединении и создании союзного государства.

Через год, 8 декабря 1999г. Президент Российской Федерации Б. Ельцин и Президент Республики Беларусь А. Лукашенко подписали Договор о создании Союзного государства и Программу действий Российской Федерации и Республики Беларусь по реализации Договора о создании Союзного государства. Предполагалось, что выполнение данной программы завершит процесс создания Союзного государства с единым экономическим пространством, единой транспортной системой, единой таможенной территорией, единой денежной единицей и общим бюджетом. В то же время предусматривалось, что Россия и Республика Беларусь в международной деятельности, в сфере обороны, безопасности, борьбы с преступностью, в социальной и культурной областях будут проводить тесно согласованную политику. В этих целях предстояла большая работа по передаче Союзному государству зафиксированных в Договоре от 8 декабря 1999 г. предметов ведения, включая возможность создания союзных или координирующих органов и внесение соответствующих изменений в Конституции двух государств, подготовку проекта Конституционного акта Союзного государства, который должен определить государственную и правовую систему последнего. Таким образом, подписанные российско-белорусские документы предусматривали постепенное сближение двух государств при сохранении их государственного суверенитета и образование, в соответствии с Договором от 8 декабря 1999 г. и Программой действий союзного государства. Этот сложный процесс находился на своем начальном этапе, был далек от завершения и в дальнейшем испытает немало трудностей, в том числе экономического и политического характера.

Из всего этого вытекает вывод принципиального значения: если в первые годы реформ политика России со странами Содружества шла по линии дистанцирования, то с конца 1995 г. - начала 1996 г. развитие отношений с государствами-участниками СНГ Россия рассматривала в качестве важного приоритета внешнеполитического курса.

В рамках этого процесса в политике России до конца 90-х годов происходила заметная эволюция в сторону развития двусторонних отношений и таких интеграционных процессов, которые отвечали бы интересам России на территории бывшего СССР. В итоге в конце 90-х годов была выработана новая стратегия сотрудничества, нацеленная, по сравнению с прошлым, когда Россия не всегда отстаивала в странах СНГ свои национальные интересы, на необходимость последовательной их защиты и учета непреложного факта происходившей дифференциации в самом Содружестве и переориентации некоторых из его участников на Запад. От этого во многом зависела модель налаживания экономического и военного сотрудничества с государствами Содружества, двусторонних межгосударственных отношений в целом.

Еще один вывод состоит в том, что в рамках СНГ усилился процесс его регионализации. Он значительно ускорился после дефолта в августе 1998 г. и нашел свое отчетливое проявление в образовании на бывшем постсоветском пространстве различных межгосударственных союзов.

Важнейшей задачей российской внешней политики продолжала оставаться забота о положении 25-миллионного русскоязычного населения в странах СНГ.



Россия и страны дальнего зарубежья

Большое внимание в своей внешнеполитической деятельности Россия уделяла отношениям со странами дальнего зарубежья. На отношениях России со странами Запада, как, впрочем, и на международные отношения середины 90-х годов в целом, продолжали сказываться такие факторы, как неблагоприятная геополитическая ситуация, в которой оказалась страна; разрушение биполярной системы и превращение прежних отношений в Восточной Европе «в руины», новая расстановка сил на международной арене и новые ориентиры во внешнеполитической стратегии бывших социалистических стран; возросшая роль США, претендовавших на роль единственной сверхдержавы в международном пространстве после одержанной ими победы в «холодной войне» и ряд других. Вместе с тем многие отправные моменты политического и экономического развития всей системы международных отношений в Европе определяли процессы интеграции. При этом ключевую роль во всех переменах, связанных с последней, играли такие политические институты, на которых основывался новый европейский порядок, как НАТО, ЕС, СБСЕ и Совет Европы.



Россия и Европа

Большую роль в мировой политике в 1994-1999 гг. играли страны европейского континента. Российское руководство строило свою политику с этими странами исходя из новых реалий на международной арене и социально-экономического и политического состояния внутри страны. При этом оно отдавало себе отчет в том, что чрезмерные надежды на Запад, который рассматривался как естественный союзник России, не оправдались. В России начинался новый период внешнеполитической деятельности, отличавшийся в середине 90-х годов заметной прагматизацией курса, отказом от утопических и иллюзорных надежд предыдущего этапа, а также перестройкой российской дипломатии применительно к жизненно важным, прежде всего экономическим потребностям страны.

Вместе с тем западный вектор внешней политики российское руководство по-прежнему признавало основным, хотя это направление и оказалось не столь плодотворным, как еще недавно ожидалось. Оно твердо было убеждено в том, что без Европы невозможно достигнуть всеобъемлющей стратегической стабильности в мире. Поэтому и по другим причинам Россия проявила готовность к сотрудничеству с Западом, проводила внешнеполитический курс на активизацию взаимодействий с государствами Западной Европы, оказание содействия в формировании стабильной и всеобъемлющей системы европейской безопасности. Ее внешняя политика была подчинена решению задач укрепления безопасности страны, усиления международной безопасности и придания дополнительного импульса равноправному сотрудничеству в соответствии с национальными интересами и новыми геополитическими условиями, в которых оказалась Россия.

Осуществляя этот курс, российское руководство выступило за укрепление и развитие Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) как структуры, объединяющей все государства континента и способной вырабатывать при неукоснительном соблюдении норм международного права единые подходы европейских государств к основным проблемам формирования общеевропейской системы безопасности. В этом отношении ОБСЕ представляла собой и является до сих пор универсальным механизмом, вырабатывающим коллективную волю государств-участников ОБСЕ. Важными вехами в деятельности ОБСЕ стали: Будапештский саммит (декабрь 1994 г.), принявший новую редакцию Венского документа по мерам доверия, предусматривающую предоставление более обширной информации о военных силах, включая планирование и расходы на оборону; Лиссабонская встреча глав государств и правительств государств-участников ОБСЕ (декабрь 1996 г.), одобрившая Декларацию по мерам общей и всеобъемлющей безопасности для Европы XXI века; саммит ОБСЕ в Стамбуле (ноябрь 1999 г.), в котором нашла подтверждение приверженность всех государств-участников ОБСЕ основополагающим принципам Устава ООН и Хельсинкского Заключительного акта. Это означало, что европейская безопасность должна была как и раньше строиться на следующих принципах: уважение суверенного равенства государств; территориальной целостности государств и неприкосновенности границ; мирного урегулирования споров, неприменения силы или угрозы силой; невмешательства во внутренние дела; соблюдения прав человека.

