Курс: Искусство Древней Руси XIV - первой половины XVI вв - Каменное зодчество московского княжества XIV - начала XV вв.

Каменное зодчество московского княжества XIV - начала XV вв.

Москва XII ? начала XIII вв. еще не была таким богатым и значительным городом, как современные ей Новгород, Псков или Владимир. Она уступала и своей сопернице Твери, и первые каменные постройки в Москве появились позднее. Строительство Москвы XIV ? начала XV в. было почти исключительно деревянным. Каменное строительство началось при Иване Калите. Были построены Успенский (1326?1327), Спасский на Бору (1330), Архангельский (1333) соборы и церковь-колокольня Иоанна Лествичника (1329). Все постройки были белокаменными и заняли по одному строительному сезону. Поблизости от города у Москвы-реки находились залежи прекрасного известняка, который использовался зодчими. О формах первого московского Успенского собора можно судить по данным летописей и изображениям на отдельных житийных клеймах иконы митрополита Петра в Успенском соборе (XV в.). Они говорят о том, что собор Калиты был одноглавым зданием с притворами с севера, юга и запада и трехапсидным алтарем.
В плане собор был почти копией Георгиевского собора в Юрьеве Польском (1230-1234).

По типу небольшого четырехстолпного храма с притворами был выстроен второй собор Кремля ? Спасский. Он был украшен плоской орнаментальной резьбой узорных поясов, подобно фасадам более поздних храмов Звенигорода, Саввино-Сторожевского монастыря и Троице-Сергиева монастырей нач. XV в.

Архангельский собор тоже был небольшим одноглавым храмом. Что касается церкви Иоанна Лествичника (1329), то ее специальное назначение «иже под колоколы» свидетельствует об оригинальности, давшей первый образец храма-колокольни, распространенного в последующем.

Храмы Ивана Калиты создавались не изолированно, они были задуманы как центральный архитектурный ансамбль города. В 1339 г. он был обрамлен могучим поясом стен и башен, сложенных из огромных дубовых бревен. Белокаменная кладка храмов говорит о стойкости владимиро-суздальской традиции, которая теперь прочно связывалась также и с московской церковно-политической и династической традицией.

Новая полоса большого каменного строительства Москвы относится ко времени регентства митрополита Алексея, княжений Дмитрия Донского и Василия I (вторая половина XIV ?
начала XV вв.). Уже не только в Москве, но и в важнейших городах княжества ? Коломне, Звенигороде ведется строительство. Обстройка Московского Кремля по-прежнему занимает основное внимание княжеской власти. В 1367 г. начинается постройка белокаменных башен, которые охватывают территорию, значительно превосходящую Кремль Ивана Калиты. Его территория расширяется на северо-восток, куда идет и рост города, развивающегося в треугольнике между реками Неглинной и Москвой. Характерно, что южная стена опускается к подножию кремлевского холма, открывая расположенные за ней белокаменные здания храмов и бревенчатые хоромы дворца и его служб. В составе южной панорамы Кремля появляются новые каменные храмы: церковь Рождества Богородицы («Воскрешения Лазаря») при дворце (1393) и Благовещения (ок. 1397). В северо-восточной новой части Кремля митрополит строит каменную трапезную и каменный собор Чудова монастыря (1365), по соседству с которым в 1407 г. ? возводится собор Вознесенского монастыря. Каменные соборы сооружаются в новых московских монастырях: Симоновом (1379?1405) и Андрониковом (до 1427).

В Коломне, где собиралось русское войско, двигавшееся на Куликово поле, были построены каменные храмы: Воскресенская церковь на дворе (1360-е гг.) и большой Успенский собор (1379?1382), а позже возникли новые монастыри ? Голутвин с каменным храмом и Бобренев. Новые здания появились и в серпуховских монастырях. Сын Дмитрия Донского ? князь Юрий Дмитриевич Звенигородский, вступивший в жестокую борьбу за власть с московским князем Василием II, создал два каменных храма - Успенский собор в Звенигороде (ок. 1400) и собор Саввина-Сторожевского монастыря (нач. XV в.). Позже был построен собор Троицы в Сергиевом монастыре (1422). Большинство из этих памятников не дошло до нашего времени, уступив место позднейшим постройкам, в состав которых часто входили отдельные старые части.