Вместе с тем российское руководство высказало несогласие с политикой некоторых государств, направленной на принижение роли ОБСЕ и стремление строительства европейской безопасности на основе замкнутых организаций и объединений, прежде всего НАТО. Наряду с ОБСЕ важную роль в процессе укрепления безопасности и сотрудничества в Европе призван сыграть Совет Европы, созданный, как известно, еще в 1949 г. Главная задача этой европейской структуры – единение Европы в интересах осуществления идеалов и принципов плюралистической демократии, верховенства закона и прав человека. В этой связи стоит отметить политическую Декларацию «За большую Европу без разделительных линий», принятую в Будапеште на 104 сессии Комитета Министров Совета Европы. Эта Декларация провозгласила своей главной задачей достижение единства «Большой Европы», устранение всевозможных препятствий на этом пути, расширение на европейском пространстве сферы действия силы права. Для бывших социалистических стран Центральной и Восточной Европы, а также новых независимых государств, образовавшихся на территории постсоветского пространства, расширялись возможности для вступления в Совет Европы.

28 февраля 1996 г. Россия вступила в Совет Европы, взяв тем самым на себя обязательства соблюдать общепризнанные европейские юридические нормы. Она стала участницей 28 европейских конвенций, что имело большое значение для становления и укрепления в стране институтов демократии и правового государства.

Вместе с тем отметим, что российское руководство неоднократно высказывало свое отрицательное отношение к политике т. н. «двойных стандартов», осуществляемой порой Советом Европы (натовские бомбардировки в Югославии, оценка действий России в Чечне, позиция по нарушениям прав человека и национальных меньшинств в Латвии и Эстонии и др.). Россия приложила немало усилий по налаживанию партнерства с Европейским Союзом, хотя на обозримую перспективу она не ставила перед собой задач вступления в ЕС. Относительно содействия сближению с ЕС в июне 1994 г. на о. Корфу было заключено Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Россией и Европейским Союзом, согласно которому через несколько лет после его вступления в силу должны были быть облегчены экономические связи между Россией и ЕС. Против ратификации этого Соглашения выступили многие российские политики. В декабре 1997 г. Соглашение о партнерстве и сотрудничестве с ЕС вступило в силу. Ратификация - (позднелат. ratificatio, от лат. ratus - утвержденный и facio - делаю) утверждение верховным органом государственной власти данной страны международного договора, заключённого её уполномоченным. В 1994-1996 гг. руководство НАТО активизировало курс на расширение своей организации на Восток. Российское руководство высказало несогласие с такой политикой и вместе с тем предприняло далеко идущие шаги по пути сближения с НАТО. Эту проблему предполагалось решить по двум направлениям: в рамках двусторонних отношений; путем участия в предложенной НАТО программе «Партнерство во имя мира». 27 мая 1997 г. в Париже Президент РФ Б. Ельцин, а также главы государств и правительств стран-членов НАТО и Генеральный секретарь НАТО подписали «Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Российской Федерацией и организацией Североатлантического договора». В нем указывалось, что «Россия и НАТО не рассматривают друг друга как противников», их общей целью является «преодоление остатков прежней конфронтации и соперничества и укрепление взаимного доверия и сотрудничества» .

Россия и НАТО взяли на себя обязательства строить свои отношения на приверженности следующим принципам: развитие на основе транспарентности прочного, стабильного, долговременного и равноправного партнерства и сотрудничества; признание жизненно важной роли демократии, политического плюрализма, верховенства закона и уважения прав человека и гражданских свобод, а также развитие рыночной экономики; отказ от применения силы или угрозы силой; уважение суверенитета, независимости и территориальной целостности всех государств и их права выбора путей обеспечения собственной безопасности, нерушимости границ и право народов на самоопределение; взаимная транспарентность в разработке и осуществлении оборонной политики и военных доктрин; предотвращение конфликтов и урегулирование споров мирными средствами в соответствии с принципами ООН и ОБСЕ; поддержка в каждом конкретном случае миротворческих операций, осуществляемых под руководством Совета Безопасности ООН или под ответственностью ОБСЕ. Для осуществления целей, предусмотренных Основополагающим Актом, и разработки общих подходов к европейской безопасности и политическим вопросам предусматривалось создание «Совместного Постоянного Совета Россия-НАТО». Применение силы в миротворческих операциях должно решаться на основе общего согласия в этом Совете, решения Совета Безопасности ООН или Организации безопасности и сотрудничества в Европе. Принципиально важное значение для России имело закрепление в Акте положения о том, что государства-члены НАТО не имеют намерений, планов или причин для развертывания ядерного оружия на территории новых членов Организации Североатлантического договора. Эти государства не будут «изменять любой из аспектов построения ядерных сил НАТО, а также не предвидят необходимости делать это в будущем» .

Подписание Основополагающего Акта Россия-НАТО реально мало что изменило в стремлении Запада расширить НАТО на Восток.

Одновременно Россия наряду с другими государствами бывшего СССР и социалистических стран Центральной и Восточной Европы стала участником Программы «Партнерство во имя мира», предложенной США и Западной Европой. Эта Программа была направлена, во-первых, на расширение «зоны ответственности» блока НАТО; во-вторых, на закрепление США на неограниченное лидерство, их стремление привести складывающуюся международную систему в соответствие со своими интересами; в-третьих, на предоставление государствам Центральной и Восточной Европы гарантии безопасности от России и недопущение возрождения ее в качестве «империи». Иными словами, решение о расширении НАТО и форсированное продвижение этого блока к российским границам, несмотря на словесную западную риторику, объективно создавало ощущение прямой угрозы России. Поэтому российское руководство пыталось противодействовать экспансии Североатлантического альянса на Восток и в декабре 1994 г. отказалось подписать Программу НАТО. Для России проблема расширения Североатлантического Союза превращалась в вопрос ее отношений со странами Запада. В итоге России все же пришлось согласиться на принятие в НАТО государств Центральной Европы. Причем Россия присоединилась к Программе уже после того, как было принято решение о начале процесса расширения НАТО. Россия, оказавшись не в состоянии восстановить нарушенный баланс сил, пыталась выстроить свои отношения с НАТО с акцентом на развитие диалога, взаимодействие в областях, представлявших взаимный интерес.

8 июля 1997 г., вопреки возражениям России, руководители Североатлантического союза приняли решение о приглашении в состав НАТО трех новых членов – Польши, Венгрии, Чехии. Вступление указанных государств, а также стран Балтии стало фактом. Оно свидетельствовало о стремлении США и Североатлантического Союза, вопреки ранее взятым обязательствам не расширять зону ответственности блока НАТО, распространить свое влияние на Восток. Агрессивные действия альянса весной 1999 г. против суверенной Югославии без санкции Совета Безопасности ООН подтвердили этот внешнеполитический курс. Россия ничего не смогла сделать, чтобы предотвратить их. Вместе с тем они внесли новые моменты в дело отрезвления взаимоотношений России со странами Запада. Чтобы не быть изолированной от западной системы, Россия прилагала немалые усилия, направленные на ее интеграцию в мировое сообщество. О реальных шагах в этом направлении свидетельствуют такие факты, как приглашение России присоединиться в качестве равноправного члена к ежегодным встречам лидеров «большой семерки» - наиболее развитых стран мира, принятие ее, как отмечалось, в Совет Европы, Международный валютный фонд (МВФ), Всемирный Банк, заключение соглашений о сотрудничестве с Европейским сообществом и др. В связи с предстоявшим расширением ЕС Россия в августе 1999 г. направила Председателю Европейской комиссии перечень российских «озабоченностей», т.е. проблем, с которыми может столкнуться РФ при вступлении стран Центральной и Восточной Европы в ЕС. Эти «озабоченности» касались внешней политики и безопасности, торгово-экономических взаимоотношений, тарифной политики и ряд других. По всем этим проблемам в рамках подписанного Соглашения о партнерстве и сотрудничестве с ЕС стали проводиться соответствующие консультации.



Россия и США

Важное значение руководство страны придавало развитию дружественных отношений с США. Необходимость в обеспечении стабильных отношений с этим государством была продиктована рядом объективных обстоятельств: Россия и США являются крупнейшими ядерными державами; оба государства как постоянные члены Совета Безопасности ООН несут особую ответственность за поддержание международного мира и безопасности; они активно участвуют в процессах ограничения и сокращения вооружений, достижения общих целей в сфере безопасности; имеют точки соприкосновения или близкие позиции по многим международным проблемам. От США и России во многом зависит судьба общеевропейского процесса, осуществление Хартии европейской безопасности, принятой на Стамбульском саммите ОБСЕ. Возросшая конфликтность на региональном уровне также обусловливала необходимость сотрудничества двух стран.

Кроме того, провозглашенный курс на стратегическое сотрудничество с США предполагал взаимодействие во многих сферах общественной жизни, обеспечения национальной и международной безопасности. Оба государства заявили, что они больше не рассматривают друг друга в качестве противников. Основные ориентиры и направления совместной деятельности России и США, в том числе в сфере обеспечения международной безопасности, экономического партнерства и т.д. нашли отражение в совместных заявлениях, принятых в ходе встреч на высшем уровне, в том числе в Хельсинки (март 1997 г.) и в Москве (сентябрь 1998 г.). Так, в Совместном заявлении, подписанном Б. Ельциным и Б. Клинтоном в сентябре 1998 г. в Москве указывалось на необходимость мобилизации усилий всего международного сообщества в целях противодействия и отражения вызовов, связанных с угрозой безопасности на рубеже XXI века. При этом подчеркивалась ведущая роль обоих государств в деле достижения общих целей в сфере безопасности, противостояния новым глобальным вызовам и угрозам. В 1994-95 гг. США оказывали российскому руководству политическую поддержку. На встречах руководителей двух стран в Москве и Галифаксе (1995 г.) США поддержали курс России на осуществление демократических реформ. Оба государства рассмотрели и определили возможности решения многих международных проблем. Вместе с тем США заметно противодействовали России по всем тем направлениям, которые, по убеждению американского руководства, не отвечали их национальным интересам. В конкретную плоскость было переведено российско-американское сотрудничество в сфере экономических отношений. Рос товарооборот, расширялись деловые контакты, американский бизнес стремился освоить огромный российский рынок, осуществлялись масштабные проекты по разработке нефтяных месторождений и т.д. На основе принятого в США еще в 1993 г. Закона «О дружбе с Россией и другими новыми независимыми государствами» пересматривалось более 70 законодательных актов дискриминационного характера, хотя окончательный отказ от различных ограничительных мер по торговле с Россией в то время так и не произошел.

Вполне конкретные шаги Россия и США предприняли в деле ограничения и сокращения стратегических наступательных вооружений (СНВ-1). 5 декабря 1994 г. вступил в силу подписанный еще в июле 1991 г. Договор об СНВ-1, ставший примером готовности сторон учитывать интересы друг друга. Поскольку ратификация этого Договора затягивалась, то два государства в 1997 г. договорились о том, чтобы продлить срок сокращений СНВ до суммарного уровня 3000-3500 боезарядов у каждой стороны до 31 декабря 2007 г. С августа 1999 г. начались консультации сторон по СНВ-3. Однако в США оттягивали разработку основных направлений переговоров по данной проблеме. Необходимо отметить и такие направления совместного в целом продуктивного взаимодействия, как обеспечение мира, доверия и безопасности в Европе, осуществление по возможности совместных проектов по исследованию космоса, а также в области химического оружия и конверсии военной промышленности и ряд других.