Особенно важное значение имеет Успенский собор в Коломне (1379?1382), в 1672 г. замененный новым. Его строительство имело большое политическое значение ? начатый перед Куликовской битвой и завершенный после победы, он был храмом-памятником, еще в ХVI в. его называли «Донским». Это был шестистолпный белокаменный храм, по размерам превосходивший московские. Необычен был верх храма. Переход от закомар фасадов к барабану большой главы представлял собой ступенчато вздымающиеся декоративные закомары. Пирамидальная композиция верха из ярусов закомар и кокошников связана с крупными изменениями системы сводов, а с ней и характера внутреннего пространства храма, с системой повышенных подпружных арок. Такое ступенчатое расположение сводов, высота которых повышалась от краев здания к его центру ? куполу, делало храм внутри более  стройным, создавало иллюзию движения пространства вверх, вслед за сводами, которые поднимались один над другим и увенчивались куполом на барабане. По-видимому, падение сводов коломенского собора было результатом новизны их ступенчатой конструкции. Однако уже в 1382 г. коломенский собор был отстроен вновь, на этот раз более прочно.

Белокаменная церковь Воскрешения Лазаря (1393) в Московском Кремле была возведена вдовой Дмитрия Донского ? княгиней Евдокией. Уцелевшие нижние части здания говорят о том, что храм был квадратным в плане, с трехапсидным алтарем и четырьмя внутренними столбами. Западные столбы были круглыми; на них покоились своды хор. На хоры вела лестница в особой каменной клетке в углу храма. В северной части западного фасада сохранилось маленькое окно, помещенное в центре многолопастной розетки. С севера, запада и юга в церковь вели три входа, обработанные перспективными порталами. Каждый из них состоял из трех пар колонок с бусинами посередине ствола и кувшинообразными капителями, двух пар разделявших колонки углов-четвертей, и завершался килевидной аркой из пяти обломов. Базы колонок и разделявших их углов имели обычную «аттическую» форму двух валиков с подобием скоции между ними, причем базы наружных колонн были украшены угловыми листочками, свешивавшимися с верхнего валика на нижний.

Это здание, как и постройки Калиты, наряду с новыми (окно-розетка), содержит много черт, свидетельствующих о живучести владимиро-суздальской традиции. Княгиня Евдокия, суздальская княжна по происхождению, создавая свой придворный храм, стремилась подражать собору в Боголюбове. Москва в конце XIV в. с большим вниманием относилась к владимирскому наследию.
В это же время происходят первые реставрации храмов Владимирского княжества: ремонт Успенского собора и его роспись Андреем Рублевым, ремонт Спасского собора в Переславле-Залесском и Успенского в Ростове.

Хорошо сохранились постройки князя Юрия Звенигородского: соборы Успения на Городке в Звенигороде (ок. 1400), в Саввино-Сторожевском монастыре близ Звенигорода (начало XV в.) и собор Троице-Сергиева монастыря. Наиболее близок владимирским образцам звенигородский Успенский собор. Его пропорции изящны и стройны. К пилястрам приставлены тонкие полуколонны с резными капителями, расположенные пучками из трех полуколонн; полуколонны украшают и алтарные апсиды с первоначально высокими светлыми окнами. Окна второго яруса, хотя и скоромнее, чем у владимирских храмов, украшены обходящим вокруг валиком. Круглые окна-розетки в западной стене собора освещают лестницу в толще стены, идущую на хоры. Но многое отличает этот звенигородский храм от владимирских образцов. Создавшие его зодчие придерживаются иной композиционной и конструктивной логики. Широко поставленные столбы храма образуют свободное подкупольное пространство. Однако фасадные пилястры сохраняют симметричное расположение, теряя связь с конструктивным скелетом здания, и не выражают на фасаде его строения. Отличает звенигородский собор и простота его наружной обработки. Здесь уже нет скульптурного убранства фасадов, а аркатурно-колончатый пояс заменен тройной лентой плоского резного орнамента. Такие же узорные пояса украшают верхи алтарных апсид и барабана. В то же время в контрасте между гладкими стенами храма и мелкой резьбой узорных поясов, в подчеркнутой декоративности килевидных арочек и бусин его порталов видны намеки на ту живописность, которая сильнее сказалась в дальнейшем развитии московской архитектуры. С этой скромной, но изысканной нарядностью храма была хорошо согласована композиция его верха. В звенигородском храме повторялась в упрощенном виде композиция верха коломенского собора. Над закомарами фасадов по углам возвышались четыре закомары второго яруса, ориентированные на углы храма. Соответствующие закомарам диагональные своды-крыши примыкали к круглому пьедесталу барабана, завершавшемуся поясом из восьми кокошников. Пьедестал скрывал под собой ступенчато повышенные подпружные арки (ныне слившиеся со сводами, т.к. в 1830-е гг. под них были подведены усиливающие арки).