Масштабным шагом в деле ядерного разоружения стало подписание 26 сентября 1997 г. в Нью-Йорке с участием министров иностранных дел России, США, Белоруссии, Казахстана и Украины пакета соглашений, касающихся вопросов правопреемства в отношении Договора по ПРО, а также разграничения стратегической и нестратегической ПРО. Достигнут был прогресс и в других сферах партнерства. Вместе с тем отметим, что в двусторонних отношениях во второй половине 90-х годов обозначились некоторые трудности и противоречия. Во многом это было связано с тем, что определенные силы в США делали ставку на глобальное доминирование, пренебрежение международными нормами и обязательствами. Россия в таких условиях не шла на эскалацию напряженности во взаимоотношениях с США, хотя с назначением министром иностранных дел Е. Примакова в январе 1996 г., отличавшегося собственным видением международных проблем и места России в современном мире, российская дипломатия усилила акцент на национальных интересах и пыталась по мере сил их отстаивать. Но именно при Е. Примакове произошло форсированное расширение НАТО, и Россия оказалась перед фактом закрепления со стороны Запада новой расстановки сил. Не удалось, как отмечалось, предотвратить кровавую операцию НАТО против Югославии. Несколько жестких заявлений, сделанных в этой связи и разворот самолета Е. Примакова в воздухе на подлете к Америке не меняли сути проблемы, поскольку эти действия российской стороны не могли остановить агрессию НАТО, осуществленную за пределами стран, входящих в этот блок. Тревожные тенденции обозначились в двусторонних отношениях и в связи с решительным заявлением Президента России Б. Ельцина от 10 декабря 1999 г. о том, что Россия обладает полным арсеналом ядерного оружия. Немало разочарований принесла Западу и снисходительная позиция, занятая Б. Ельциным по отношению к некоторым участникам стамбульского саммита ОБСЕ в ноябре того же года. Вместе с тем отметим, что со стороны Вашингтона порой предпринимались недружественные шаги по отношению к России. В США не видели демократическую Россию в качестве равноправного союзника и поэтому сотрудничество с ней рассматривали с тактической, а не стратегической точки зрения. Такой характер взаимоотношений с Россией был прямо связан с внешнеполитической стратегией США в целом и распространением ее и на отношения с Россией. Эта стратегия предполагала не только сотрудничество в сфере обеспечения национальной и международной безопасности, но и соперничество во многих областях внешнеэкономических и политических отношений, в том числе в сфере торговли, современных технологий, передовых и наукоемких областях экономики и т.п. Объективный характер противоречий с США во многом определялся стремлением России к экономическому и политическому возрождению, приумножению технологического и военного потенциала, что создавало бы, по мнению американской правящей элиты, для США в международном пространстве ситуацию, недостаточно благоприятную для осуществления ее внешнеполитической стратегии. Все эти и другие объективные и субъективные факторы не исключали, а предполагали наличие существенных различий в подходах к решению ряда проблем (региональные конфликты в Ираке, Косово, объявление Россией в 1995 г. СНГ «сферой своих жизненных интересов», соперничество на рынках продажи оружия и др.). Но и в этих условиях требовалось экономическое, военное и военно-политическое сотрудничество с Россией. Иными словами, существовал комплекс причин, который подталкивал США к более тесным отношениям с Россией, прежде всего, в сфере обеспечения национальной и международной безопасности, борьбы с международным терроризмом, сокращением уровня ядерных вооружений, решения проблемы угрозы распространения ядерного и других видов оружия массового уничтожения. В основе разрешения всех этих проблем – объективное единство многих взаимных интересов США и России.



Двусторонние отношения России

«Козыревская дипломатия» все больше заводила внешнюю политику России в опасный тупик. Требовалась ее непременная корректировка, в том числе в сторону отказа от одностороннего и узконаправленного «атлантизма», характерного для периода до 1993 г. С конца того же года руководство страны стало все больше заявлять о том, что Россия как великая держава имеет самостоятельные интересы на международной арене. В 1994 г. наряду с американским стал более заметным европейский сектор российской внешней политики. Свидетельством тому является выступление 1 декабря 1994 г. подвергаемого со всех сторон критике министра иностранных дел РФ А. Козырева в Париже на Парламентской ассамблее Западноевропейского Союза, партнерами которого, заметим, в том же году в качестве ассоциированных членов стали Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния, Словакия, Чехия и Эстония. Подчеркивая значимость взаимодействия России и европейских стран и ее стремление к расширению сотрудничества с ними, министр выразил пожелание, «чтобы голос Европы звучал самостоятельно и чтобы голос Москвы в европейском хоре был тоже слышен достаточно громко». Но более ясную и понятную для общества позицию выразил новый министр иностранных дел Е. Примаков. Вот ее суть. Россия в международной политике не будет только ориентироваться на один центр мировой политики, игнорируя свои национально-государственные интересы. Она уделит внимание и другим аспектам международных отношений, в том числе западноевропейским и ближневосточным. Диалектика внешней политики заключается сейчас для России в том, чтобы более эффективно отстаивать свои интересы и исключить сползание событий к конфронтации, к «холодной войне». Это первое. Вторым является то, что США «хотят сбалансировать невыгодные для себя моменты, которые могут проистекать из главенствующей роли только одной державы в этом процессе». Раздражителем в отношениях России с Западом может быть расширение НАТО. Третье заключается в том, что Россия стремится к равноправным партнерским отношениям. При этом она исходит, в отличие от прошлого, из важности одинакового понимания бывшими противниками СССР сути партнерства. По утверждению Е. Примакова, он уже открыто ставил эту проблему перед западными коллегами и в общем договорились, что равноправное партнерство включает: «консультации – раз; не ставить друг друга перед свершившимися фактами; если одна из сторон продумывает какие-то шаги, которые могут затронуть интересы другой, то она должна заблаговременно сообщать ей о готовящихся шагах; осуществлять договоренности, к которым приходим. А если не договариваемся, то стремиться к тому, чтобы найти развязки».

С учетом корректировки внешнеполитического курса Россия стремилась к установлению равноправных партнерских отношений со всеми странами Европы, к поиску и нахождению «полей» совпадающих интересов, к недопущению сползания к новой конфронтации.

Для европейских западных стран и, прежде всего, для Англии, Германии и Франции, тесные отношения с Россией на двусторонней основе, как, впрочем, и в рамках международных европейских институтов, полезны, по крайней мере, в силу четырех причин. Это – геополитическое положение России и сохраняющееся ее геополитическое влияние на европейские страны; потенциальные экономические возможности страны и традиционно-устойчивый характер российско-европейских внешнеторговых связей, прямая заинтересованность в поставках российских энергоносителей, а также в сотрудничестве в ряде сфер технологического производства; необходимость взаимодействия в военной и политической сферах, членство России в Совете Безопасности ООН, наличие у нее ядерного оружия и огромных возможностей для военно-технологического сотрудничестве также обусловливают эту необходимость; интеллектуальный, научный и культурный потенциал страны. В контексте с данными объективными факторами Англия, Германия и Франция приветствовали посткоммунистические преобразования в России, оказывали материальную поддержку российским реформам, способствовали сокращению военного производства и потенциала, унаследованного Россией от СССР. В обмен на помощь и сочувствие они рассчитывали на осуществление в России эффективных экономических и политических реформ, учет их собственных интересов, включая экономические, и интересов своих союзников по ЕС, а также главного союзника по НАТО – США, следование России в фарватере западной политики. Однако во взаимоотношениях с ними появились новые «разделительные линии». Это, прежде всего, проблемы расширения НАТО на пространство бывшего и уже распавшегося Варшавского Договора, стремление превратить Альянс в ось новой мировой системы, военная операция НАТО в Югославии, ракетные удары вооруженных сил США и Англии по Ираку и ряд других. Диалог по всем этим проблемам не прекращался, он значительно активизировался с середины 90-х годов, занимал важное место на двусторонних регулярных встречах с лидерами ведущих стран Запада, прежде всего, Англии, Германии, Франции. Так, вопросы европейской безопасности и проблемы расширения НАТО на Восток были одной из главных тем состоявшихся в 1997 г. встреч на высшем уровне с канцлером ФРГ Г. Колем (январь и апрель), с Президентом Франции Ж. Шираком (февраль и сентябрь). Разумеется, на этих встречах стороны обсуждали состояние двусторонних отношений и проблемы взаимодействия в целях создания системы безопасности в Европе. Так, за время переговоров Б. Ельцина и Ж. Ширака в сентябре 1997 г. ведущей темой была работа двусторонней комиссии по экономическому и научно-техническому сотрудничеству. По итогам встречи Б. Ельцина и Г. Коля в Баден-бадене, состоявшейся в апреле 1997 г., было выявлено три проблемы, мешавшие развитию отношений между двумя странами. Это – расширение НАТО, полноценная интеграция России в международные структуры, возвращение культурных ценностей, находящихся на территории РФ. На переговорах на высшем уровне руководители стран Запада подчеркивали безусловную роль России в строительстве Европы, делали упор на важность практического взаимодействия. Но по мере решения вопроса о расширении НАТО двойственность позиции по отношению к России становилась все более очевидной, хотя заметной она была уже после завершения вывода войск из Германии.

Двусторонние встречи не повлияли на разрешение вопроса о расширении НАТО и балканского кризиса. Многочисленные заявления руководства России в этой связи, в том числе о принятии ответных мер, не встретили одобрения и, тем более, поддержки со стороны западных руководителей. В большинстве своем они не имели реальной основы. Так, 21 марта 1997 г. Б. Ельцин заявил, например, что на расширение НАТО Россия ответит продвижением на Восток. Но это не остановило НАТО в его стремлении распространить свое влияние на пространство бывшего Варшавского Договора. 24 марта 1999 г. авиация НАТО нанесла ракетно-бомбовые удары по Югославии. В ответ Россия оценила эти действия Альянса как акт агрессии против суверенного государства. Отношения между Россией и НАТО, ведущими государствами осложнились. Россия заявила об отказе от ранее разработанных программ с Альянсом. В большинстве своем предложения России по балканской проблеме не встречали поддержки у западных стран. Что же касается экономических отношений, то они в основном сводились к взаимной торговле. Другие ее формы, например, промышленная кооперация, научно-техническое сотрудничество развивались слабо. К тому же с некоторыми странами положение почти во всех областях экономического сотрудничества ухудшилось. Резко сократился его объем, ухудшилась структура экспорта и импорта, упала доля машин и оборудования в зарубежном экспорте в Россию, и в то же время резко возросла доля сырья и полуфабрикатов в российском экспорте. Из-за слабости российской нормативно-правовой базы и долгого отсутствия гарантий для предпринимателей затруднялись возможности привлечения крупных зарубежных инвестиций, весьма ограниченными были частные инвестиции отдельных западных фирм.

Заинтересованность в разрешении возникавших проблем, в расширении двусторонних отношений и с европейскими организациями привела в итоге к тому, что руководители России, Германии и Франции пришли к соглашению проводить российско-франко-германские саммиты на регулярной основе, примерно раз в год. Это решение было принято в марте 1998 г. на встрече в Москве Б. Ельцина, Г. Коля и Ж. Ширака.