В соборах Троице-Сергиевой лавры и Саввина монастыря изящество и стройность, присущие княжескому придворному собору, уступают место суровости и простоте. Пропорции становятся приземистее, фасады членятся простыми плоскими и широкими лопатками, которые менее заметны, чем пилястры с полуколонками. Объем храма приобретает большее единство. Окна лишены обработки, апсиды и барабаны куполов гладкие. Только пояса узорной резьбы и порталы, аналогичные таким же деталям собора на Городке, изящно вырисовываются на фоне гладких белых стен. Сводчатая конструкция этих храмов образуется ярко выраженной ступенчатостью подпружных арок. В Троицком соборе впечатление легкости и устремленности ввысь внутреннего пространства усиливается несколько вытянутой формой арок; интерьер кажется более просторным благодаря исчезновению в обоих памятниках хор: эта характерная черта древних храмов
XII?XIII вв. начинает отмирать.

Архитектура Троицкого собора отличается большим своеобразием. Внутренние объемы собора отнюдь не связаны с членениями фасадов. Легкая наклоненность всех стен внутрь подчеркивает монументальность и устремленность его ввысь. Собор сохранил квадратный в плане постамент под барабаном купола и диагональные закомары-кокошники, расположенные по углам прямоугольного объема церкви. У основания прямоугольного постамента барабана выступают массивы кладки, соответствующие объемам повышенных ступенчатых арок.

Еще последовательнее принцип ступенчато повышенных сводов и подпружных арок осуществлен в соборе Спасо-Андроникова монастыря в Москве, построенном игуменом Александром до 1427 г. Здесь средние своды значительно подняты по отношению к угловым, а подкупольные арки ступенчато повышены. Эта подчеркнутая ступенчатость сводчатой системы отразилась в наружном объеме храма, ? он утратил свою «кубичность», средние трети фасадов поднялись выше угловых, под барабаном главы выступил квадратный постамент с четырьмя закомарами, отвечавшими подпружным аркам. Все это придало наружному облику здания динамический характер.

Детальная обработка собора проста и архитектонически правдива. Пилястры точно отвечают внутренним лопаткам и подпружным аркам, гладкие капители пилястр и полуколонны апсид лишены резьбы, цоколь «аттически» профилирован. Окна не имеют обработки, а расположение их на разных уровнях исключает возможность применения узорных поясов.

Собор Андроникова монастыря с его сложной объемной композицией и величавым нарастанием масс от невысоких боковых апсид и угловых частей к средней апсиде и закомарам, а от них ? ко второму ярусу закомар и, наконец, к куполу на высоком барабане исключительно своеобразен. Композиция Андроникова собора значительно более динамична, чем предполагаемая композиция Успенского собора Коломны.

Единство и закономерность эволюции построек от церкви Воскрешения Лазаря до Андрониковского собора позволяют видеть в них результат деятельности единой архитектурной школы, выполнявшей заказы князя и митрополита, что обусловило последовательно развивавшихся художественных принципов московской архитектуры конца XIV ? начала XV вв. За время с 60-х гг.
XIV в. по 20-е гг. XV в. московскими зодчими было построено 15 каменных зданий. При этом в число работ входила и грандиозная постройка белокаменного Московского Кремля. Особое внимание московских зодчих привлекала разработка новой конструкции перекрытия храма и его пирамидальной композиции. Это течение сочеталось с устойчивой владимирской традицией, в русле которой развивалось строительство Калиты и его преемников. Дальнейшая разработка динамической композиции храма сдержанна, ее ограничивает привязанность к тому крестово-купольному типу, которая в конце XV в. сказалась в новом обращении к владимирским образцам при строительстве церквей Московского Кремля.



Индекс материала
Курс: Искусство Древней Руси XIV - первой половины XVI вв
ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН
Новгородское зодчество XIV-XV вв.
Монументальная живопись, иконопись, книжная миниатюра и прикладное искусство Новгорода XIV в.
Новгородская иконопись XV в.
Зодчество Пскова XIV?XV вв.
Псковская монументальная живопись, иконопись и книжная миниатюра XIV?XV вв.
Искусство Твери XIV-XV вв.
Каменное зодчество московского княжества XIV - начала XV вв.
Искусство великокняжеской Москвы XIV в.
Андрей Рублев и его школа
Московская живопись, шитье и скульптура первой половины XV в.
Прикладное искусство великокняжеской Москвы
Каменное зодчество второй половины XV в.
Дионисий и его школа
Зодчество первой половины XVI в.
Крепостное зодчество конца XV ? начала XVI вв.
Живопись, графика и скульптура начала XVI в.
Книжная миниатюра XVI в.
Скульптура и резьба XVI в.
Шитье ХVI в.
Прикладное искусство второй половины ХV - ХVI вв.
Все страницы