Что же касается развития взаимоотношений со странами Центральной и Восточной Европы, некогда входившими в «социалистическое содружество», то они в целом имели тенденцию к снижению, прежде всего, с Болгарией и Румынией. С последней, а также с Венгрией в 1994 г. Госдума РФ по политическим мотивам отклонила подготовленный Договор о дружественных отношениях и сотрудничестве. В целом же на отношения России с бывшими социалистическими странами большое влияние оказывали, прежде всего, следующие факторы: во-первых, вывод Россией своих войск из стран Центральной и Восточной Европы и государств Прибалтики.
31 августа 1994 г. в Берлине была проведена торжественная церемония вывода последних частей в Россию. Обеспечение своей целостности и независимости бывшие страны «социалистического содружества» могли связывать не с Москвой, а с военными структурами НАТО. Во-вторых, все эти страны активизировали свои действия по вхождению в западноевропейскими структуры, всеми возможными способами демонстрировали лояльность руководству НАТО, прежде всего, США. После Будапештского совещания ОБСЕ (декабрь 1994 г.), выразившего готовность принять в состав НАТО бывшие страны социалистического содружества, последние стали еще активнее проявлять евроатлантические стремления. Это обострило их отношения с Россией, но не мешало им ориентироваться на политику НАТО. В июле 1997 г. Польша официально приняла индивидуальную Программу партнерства с НАТО (ИПП). Вслед за тем аналогичные программы приняли Венгрия, Словакия, Чехия и другие страны Центральной и Восточной Европы. В-третьих, на политические и внешнеэкономические отношения со странами этого региона накладывала отпечаток конкуренция между российскими и западными компаниями за восточноевропейский рынок. В-четвертых, на развитие двусторонних отношений отрицательно повлиял и затянувшийся на многие месяцы финансовый кризис в России, разразившийся в августе 1998 г. Следствием кризиса стали два процесса: падение объема торговли и дальнейшая переориентация внешней торговли этих государств на Запад. К тому же, в силу недостаточно продуманной политики российского руководства вектор внешнеэкономических интересов был направлен изначально преимущественно на индустриально-развитые страны Запада.

В-пятых, России и странам Центральной и Восточной Европы необходимо было решить сложную проблему взаимных долгов. Россия после распада СССР и принятия на себя его основного долга стала должна практически всем этим государствам. С некоторыми из них (Польша, январь 1995 г.) удалось подписать соответствующие соглашения о взаимном списании долгов. С другими странами бывшего социалистического содружества эта проблема не находила пока соответствующего решения. Вместе с тем отметим, что по мере продвижения бывших социалистических стран в евроатлантические структуры все активнее стали проявляться положительные тенденции в налаживании и развитии политических и экономических отношений с Россией. Однако прогресс в этой сфере отношений все же не был столь очевиден.



Отношения России со странами

Значительное место во внешней политике России в 1994-1999 гг. отводилось укреплению отношений с ведущими государствами Азиатско-тихоокеанского региона. Выход этих государств на лидирующие позиции во многом обусловливал заинтересованность России в развитии с ними сотрудничества. Россия установила дипломатические отношения с Республикой Кореей, предприняла попытку найти «новые» отношения и развивать постоянные контакты с государствами АСЕАН. В ее взаимоотношениях со странами этого региона следует отметить две тенденции. С одной стороны, шел процесс ослабления связей России с ее традиционными союзниками в Азии и в первую очередь с Монголией, Вьетнамом, КНР, что объективно вело Россию к изоляции от традиционных азиатских рынков, а с другой – усиливалась внешнеполитическая активность с ведущими странами Азии. Проявлением этой тенденции стало расширение отношений с Китаем, налаживание постоянных контактов с Японией, вплоть до взаимного стремления подписать мирный договор и разрешить территориальную проблему «северных территорий», т.е. четырех островов Курильской гряды, а также развитие отношений, в том числе экспортно-импортных операций, с Республикой Корея. В целом объем торгового оборота с государствами АТР в 1995 г. составил 20 млрд долл. Что касается Китая, то он был крупнейшим торговым партнером России со странами АТР. Объем товарооборота в том же году составил 5,5 млрд долл., российского экспорта в Китай – 3,8 млрд долл., импорта – 1,4 млрд долл.  Два крупнейших государства АТР – Россия и Китай приняли стратегическое решение на экономическое сближение. Эта договоренность была достигнута в ходе взаимных визитов на высшем уровне, в том числе в ходе поездки Б. Ельцина в Китай в 1996 г., когда стороны пришли к соглашению о том, что к концу 2000 г. товарооборот между странами будет увеличен до
20 млрд долл. в год. В том же году были заключены договоры о работе российских компаний в Китае в сфере атомной энергетики, по прокладке магистрального газопровода из Сибири через всю территорию Китая с выходом на морское побережье и т.д. Постепенно стали развиваться и другие прогрессивные формы экономических связей: инвестирование, научно-техническое и военно-техническое сотрудничество, совместное предпринимательство. В середине 90-х гг. на территории России действовали свыше 700 совместных предприятий с участием китайского капитала.

24 апреля 1997 г. Россия и Китай подписали в Москве совместную декларацию о многополярном мире и формировании нового международного правопорядка. В том же году в ходе визита Президента РФ Б. Ельцина в Китай был подписан ряд соглашений, направленных на дальнейшее российско-китайское взаимодействие на государственном и межрегиональном уровнях. Важными актами в договорно-правовой базе двусторонних отношений стали: «Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о принципах сотрудничества между администрациями (правительствами) субъектов Российской Федерации и местными правительствами Китайской Народной Республики», «Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о пунктах пропуска на российско-китайской границе», «Соглашение о создании консультативной комиссии по району экономического развития бассейна реки Туманная и Северо-Восточного Китая» и др. Все они содержали нормы, на основе которых должно было развиваться приграничное и межрегиональное сотрудничество. В ст. 3 Соглашения о принципах сотрудничества указано, что «администрации (правительства) субъектов РФ и местные правительства КНР могут достигать договоренности о сотрудничестве по вопросам, входящим в компетенцию администраций (правительств) субъектов РФ и местных правительств КНР согласно национальному законодательству каждого из двух государств…».

Одновременно были предприняты усилия по созданию регулирующего механизма отношений как на межгосударственном, так и на региональных уровнях. В этой связи в конце 1997 г. Россия и Китая подписали межправительственное «Соглашение о создании и организационных основах механизма регулярных встреч глав правительств России и Китая». Соглашением предусматривалось создание российско-китайской комиссии по подготовке встреч глав правительств и подкомиссий по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству, сотрудничеству в области энергетики, транспорта, ядерной энергетики. В постоянно регулирующий механизм входила постоянная рабочая группа (ПРГ) по межрегиональному и приграничному сотрудничеству. В январе 1998 г. она приняла решение о создании Российско-китайского координационного совета по межрегиональному и приграничному сотрудничеству. Одной из задач Совета является подготовка и осуществление концепции межрегионального сотрудничества на основе принципов кооперации и ведения приграничной торговли, соответствующих требованиям ВТО, а также подготовка и подписание межправительственного соглашения о приграничной торговле. Развитие двусторонних отношений с Китаем, как, впрочем, и с другими странами Азии и Тихоокеанского региона, в значительной степени сдерживалось рядом обстоятельств. Отягощали отношения множество внутрироссийских проблем, связанных с нестабильностью общества, экономической и политической трансформацией, отсутствием с российской стороны свободных экономических зон в приграничных районах, а также банков с уставным фондом не менее 20 млрд долл., способных работать на китайском рынке, слабостью институциональных и организационных основ сотрудничества, а также инфраструктуры – транспортной, финансовой, энергетической и информационной.

Осложнятся отношения с Китаем после вступления его во Всемирную торговую организацию (ВТО), что будет связано, наряду с другими причинами, с появлением новых требований для стран-участниц этой организации. Произойдет изменение экспортно-импортной структуры обоих государств, одновременно увеличится доля сырья в российском экспорте в КНР и т.д. Но еще до вступления в ВТО китайская сторона по отношению к России выдвинула такие жесткие требования, как предоставление китайским предпринимателям национального режима во всех секторах услуг, снятие ограничений (регистрация, лицензия и др.) для доступа в Россию китайской рабочей силы, снижение российских импортных ставок, распространяемых на многие группы товаров от ширпотреба до электротехники и т.д. Дальнейшее развитие отношений с Китаем как крупнейшим партнером России требовало разрешения возникающих проблем, но главное – создание эффективной, высокотехнологичной и мобильной экономики, прежде всего, на российском Дальнем Востоке, с использованием преимуществ мирового разделения труда.

Принципиально новые отношения у России продолжали складываться и с Японией. Напомним, что первым комплексным документом между РФ и Японией, определившим основные направления двусторонних отношений, была «Токийская декларация о российско-японских отношениях». В п. 2 Декларации указано, что стороны стремятся к продолжению переговоров о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи с целью скорейшего заключения мирного договора путем решения данного вопроса, исходя из исторических и юридических фактов и на основе выработанных по договоренности между двумя странами документов, а также принципов законности и справедливости. Таким образом, Токийская Декларация стала основой для последующих российско-японских переговоров по всему комплексу проблем, прежде всего, о заключении мирного договора. Предполагалось, что на ее основе к 2000 г. будет заключен мирный договор между двумя государствами. Об этом обе стороны договорились в 1997 г. во время неформальной встречи на высшем уровне в Красноярске. В период после Красноярской встречи на высшем уровне активизировались двусторонние связи и контакты, в феврале 1998 г. было подписано «Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Японии о некоторых вопросах сотрудничества в области промысла морских живых ресурсов». Это Соглашение предоставляло возможность осуществлять промысел японским рыбакам в прилегающих к островам морских районах.

Новым шагом в российско-японском диалоге были состоявшиеся в ноябре 1998 г. в Москве переговоры на высшем уровне. В ходе первого за последнюю четверть века официального визита Премьер-министра Японии в Москву обсуждался фактически весь комплекс проблем, связанных с развитием двусторонних отношений. Его главным итогом стала «Московская декларация об установлении созидательного партнерства между Российской Федерацией и Японией». В подписанной Декларации впервые в истории двусторонних отношений была зафиксирована важнейшая задача для обеих стран, заключающаяся в том, чтобы установить отношения «долгосрочного созидательного партнерства на базе принципов доверия, взаимной выгоды, долгосрочной перспективы и тесного экономического сотрудничества». В этих целях предполагалось «активизировать переговоры о заключении мирного договора на основе Токийской Декларации и договоренностей, достигнутых во время встреч на высшем уровне в Красноярске и Каване».

Выполняя соответствующие положения Декларации, в рамках совместной российско-японской комиссии по вопросам заключения мирного договора были созданы две подкомиссии по пограничному размежеванию и по совместной хозяйственной деятельности на островах. В этих же целях в сентябре 1999 г. был разработан максимально облегченный режим посещения островов японскими гражданами их бывшими жителями и членов их семей. Что же касается территориального размежевания, то позиция России предусматривала создание таких условий, которые бы, не нанося ущерба государственным интересам и политическим позициям двух стран, способствовали благоприятным условиям для совместного хозяйствования на островах. В ходе двусторонних встреч было зафиксировано общее понимание необходимости широкой и эффективной реализации потенциала экономического сотрудничества между двумя странами, чему во многом должно было способствовать продолжение экономических реформ в России и их поддержка со стороны Японии. Однако дальнейшего развития все эти инициативы не получили. И хотя Декларация об установлении созидательного партнерства между двумя странами предусматривала многоплановые направления российско-японского сотрудничества, в целом его уровень оставался невысоким. Тем не менее, регулярные официальные контакты на высшем уровне и неформальные встречи руководителей государств выводили отношения между двумя странами на новый уровень.

Одновременно Россия активизировала свою политику на Корейском полуострове, исходя из необходимости поддержания сбалансированных добрососедских отношений с обоими корейскими государствами.

Большое значение Россия придавала развитию политических, экономических, военно-технических и гуманитарных отношений с Индией, играющей ключевую роль в южно-азиатском субрегионе в укреплении здесь стабильности. Индия вносит весомый уклад в установление сбалансированной системы международных отношений в целом. В основе сотрудничества России с Индией – совпадение коренных интересов обеих стран, общность подходов к основным проблемам мировой политики. Проявлением этой тенденции стало усиление внешнеполитической активности России в деле нормализации отношений между Индией и Пакистаном, в том числе по многолетнему спору в Кашмире, который, по мнению российского руководства, подлежал решению на основе мер доверия, двустороннего диалога на основе Симлского Соглашения 1972 г. и Лахорских договоренностей 1999 г. Россия настаивала на подписании Индией и Пакистаном Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний и присоединении обоих государств к Договору о нераспространении ядерного оружия. Когда же Индия и Пакистан в мае 1998 г. все же провели серию ядерных испытаний, Россия сделала заявление о том, что ядерные испытания не способствуют развитию позитивного процесса в южно-азиатском субрегионе. Вместе с тем она выступила против введения санкций против этих стран, которые вновь призвала присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве государств, не обладающих ядерным оружием.

Россия стремилась усилить внешнеполитическую активность в направлении политико-экономического взаимодействия и с другими странами Азии и экономическими и финансовыми институтами АТЭС. Включение РФ в экономическую систему АТР выгодно как самой России, так и государствам АТР, в том числе благодаря взаимодополняемости их экономик. Россия была и остается заинтересованной быть активным участником интеграционных процессов в этом динамично развивающемся регионе мира.

Итоги проведенных реформ в России нуждаются в постоянном и всестороннем анализе. Исходя из них, можно выделить следующие основные результаты.

1. В экономической сфере существенно изменилась национальная экономика страны: ликвидирована централизованная плановая система; осуществлено разгосударствление экономики и приватизация предприятий государственной собственности; сложилась многоукладная экономика, капитал в последней занял лидирующую позицию; появился класс собственников; рынок наполнился товарами; возросла доля лиц, занятых в негосударственном секторе; определенное развитие получил процесс создания рыночных институтов.

2. Вместе с тем осуществленное реформирование в том виде, как его понимали власти, оказалось для общества очень тяжелым. Резко упал общий объем промышленного производства, разрушились базисные производства; тяжелое положение сложилось в целом ряде отраслей промышленности, в том числе в легкой, пищевой и машиностроительной; выросла зависимость экономики от мирового рынка; в структуре экономики повысился удельный вес сырьевых отраслей; в целом экономика России, где сосредоточены фактически все природные богатства, которые только можно перечислить по таблице Менделеева, оказалась в тяжелейшем социально-экономическом положении, она все более и более принимала черты колониальной экономики.

3. Итоги проведенных реформ продемонстрировали их внутреннюю противоречивость, неподготовленность. Фактически речь может идти о провале экономической политики не только периода «шокотерапии», но и осуществления т. н. новой программы преобразований, ориентированной на построение высокоэффективной и динамично развивающейся рыночной экономики. Августовский кризис 1998 г., обвал национальной валюты, захват многих богатств страны пятью процентами олигархической элиты, угроза краха банковской системы, криминализация экономики – все это свидетельствовало о крахе экономической политики и непрочности отмеченных итогов проведенных экономических реформ. И хотя структура и характер народного хозяйства радикально изменились, до зрелости и завершенности социально-экономического переустройства страны было еще далеко.

4. В политической сфере осуществлена ломка прежней и становление новой политической системы, призванной обеспечить стабильность общества, его прогресс через сбалансированность различных групп интересов общества.

В ходе своего становления новая политическая система все больше приобретала определенность и некоторую устойчивость. При всех многочисленных и значительных трудностях, колебаниях и просчетах власти она развивалась в целом в том направлении, которое было зафиксировано в Конституции 1993 г., ориентированной на либеральные ценности. Политическая система России доказала свою дееспособность созданием новой структуры власти и режима, изменением структуры собственности и распределения, валютной системы, решением других важных институциональных задач. В этом смысле новая Конституция, предусматривающая формирование новой политической системы, выдержала экзамен.

5. Однако различные части новой политической системы, прежде всего, государственные органы и общественно-политические институты, в большинстве своем действовали разрозненно и непродуктивно. Еще не совсем слаженно функционировали основные институты государственной власти. В политической жизни все более отчетливо проявлялся кризис последней. В последние годы правления падал авторитет Президента РФ, снижалась его политическая активность и роль в государстве, что быстро привело к потере поддержки среди россиян и даже неприязни. Это была цена за ошибки, неудачи, многие обещания, которые так и остались невыполненными.

6. С добровольным уходом Б. Ельцина завершился определенный этап в жизни постсоветской России. Новые руководители страны должны были направить свои усилия на исправление ошибок прошлого во всех сферах общественной жизни, консолидацию общества, укрепление его стабильности, подъем экономики, повышение роли России на международной арене.

Индекс материала
Курс: Общество и власть в 1994-1999 гг
ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН
Социально-экономическая политика
Правительства трех премьеров
«Поворот» курса реформ В. Черномырдина (1993 - март 1998 гг.)
Меры по финансовой стабилизации
Либерализация внешнеэкономической деятельности
Денежная залоговая приватизация
Дефолт 17 августа 1998 года
Корректировка экономических реформ
По пути согласия и примирения
Опыт достижения общественного согласия в бывших социалистических странах
Необходимость перехода к общественному согласию в России
Договор об общественном согласии
Введение федеральных войск в Чечню
Разрастание чеченского кризиса и его временное разрешение
Выборы в Государственную Думу России в 1995 г.
Расстановка общественно-политических сил накануне выборов в Государственную Думу
Итоги парламентских выборов 1995 г.
Выборы Президента РФ в 1996 г.
Итоги президентских выборов
Начало нового президентского правления Б. Ельцина
Становление российской многопартийности: тенденции развития
Состояние многопартийности и особенности ее становления
Конфигурация основных политических сил в политическом пространстве России
«Наш дом – Россия» (НДР)
«Отечество – вся Россия» (ОВР)
Межрегиональное движение «Единство» («Медведь»)
Оппозиция
«ЯБЛоко»
Становление гражданского общества
Политическая культура: особенности и тенденции развития
Советская политическая культура
Тенденции развития политической культуры в 1990-е гг.
Последний год «ельцинского правления»
Экономическое состояние
Политическое состояние. Кризис власти
Информационные скандалы
Импичмент
Противостояние в Совете Федерации
Назначение В. Путина
Начало второй чеченской войны
Итоги выборов в Государственную Думу 19 декабря 1999 г.
Отставка Б. Ельцина
ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА 1994-1999 гг.
Развитие отношений в рамках СНГ
Экономическое сотрудничество
Военно-политические отношения